Я – Ректор! - Александр Олегович Курзанцев

— Мессир ректор, приношу свои извинения, как председатель студсовета и обещаю, что больше подобное не повторится. Все студенты академии будут проявлять должную почтительность.

— Рад это слышать, — кивнул я в ответ.

Впечатлённые демонстрацией студенты почтительно расступились, пропуская меня. А затем мне навстречу вышел Фаргис. Декан Красного факультета смотрел на меня пристально, будто стараясь разглядеть что-то внутри под мантией, кожей, мышцами и костями.

— Я смотрю, ты круто взялся, — произнёс он негромко, приблизившись.

— Не одобряете?

— Да нет, наоборот. Давно у академии не было ректора, признанного источником достойным. Похоже, — он усмехнулся, — почти состоявшаяся казнь действительно смогла тебя изменить.

— Не то слово, — сморщил я нос, — буквально стал другим человеком. Да, кстати, что значит, признанного достойным? Я думал, он даёт силу ректору по факту назначения на должность.

— Хочешь сказать, — прищурился тот, — что ты и раньше умел вот так легко справляться с не самыми слабыми магами?

— Эм-м, нет… — осторожно произнёс я.

— То-то и оно, что нет, — ответил Фаргис, — лишь базовые возможности по управлению академией, не более того. И ты первый за последние лет пятьдесят, у кого получилось использовать его полную силу.

— Интересно почему, — пробормотал я задумчиво.

— Мне тоже, — произнёс Фаргис, — мне тоже.

* * *

День был длинный, но ложился я спать впервые с чувством глубокого удовлетворения. У меня появилась цель, и пусть только в рамках академии, но силы, дарованные непонятно как решившим, что я достоин, магическим источником. Как он это решил, каким-таким путём меня оценил, и по какой шкале, мне тоже было неведомо. Изначально, по описанию, я считал это чем-то вроде природного концентратора магических сил, вблизи которого одарённые лучше развиваются и прогрессируют, и так оно и было, если брать студентов. Как мне сообщил Фаргис, внутренний магический источник обучавшихся действительно быстрее раскрывает свой потенциал, хоть и не повышает его. Собственно, ещё и поэтому здесь обучение было всего три года, а не пять, как в королевских академиях.

Но это как раз обычная физика, если принять магию, как физическое явление. Здесь напряжённость магического поля выше и скорость манааккумулирования больше, и, если постараться, это можно даже выразить в виде каких-нибудь формул. Но вот избирательность его, да ещё и возможность установления эксклюзивной связи источник-ректор эту самую физику нарушали.

— Что же ты такое, — пробормотал я, зевнув, — что за источник?

После чего закрыл глаза и тут же очутился в совершенно ином месте. Словно по щелчку пальцев, раз — и я тут. Огляделся. Впрочем, смотреть было особо не на что.

Небольшой коридор из гладкого, словно шлифованного, камня шириной метра два и высотой два с половиной прямо за моей спиной оканчивался тупиком, а впереди виднелась одна единственная дверь с золотой узором по периметру и большим двуглавым орлом посередине.

— Да ну нафиг, — пробормотал я, не веря своим глазам. — Или это я сплю?

Тут же ущипнул себя и, почувствовав боль, вынужден был констатировать, что, по всей видимости, нахожусь в реальности. Хотя, с магией ни в чём нельзя было быть уверенным, а оказался я здесь не без её воздействия, точно. В любом случае это был не просто сон.

Правда, подойдя, заметил отличия. Так похожая на двуглавого орла эмблема оказалась двуглавым фениксом, о чём явственно свидетельствовали стилизованные языки пламени, окутывающие тело и крылья птицы. Немного даже разочаровался. Двуглавость, конечно, отличительная черта российского герба, и встретить подобную особенность в геральдике совершенно другого мира было удивительно. Хотя, скорее всего, в этом тоже крылся какой-то свой смысл, связанный со старой Империей. Правда, в монографии по истории мне этот символ не попадался. Иллюстраций точно не было, а описание я мог, конечно, и пропустить, при беглом штудировании, но, в целом был почти уверен, что про двуглавого феникса там не говорилось. Как, впрочем, и о каких-либо других государственных символах, кроме императорской короны и скипетров. Но то личные, так сказать, символы самого императора.

Подойдя ближе, я увидел золочёную надпись по верху, которая гласила: «Путь открывается верным. Пройдёт его достойный».

— Многообещающе, — пробормотал я, внимательно изучая дверь, — но хоть без загадок и вариантов. Строго вперёд, и никуда не сворачивая.

Судя по тому, что я оказался здесь и видел перед собой искомую дверь, верность моя уже была подтверждена, логично было предположить, что это и есть открывшийся мне путь. Осталось выяснить, достойный я для его прохождения или нет. И ещё интересовали штрафы, если вдруг достойным не окажусь. А то вдруг там смерть или стирание всей памяти.

Хотя я ещё раз огляделся и попытался призвать на помощь магию источника, представляя, как возвращаюсь в свой кабинет, и произнеся литанию защиты:

— Могущественный Император, ниспошли свой чудодейственный свет. И да выведет меня он из тьмы!

Но меня никуда не перенесло, я оставался в том же коридоре перед дверью, вот только золотая вязь и феникс посередине внезапно засияли золотистым светом. А сама дверь плавно и неспешно отворилась.

— Ну что ж, — на миг я замер, набираясь решимости, — видимо, иного пути просто нет.

И шагнул за порог.

И вновь будто кто-то переключил картинку в глазах. Коридор и дверь исчезли, а я оказался в большом круглом зале со сферическим потолком, по стенам которого золотом сияли крупные, размером с ладонь, знаки. На буквы местного алфавита, доставшегося всему континенту по наследству от Империи, они не походили, это было что-то новое, а вернее, очень старое. То и дело знаки вспыхивали, но не слитно, а в какой-то своей последовательности, системы в которой я пока не видел. Знаков было много, на вскидку, несколько сотен, и больше всего они напоминали, по виду, шумерскую клинопись. А значит каждый знак мог быть отдельным словом или слогом.

А затем я обратил внимание на молочно-белую сферу посередине, лежащую в каменном углублении. Диаметром около метра, она испускала мягкое ровное сияние, и стоило мне сконцентрироваться на ней, как я почти физически почувствовал идущий от неё поток благотворной энергии, теплом разливавшийся по маноканалам и магическому источнику в груди.

— Ты, что ли, источник? — пробормотал я, подходя ближе и всматриваясь в его мутную глубину. И увидел, как там вспышки знаков на стенах вызывают такие же вспышки знаков внутри, только меньшего размера, и каждая вспышка рождает там целый каскад других вспышек. Я ничего не понимал в происходящих процессах, но одно было ясно как день: это точно не природное образование. Источник магии, находящийся где-то под академией, был насквозь искусственный, и, похоже, чтобы выяснить хоть что-то о его создателе, следовало поискать информацию о