Лорд, построим мир с нуля? Ну или перестроим! - ИллювиА

Если это производитель, значит, где-то научились печатать редкий кристалл. Цена рухнет, а вместе с ней — все, кто держал «захват» как заначку на старость. Если это накопитель — зачем сливать именно сейчас? Перед чем?

Он выключил монитор. В тёмном стекле отразилась небритая рожа с мешками под глазами. Пять лет он следил за рынком расходников, и ни разу график не пугал его так, как этот подъём — ровный, без единого провала.

В дверь сунулась голова практиканта:

— Сверху спрашивают, что с «захватом».

— Скажи, пусть подождут. Я ещё не понял.

— Они говорят, «не понял» — это тоже ответ.

— Вот и передай.

Голова исчезла. Он снова включил монитор. Красная строка горела, как глаз. Тридцать тысяч кристаллов, и где-то за ними — человек, который не знает, что уже перепугал пол-рынка. Или знает. И ему всё равно.

Второе было бы хуже.

* * *

Лавку он держал двадцать лет, и двадцать лет под прилавком у него лежала коробка из-под обуви. В коробке — двадцать два кристалла «захвата территории», завёрнутых каждый в промасленную тряпицу. Куплены по случаю, когда наследники спускали добро за бесценок. Заначка на старость, не хуже золота. Лучше золота.

Он узнал про рост продаж в четверг, от мальчишки-разносчика, который тыкал пальцем в экран и не мог выговорить цифру.

Тридцать тысяч.

Сначала — радость. Дурная, горячая, как глоток спирта. Прикинул на пальцах: если скинуть сейчас, хватит и на лавку в центре, и на дом у реки, и на внуков. Потом в голове что-то щёлкнуло, и он сел прямо на мешок с крупой.

Тридцать тысяч. За день. С постепенно нарастающим количеством ежедневно.

Он видел, как лопается рынок. Помнил, как в двадцать втором обрушились «сферы дополнительных ячеек», когда три гильдии разом выбросили запас, а потом выяснилось, что никакого дефицита не было — просто слух, раздутый перекупщиками. Те, кто держал, вышли в трубу. Те, кто слил первым, отстроились.

Он не умел сливать первым.

Позвал жену. Показал сводку. Она долго смотрела, потом спросила: «И что это значит?» Он не ответил. Что тут скажешь. Это значит, что его двадцать два кристалла — теперь не сокровище, а вопрос: успеть или опоздать.

Утром открыл аукцион. Цена держалась, даже чуть подросла — покупатели ждали обвала и караулили дно. Он потрогал коробку. Кристаллы в тряпицах были тёплые, будто только что из печи.

— Не продаём, — сказал сам себе.

Жена от двери глянула: «Ты же хотел дом у реки».

— Передумал.

Он закрыл лавку на обед, хотя был только полдень, и пошёл к причалу смотреть на воду. Река текла, как текла. За ней, за поворотом, вчера ещё было пусто, а сегодня уже торчат леса новостройки — кто-то всё-таки успел купить землю.

Он стоял и думал, что заначка на старость — это когда знаешь, что она есть. А когда не знаешь, сколько она будет стоить завтра, — это не заначка. Это петля на шее, только медленно.

* * *

В кабинете у военного советника окна не было — карта вместо окна, на всю стену. По карте ползли красные жилки границ, и он водил по ним указкой, пока не сломал кончик.

— Тридцать тысяч, — сказал он в третий раз. — Это не рынок. Рынок так не дышит.

Перед ним сидели двое: казначей и начальник разведки. Оба делали вид, что смотрят на карту, а на самом деле — друг на друга.

— Расходник, — начал разведчик. — «Захват территории» — одноразовый кристалл, жрёт ману, ставит флаг на свободном участке. Кому он нужен оптом?

— Никому, — советник бросил указку на стол. — Поэтому и страшно.

Тридцать тысяч кристаллов — это не запас. Это ровно столько, сколько нужно, чтобы за ночь перекроить границы целого региона. Не завоёвывать — застолбить. Прийти на чужую спорную землю и поставить флаг, пока хозяин спит. А утром уже разбирайся с системным правом.

— Продавец анонимен, — продолжил разведчик. — Личный зал, без поручителей. Сливает мелкими партиями, цену не роняет. Профессионал.

— Или просто трус, который боится привлечь внимание, — казначей пожал плечами.

— Трус не держит тридцать тысяч единиц редкого расходника. Трус вообще не знает, как выглядит этот кристалл.

Повисла пауза. Советник подошёл к карте и ткнул пальцем в зелёное пятно — недавно застолблённые участки, которых месяц назад не было. Пятно разрасталось медленно, но ровно, как сыпь.

— Допустим, это не подготовка к войне, — сказал он. — Допустим, кто-то просто научился их делать. Тогда хуже.

— Почему? — казначей поднял бровь.

— Потому что дешёвый «захват» сожрёт систему границ. Любой барон с деньгами накупит тысячу штук и раскроит соседа на лоскуты. А это уже не война. Это анархия.

Разведчик молча кивнул. Казначей зачем-то поправил воротник, хотя в кабинете было холодно.

— Докладывать? — спросил разведчик.

— О чём? — советник усмехнулся. — «Кто-то где-то продаёт что-то, чего не должно быть много». Нас поднимут на смех.

— А если не доложим, а завтра граница поедет?

Советник вернулся к столу, налил воды из графина. Стакан в руке дрогнул — самую малость, но оба заметили.

— Тогда будем разбираться с тем, что останется от границы.

Он поставил стакан, не отпив. За окном, за несуществующим окном, на карте тихо догорал закат — красные жилки границ пульсировали в такт лампе.

И все эти переживания были даже без учета неточности в докладе, ведь рост продажи кристаллов в количестве был постепенный и ежедневный. Только о последней партии из тридцати тысяч было доложено корректно, не было сведений о постепенном, но стабильном росте их количества на рынке.

Информация, которая может перевернуть их первичное мнение вверх дном.

* * *

Глава 44

Проснулся от того, что в висках стучало — не боль, а эхо вчерашней прокрутки, будто в голове до сих пор листались описания навыков. На тумбочке белела та же записка: «Генерация новых навыков, не забыть!» Не забыл. Нагенерировал так, что к ночи в глазах плыло.

За окном уже грохотала площадка. Кофе сварил крепкий, до горечи, кружка с отбитой ручкой — держал за бочок, как грелку. Сел у окна, глотнул, поморщился: остыл, пока разбирался со шнурком.

Развернул интерфейс. Голубоватая сетка повисла в воздухе и осела. Общий пул территории: восемьсот десять новых позиций. Вчерашняя нехитрая махинация — не привязывать последнюю генерацию к слотам, гнать её прямиком в пул — вылилась в эту гору.

Перечитывать всё подряд — с ума сойдёшь. Листал наискось, выхватывая глазами этикетки. Половина — имеют разные описания и названия, а вот