Ведомости Бульквариуса 4 - Руслан Алексеевич Михайлов

плотно прилегающими друг к другу деловыми сферами. И не прочти я до этого немало книг на нужные темы, я бы просто не понял даже четверти произносимых слов, что больше подошли бы к устам лениво и веско рассуждающего профи с Уолл-Стрит.

Сначала мы обсудили мелких торговцев и их успехи, и промахи, благодаря чему я узнал несколько новых для себя имен – и записал их. В свою очередь я тоже поделился несколькими именами, рассказав о тех, с кем меня свела судьба на дорогах и в тавернах подводной Вальдире, сразу озвучив чем они могли бы оказаться полезными их семья. И Хва-Бэли тоже не стала полагаться на память, достав из небольшого на вид кошелька из белой кожи блокнотик, куда записала услышанной изящной чернильной ручкой с золотым пером. Что меня поразило больше всего – она писала на первой же странице блокнота, надпись держалась несколько секунд, пока над ней не проводили рукой, после чего исчезала, и страница снова становилось девственно чистой. Я не смог удержаться от вопроса, и девушка пояснила: все что пишется в блокнот само собой сразу же дублируется в лежащий прямо сейчас на столе в ее личных покоях неподъемный фолиант на пару тысяч страниц тонкой бумаги. В блокноте же все стирается. Для чего это сделано? В первую очередь для безопасности – карманных воров в Приглубье да и повсюду пока не извели и рисковать важными деловыми записями совсем не хочется. Во-вторых, это просто очень удобно – фолиант зачарован на понимание речи и стоит потребовать нужные сведения, и он сразу откроется на нужной странице. Еще этим пользуются для немедленной передачи важных слов и даже писем тем, кто сидит у книги и ждет, скажем, результатов деловых переговоров. Дать приказ ахилоту с быстрой рукой и разборчивым почерком – и можно вообще каждое сказанное на встрече слово перенести в фолиант. Многие этим пользуются, а книги позже уходят в архив. Однако удовольствие недешевое...

И сколько стоит?

Сам фолиант – не очень дорогой, в придачу к подобному блокноту их штуки три в подарок дадут. А вот блокнот... тут цены от пятисот золотых монет. А как хранит свои записи господин Бульквариус?

Я признался и даже показал – пишу на таких вот многократно сложенных листах, потом уже переписываю все важное в рабочие журналы, а мой архив это угол рабочего стола в моем гостиничном номере. Но когда разбогатею достаточно, то обязательно приобрету магический блокнот для синхронизации данных. Слово оказалось для нее новым, она вопросительно взглянула на меня, и я пояснил его значение.

- У чужеземцев много непонятных нам слов... – заметила она, серебряной ложечкой среза уголок пирожного.

- Другой мир – другие слова – ответил я.

- Ты ахилот...

Глянув на свои пальцы с перепонками, я пожал плечами:

- Не поспоришь...

- Но я слышала что вы одновременно живете в двух мирах... здесь вы ахилот Бульквариус, а там в своем родном мире у тебя другое имя и... и вы человек, что живет на суше, дышит не жабрами, а легкими, не имеет перепонок и плавает далеко не так быстро, а жить под водой и вовсе не сможет... насколько правдивы эти слухи?

- Полностью – ответил я, даже не пытаясь скрыть удивления – Неожиданные вещи интересуют вас, госпожа Хва-Бэли...

- Трудно не заинтересоваться вами чужеземцами... с каждым годом вас все больше, вы оказывается исконным жителям серьезную конкуренцию, а дела ведете порой так грамотно и жестко, что даже веками торгующим семьям есть чему у вас поучиться... но главное, что поражает нас – вы бессмертны... ведь вы бессмертны, господин Бульквариус?

- Просто Бульк – попросил я – И обращаться лучше на «ты». Понимаю, что мне подобная честь оказана не будет, ну а я сам считаю, что чем проще форма обращения, тем легче подбирать правильные слова.

- Бульк... так ты бессмертен?

- К моему сожалению это не так – усмехнулся я – Ведь бессмертные – это те, кто вообще не может умереть. А меня убить довольно легко...

- Но ты не умрешь... не обратишься в прах. На месте твоей гибели останется облачко серебристого или алого тумана, а сам ты, почти нагой, появишься на особой плите где-нибудь неподалеку... разве не так?

- Все так. Но это не бессмертие, а что-то вроде... воскрешения, как бы богохульно это возможно не звучало. Надеюсь, светлые боги не осерчают на меня за такие рассуждения. Но это оно – воскрешение. Здесь в Вальдире мы можем умирать и воскресать бесконечно, но теряя при этом часть силы и умений – которые потом придется зарабатывать и изучать заново. Поэтому мы чужеземцы очень не любим погибать.

- А там? В твоем родном мире откуда ты родом... по известной нам легенде ваш мир погибает...

- Каждый мир погибает. Просто чаще всего конец света грозит наступить не так уж и скоро...

- Там ты тоже бессмертен?

- Уверен, что вы уже слышали, что там мы более чем смертны. Одна жизнь, одна смерть и никакого возврата с того света. И никакого серебристого тумана – на земле останется мое мертвое тело... которое придется кому-то уносить с тем чтобы потом похоронить по одному из наших многочисленных погребальных обрядов.

- И после обряда – долгий путь души в Королевство Аньгоры? Путь в Королевство Мертвых?

- Если у нас и есть королевство мертвых, то никто не знает этого наверняка – ведь еще никто из нас не возвращался с того света. Это путь в один конец. И поэтому многие из нас стремятся прожить свою жизнь как можно ярче... до того, как наступит момент небытия...

- И пока ты сидишь здесь напротив меня, пьешь кофе и рассуждаешь о смерти... твое тело? Что происходит с твоим телом там? Или оно как-то переносится сюда и...

- Нет-нет. Оно остается на месте. Мое тело лежит там неподвижно словно погруженное в мертвый сон, а мой разум бодрствует и находится здесь. Тут в Вальдире я провожу время с рассвета и чуть ли не до полунчи, а в том мире – лишь ночи.

- Вам не нужен сон?

- Еще как нужен – заверил я пытливую девушку – Ночами как раз сплю как убитый, чтобы восстановить силы и снова нырнуть в чудесную Вальдиру.

- Каково это?

- Нырять в