Ведомости Бульквариуса 4 - Руслан Алексеевич Михайлов

Однако знаю не так долго, чтобы у меня создалось хоть какое-то впечатление. И опять же разве можно по нескольким из расы судить по всей расе? Посему я могу высказать мнение лишь о ком-то конкретном, если вас, госпожа Хва-Бэнти, интересует именно он и я знаком с ним лично... вы планируете вести дела с кем-то из пауков?

- А вы ведете с ними дела, господин Бульквариус?

- Случается – признался я – И не вижу в этом ничего дурного.

- Войны с пауками привели к чудовищным последствиям для всего подводного царства... мы до сих пор не оправились и не вернули себе и половины былого могущества. По сию пору многие подводные королевства пребывают в руинах...

- Но ахилоты победили.

- Да... и заплатили очень высокую цену. Моя семья происходит из одного из таких ныне разоренных небольших королевств далеко к северу. Моим предкам пришлось бежать – тем, кто не мог сражаться. Остальные подняли гарпуны и встретили смерть достойно...

- Приношу свои искренние соболезнования. Терять близких – всегда тяжело.

- Вам приходилось терять кого-то?

- Отца и мать – коротко и без улыбки ответил я – Да, мне приходилось терять близких.

- Мои соболезнования, господин Бульквариус.

- Благодарю от всей души, госпожа Хва-Бэли...

- И пусть разумные пауки ныне живут среди нас... разве можно верить тем, кто поедал нас будто промысловую рыбу?

- Я пока не могу дать вам никакого ответа. Поэтому я и покупаю книги о прошлом, чтобы добавить к ним позже свои личные знания о настоящем и... быть может составить какие-то предположения о будущем...

- И снова – очень глубокие слова, господин Бульквариус. Я запомню их. И даже запишу.

- Вы слишком добры к моим мысленным скромным возможностям...

- Чай? Кофе?

- А?

- Кофе – она решительно кивнула и взмахом руки указала на дверь – Я бы выпила пару чашек кофе за увлекательной беседой с умным джентльменом... если меня угостят этим кофе.

Встрепенувшись, я часто закивал:

- Прошу прощения! Порой я такой... – мой взгляд упал на дубовую стойку – Порой я такой дубовый, что самому стыдно. Благодарю за оказанную мне честь, госпожа Хва-Бэли – я с великой радостью угощу вас кофе!

Мне показалось или она сама смущена? Это ведь не едва заметный румянец смущения на её щеках?

Отбросив глупые мысли, я торопливо оплатил покупки – семь золотых монет! Проклятье! Надо же было сцапать для прикрытия столь дорогие книги! Дождавшись, когда мне все уложат в сумку, повернувшись, одарив меня волной тонкого аромата, она сообщила:

- Неподалеку есть милая кофейня и можно посидеть за столиком прямо на улице.

- Отлично!

Ну да – никто со мной нигде уединяться не будет, надо соблюдать приличия – а «местные» преимущественно ведут себя весьма сдержанно. И незамужней девушке из богатой семьи важно сохранить свою репутацию столь же белоснежной, как и её платье.

- Правда ли что вы награждены нагрудным знаком Чистосердие Приглубья третьей степени? – неожиданно спросила она, пока мы шли к выходу.

Едва не споткнувшись, я ответил утвердительно:

- Это так.

- Почему не носите на груди? Из скромности?

- И поэтому тоже – хмыкнул я – Храню бережно, наградой дорожу, но стараюсь не привлекать к своей персоне слишком уж много внимания.

- Нагрудный знак может помочь во многих делах...

- Это так.

- Но порой может и помешать, ведь дела ведутся с разными ахилотами, верно?

- И это так. Вы мудры, госпожа Хва-Бэли.

- Расскажете за что получили награду?

- Расскажу. Тут нет ничего таинственного и хоть сколько-то героического – рассмеялся я, церемонно открыая перед девушкой дверь и пропуская её вперед...

**

Кофейня действительно была хорошей, хотя внутрь я заглянул лишь через большие окна, а мы свой выбор остановили на столике, стоящем под сенью старого водорослевого дерева, причем столик стоял как бы особняком, но не слишком далеко от остальных, что позволяло говорить свободно, но не давало почвы для пересудов о возможном свидании. Надо же как я быстро обо всем это сообразил... ну и добавил пару деталей, выложив часть книг из сумки на столешницу, а также положив перед собой несколько чистых листов бумаги и начав крутить в пальцах магическое перо.

Идеальное прикрытие – те, кто знали Хва-Бэнти, знали и о её увлечении литературой, равно как и делами финансовыми. Так мы выглядим не как парень с девушкой, а как что-то ищущая госпожа и готовый её помочь ахилот чужеземец, прямо сейчас записывающий все её пожелания. От нас даже отвернулись все с разочарованным видом...

К чему я так стараюсь показать всем что это ни в коем случае не свидание?

О... я боюсь не пересудов горожан. Мне даже приятно показаться в городе со столь красивой девушкой и пусть завидуют. Я боюсь гнева её отца. И не забываю о том, что многие из его сыновей служат в городской страже. Чего мне не надо, так это ненужных обвинений и подозрений – мне еще, как я скромно мечтаю и надеюсь, дела вести с уважаемым Тур-Урэлом... и в этом городе мне еще жить...

После того как мы сделали заказ, а я с облегчением убедился по меню, что здесь нет заоблачных цен, обычная городская кафешка и денег у меня хватит с лихвой, сначала не знал как продолжить разговор. Вообще с девушками я умею. Вот уж неожиданный плюс жизни барного алкаша в том, что я научился знакомиться, поддерживать разговор и вообще выглядеть тем, кто не станет грузить мозги унылой ерундой, а просто поможет развлечься и не испортит вечер. Но там были девушки реальные и современные. Там я знал о чем говорить... а тут что обсуждать? Тонкости бисероплетения? Аспекты викторианской живописи? Даже и не знаю...

Но мне не пришлось долго мучиться – Хва-Бэнти заговорила первой и следующие часа полтора я только и делал, что кивал, поддакивал, дозаказывал нам кофе с пирожными и слушал. К моему искреннейшему удивлению она умела говорить и рассказывать с мастерством не меньшим чем у недавно встретившегося мне на кроне старого древа игрока Мамин Граммотей. Потоком слов с неё незаметно смыло маску сдержанности и спустя какое-то время я понял, что передо мной сидит, по сути, совсем еще девчонка, максимально увлеченно рассуждающая обо всем, что связано с бизнесом, финансами и прочими