Дети Зазеркалья - Варвара Кислинская

— Да не претворяюсь я, — отвечает фантом из другого конца зала и, сделав ручкой, исчезает в стене.

А я бросаюсь к столу. Хорошо все же, что ящики открываются только для меня. Три дня! Три проклятых дня не могу закончить этот портрет! Будь оно все не ладно! Где?! Где были твои глаза, Марта, когда ты смотрела на ушастика и не видела его?!

Я открываю альбом. Штук двадцать набросков лица Велкалиона смотрят на меня с немым укором. Бред! Никакой это не Вел! Похож, да, но не он. Не оживает. Не то что-то. Что?! Что я не могу понять в нем? Проклятие! Время уходит. Неумолимо уходит. Велу грозит опасность. Откуда я это знаю? Откуда это знает Библиотека? Похоже, она в такой же растерянности, как и я. Мы обе не понимаем, почему уверены в этом. Но мы уверены. Вел — член семьи, и остается им, несмотря на долгое отсутствие.

Библиотека считает, что не смогла бы что-то почувствовать, если бы это не было связано с магическим миром. Значит, опасность исходит от одного из тех, кого они там ищут. От кого — она даже не может предположить. И так же, как и меня, ее пугает фатальная уверенность в необратимом исходе. Я должна нарисовать его! Он спас всех нас, он подарил нам надежду, отдал нашей любви к близким больше двадцати лет своей жизни. Я не имею права не спасти его! А Библиотека просит меня успокоиться. Ей легко говорить!

Риох тоже ходит мрачный — предчувствие беды передалось и ему. Дети подавлены. Особенно Шета. Библиотека любит Ахрукму, но не считает членом семьи, как и Джесси. Возможно, не хочет привязывать к себе хобголинов. Но Шета — ее дитя, так же, как и мое, и кентавричка не улыбается и даже плачет во сне. А Питер, не понимая в чем причина, винит себя, почему-то решив, что это его неудачные попытки терапии довели девочку до срыва.

На мне, наверное, крупными буквами написано, что я в ужасе. Вчера, в Подгорье, Уме провалила третий тур. Из-за меня. Я сглупила, рассказав все ей и Ренате. Но они сами загнали меня в угол и потребовали ответов. А мне нужно было с кем-то поделиться. И Уме запаниковала. Не знаю, чего она испугалась больше: что с Гордоном тоже может что-то случиться, хоть я и уверяла ее, что опасность грозит только Велу, или что этим самым чудовищем может оказаться ее сын. Магически одаренный тритон — нечто настолько неизвестное, что может проявиться, как угодно. Может, и не напрасно они исчезли в нашем мире. В общем, петь Уме не смогла. Голос все время срывался. Гномы ее попросту освистали. На удивление, Рената восприняла это совершенно спокойно. Правда, чуть позже, огорошила меня решением заменить Грэма Гургом.

— Чтоб наверняка, — совершенно серьезно заявила она.

— Рена, ты рехнулась! Дракон в Подгорье! Как ты себе это представляешь?! Это же было просто шуткой! — взорвалась я, но она только пожала плечами.

— В каждой шутке есть доля шутки, Марта. Это тот случай, когда она ничтожно мала.

По ее решительно сжатым губам я поняла, что спорить бесполезно. Во всяком случае, сейчас. Ничего, остынет, передумает. Не тащить же в самом деле Гурга в пещеры!

Я все еще пытаюсь понять, откуда может исходить опасность. Думаю, все же не от тритона. Вел не собирался в Австралию. Туда должны были отправиться ундины. Эльфы и саламандр планировали сопроводить Асю к родителям, а потом вместе с ней осесть в моей квартире, повидаться с Павлом и заняться поисками кентаврийского генома. А ушастик, кажется, навязался в спутники Алене и Грэму. Впрочем, в той неразберихе, что царила тогда в номере Шарля, я могла что-то и упустить. Макс согласился, что, вроде бы, все правильно. Рената вообще мало на что обращала внимание, кроме крестницы, а Питер слишком плохо понимал, о ком идет речь, звучавшая к тому же не всегда на английском, и пролить хоть какой-то свет на планы наших друзей, оставшихся в том мире, не мог в принципе. Но если предположить, что мы с Максом были правы, то получалось, что опасность должна исходить от кого-то из оборотней, что было просто невероятным. Даже если кто-то взбесится, Алена с этим справиться сумеет. Вот только… Но что может случиться, чтобы взбесилась сама Алена? Александра…

Я боюсь об этом думать, гоню мысль прочь. Нет, Алена сильная. И она никогда не поступит так с Грэмом. Даже из-за дочери. Да и Грэм сразу поймет, что с ней, и примет меры вовремя. Значит, должно быть что-то еще…

Очередной набросок смотрит на меня чужими глазами. Снова не о том думаю. Кто бы ни представлял угрозу там, в том мире, ничего не случиться с Велом, если я смогу подчинить себе собственную своевольную магию. Почему? Почему я не вижу его душу? Что за мир таится за этими изумрудными глазами?! Ох, Вел…

Требование Библиотеки немедленно вернуться в свои апартаменты выводит меня из себя. Гости? Да пошли они! Плевать мне на всех гостей оптом и в розницу. У меня есть дело поважнее. Но мой дом… злорадно торжествует. Библиотека кого-то заманила в ловушку? Ей срочно требуется мое участие в неком представлении?

Милая, а может ну их всех на фиг? Вел важнее. Ты же сама сделала все, чтобы он сначала остался здесь, а потом принял свое самоотверженное решение. Лучше помоги мне. Я не имею права не спасти его… Ну какие мои дела могут быть важнее его жизни?!.. Что еще за правильное направление мыслей? Ты только больше меня запутываешь… Ладно, ладно, уговорила. Что за собственные дела у меня такие важные?.. Равновесие? При чем здесь Равновесие?.. Что?! Ах он засранец! Еще и сюда заявился! Раньше времени у него на это никогда не находилось! Да я его собственными руками придушу и скажу, что так и было!.. При чем здесь Ан?.. Да? И как интересно он должен все разрулить?.. Хорошо, хорошо, ты умная, ты все знаешь! Но если все так просто, я там зачем?.. Смягчить ситуацию? Не породить нового конфликта? Что-то ты темнишь… Получается, мне все равно все самой разгребать?.. Да отпусти ты его с миром, если он тебе надоел, да и дело с концом!.. Можно подумать, он вообще знает, что такое долг! Он только те долги считает, что ему причитаются!.. Ну ладно, если может сработать… Что я должна сделать?! Ты рехнулась! Да ни за что на свете!.. Время потянуть? Ради