Путь возмездия - Максим Александрович Лагно

Также можно предположить, что Рено Кохуру, первый старший воинства, стремился выведать точное местонахождение царства Свободной Вершины, для чего приказал добывать как можно больше пленников. И как положено славному воину, не считался с потерями среди бесславных бойцов, типа Ашура и его товарищей.

Что тут сказать? Только то, что при мне такой фигни не было.

Я не без гордости припомнил, что именно я настоял, чтобы в ходе абордажа наши бойцы находились внутри летящих башен не более минуты. Или, по-моему, даже меньше? Уже не помню…

Но Рено Кохуру в налётах на башни не участвовал. О ходе воздушных сражений он узнавал из пересказов воинов, то есть победителей, хваставшихся победами. Погибшие небесные воины не могли рассказать о том, как противники заманили их вглубь башни, вынуждая потратить линии и грани, а потом бросили на них резервы в виде выучек, грязных колдунов и гракков.

Ошибка выжившего — вроде так будут называть такое явление в будущем.

✦ ✦ ✦

Наконец я расспросил пленников о пропаже моего отряда. Как эту весть восприняли в воинстве?

Ответы были неутешительными, но ожидаемыми: вину за гибель отряда возложили на меня.

На разборе итогов поисков правды о пропаже отряда Самирана, Рено Кохуру и Котахи Патунга сделали следующее заключение: из-за чванливого стремления Самирана из рода Саран захватить Морскую Матушку, дабы заслужить всю славу, его отряд угодил в ловушку и был уничтожен превосходящими силами противника.

Если не вдаваться в подробности, примерно так всё и было. Но именно этих подробностей пленники не знали. Они не смогли ответить, известно ли старшим, что в ловушку отряд завёл не столько я, сколько предательница Акана из рода Ситт.

Теперь понятна истинная причина, почему Акана пролезла в мою комнату через пол. Вовсе не из-за того, что её могли увидеть слуги Неба, среди которых якобы были предатели. В Свободной Вершине я вообще не увидел ни одного из воспитанных мною полицаев, следовательно Акана всё это выдумала для оправдания своей скрытности.

Сейчас поступки и ложь Аканы очевидны, но в те времена у меня не было причин сомневаться в ней. Ведь это она предупредила меня о начале родовой войны. А все её обманные озарения применялись к воинам отряда Маджи с разрешения старших. Якобы для укрепления нашей устойчивости к обманным озарениям. Скорее всего, в этом укреплении не было обмана — устойчивость и в самом деле вырабатывалась. Но ведь она обманула и завела меня в ловушку не с помощью каких-то озарений, а с помощью старой доброй лжи и подтасовки фактов, подкреплённых доверием, которое она сумела заслужить.

Я спросил, какие меры были приняты для поиска моего отряда? В конце концов, многие знали, куда мы направились.

Спустя сколько-то дней, когда мой отряд не вернулся, воинский совет назначил поиски правды об отряде Самирана.

Ашур был одним из участников поисков. Он рассказал, что отряды летучей кавалерии и искателей несколько десятков дней прочёсывали местность — озёр в той стороне оказалось много, пришлось обыскивать дно каждого, пока не обнаружили подводный храм. По сохранившимся следам сражения, остаткам доспехов, оружия и нескольким валявшимся знакам воинской принадлежности искатели пришли к выводу, что мой отряд был именно здесь.

Правда, никто не мог понять, как целый отряд не самых слабых небесных воинов проиграл сражение в тесных стенах подводного храма? Были высказаны самые разные предположения, но ни одно и близко не подошло к правде. Вероятно, Диаба уничтожил механизмы, подававшие в храм коричневый дым. Отчего искатели сделали неправильные выводы.

Имя небесного воина Самирана было покрыто позором и в таком виде внесено в скрижаль с назиданием о том, как опрометчивые поступки старших в отряде приводят к потерям.

Обвинение обидное. Будто отпрыски славных воинских родов никогда не совершали опрометчивых поступков, приводивших к большим потерям среди подчинённых. Да такое происходило сплошь и рядом! За примером не надо далеко ходить — Ашур и его товарищи попали в плен именно из-за приказа старших!

Но на защиту накосячившего славного отпрыска поднимался весь род. А за меня не заступились даже Патунга!

Конечно, можно попытаться их понять: смерть целого отряда, в котором были дети не только славного рода Патунга, но Ронгоа и Сарит омрачило в остальном блистательную победу Дивии над низкими царствами. Победу, которую Патунга приписывали своему командованию. Наверняка Кохуру раструбили об этой потере, преувеличив её до кошмарных размеров. Вполне могло быть так, что гибель моего отряда стала событием, которое смело род Патунга с места первых старших воинства.

Вероятно, дядя Шоодо и пытался как-то обелить моё имя. Но что может сделать какой-то там Саран против старших славных родов? Нельзя исключать того, что дядя Шоодо вовсе не бросился меня защищать. Ведь после моей смерти он становился первым старшим рода Саран! Ему даже выгодно, что я погиб.

Напоследок, я попытался узнать что-либо о судьбе Нау и моего сына. Но Ашур, и другие пленники были бесславными рядовыми солдатами, они не жили в Четвёртом Кольце, поэтому не знали, что стало с моим дворцом и семьёй.

По идее, Патунга должны были некоторое время содержать осиротевших детей воинов из отрядов своих союзников. Но навряд ли они будут содержать весь мой дворец. Скорее всего, Нау будет вынуждена продать его по самой низкой цене, чтобы поскорее убраться из Четвёртого Кольца, где её презирали за происхождение, ведь она — танцовщица с ветроломов.

Мой сын, Ваен Саран, мог рассчитывать на поддержку рода Саран, но опять же, навряд ли эта поддержка распространится на грязерожденную. От дядя Шоодо вообще можно ожидать, что он отберёт Ваена у Нау и воспитает, как своего ребёнка. И для маленького Ваена это лучшая судьба, нежели жить с Нау на ветроломах или на окраинных Кольцах.

Дядя Шоодо обеспечит Ваену лучшее образование. Но когда у мальчика наступит нужный возраст, то вскроется его грязерожденное происхождение — ведь у него будет одно наследованное озарение, а не два. Впрочем, и на этот случай есть обходные Пути. И пусть их ищет пронырливый Шоодо Саран, первый старший почти славного рода, а не грязерожденная фанатичка лживой веры прошлого.

Светящиеся овалы «Правдивой Беседы» начали гаснуть, но я не стал их обновлять — я узнал всё, что мог.

Когда озарение окончательно отпустило пленников, Ашур вдруг спросил:

— Что с нами сделают?

— Вас не убили, значит, вас нашли пригодными для труда во славу Свободной Вершины.

— А что это вообще за место? — спросила женщина. — Похоже на храм Двенадцати