И сгустился туман - Джули Си Дао

Услышав слово «друг», я едва сдерживаю смех. Если бы только он знал! Но все, на что меня хватает, – это несколько судорожных, прерывистых вдохов, которые моментально привлекают внимание доктора:

– Вам трудно дышать?

– В легких как будто… – Не найдя нужных слов, я прижимаю ладонь к груди, изображая тяжелый груз. – Я чувствую себя хуже, когда бодрствую.

Ван Хелсинг задумчиво откидывается на спинку стула.

– Ваша матушка сказала, что вы уже много дней ничего не ели, а от Мины Мюррей я узнал о необычной жажде, которая мучила вас, пока не спала лихорадка. Если не считать участка вокруг ран, жара в теле нет. Вы можете сесть в постели?

– Каждый раз, когда я пытаюсь это сделать, на меня накатывает ужасная слабость. – Я перевожу взгляд на Артура, стоящего позади доктора, и при виде его удрученного лица чувствую укол страха. – Доктор, я умираю?

– Вы? Девятнадцатилетняя девушка в расцвете сил? – Доктор Ван Хелсинг небрежно отмахивается, однако в его глазах я замечаю напряженную работу мысли. – У вас крепкое сердце, я сразу определил это по вашему пульсу. Головокружение, слабость, бледность… это симптомы значительной кровопотери. Тем не менее ваши периоды бодрствования удлиняются, это хороший знак. Аппетит вскоре вернется, а до тех пор ешьте понемногу, даже если не голодны. Организму нужно топливо. Может быть, попросим мистера Холмвуда принести вам чашку бульона?

– Сейчас же принесу. – Радуясь, что может услужить, Артур немедленно бросается вон из комнаты.

Доктор устремляет на меня серьезный, сосредоточенный взор.

– Мисс Люси, теперь, когда мы с вами остались одни, позвольте мне говорить откровенно. За свою жизнь я лечил самые разные недуги и видел немало пациентов, пострадавших от укусов животных. Боюсь, в данном случае мы имеем дело не с животным, по крайней мере, не с собакой. Не хочу вас пугать лишней информацией, но…

– Прошу, доктор, говорите без утайки. – Мне становится любопытно, насколько верны его догадки.

Ван Хелсинг кивает.

– Замечательно. Агрессивная собака кусает обеими челюстями. Но давайте сыграем в… как это по-английски? В адвоката дьявола. Даже если пес кусает одними верхними зубами, на коже у пострадавшего остаются проколы от нижних – так устроена собачья челюсть, а у вас я вижу следы только двух клыков. Только двух! – Доктор наклоняет голову набок. – Как выглядела эта собака? Можете описать?

Я снова вспоминаю тот вечер. Когда слуги внесли меня в дом, я оглянулась на темную улицу и увидела, что Влад исчез, а из тумана на меня глядит огромный, дикий на вид черный пес. Оба сошли на берег с «Деметры», но я забыла спросить Влада о собаке. Возможно, это был судовой пес? Или частичка души Влада, оторванная от тела?

– По очертаниям и размерам пес походил на волка, – говорю я. Доктор Ван Хелсинг подается вперед и закрывает глаза, чтобы лучше сосредоточиться. – Цвета не помню. Наверное, было слишком темно. Уши торчком. Крупный, лохматый и… и очень худой.

Я умолкаю, но доктор не меняет позы – глаза закрыты, брови озабоченно нахмурены. Ни один врач не поверил бы в существование вампиров, и все же мне интересно, что было бы, если бы Ван Хелсинг узнал правду, если бы нашел Влада. Мог ли этот худощавый, любезный джентльмен хоть что-то противопоставить всесильному созданию, неподвластному смерти, с очами будто две кровавые бездны? Меня передергивает от воспоминания, как Влад – воплощение ярости и возмездия – пронзил мою плоть клыками, и в этот момент доктор Ван Хелсинг открывает глаза.

– Я утомил вас долгими разговорами, – сконфуженно произносит он. – Прошу меня простить. Однако с лестницы доносятся шаги мистера Холмвуда, и прежде чем он вернется, я хотел бы сказать вам вот что: знайте, Люси, вы можете мне полностью доверять, я не нарушу конфиденциальности и ни словом не поделюсь ни с кем, даже с вашей матушкой.

– Отчего вы решили, что у меня есть тайны? – спрашиваю я, тронутая его предупредительностью.

– Не знаю, – медленно произносит доктор. – Но интуиция подсказывает мне, что вы о чем-то умалчиваете, и, простите мою самонадеянность, чутье никогда меня не подводит. Конечно, дочерей у меня нет, опыта общения с юными леди вроде вас тоже немного, однако, полагаю, сохранение чужой тайны – общепринятое правило, не так ли? – Доктор строит забавную гримасу.

Я улыбаюсь.

– Вы говорите так, словно юные леди – объект научного интереса.

– Возможно, так и есть. – Доктор переводит взор на ранки на моем горле и опять серьезнеет.

Открывается дверь, в спальню входит Артур с подносом в руках. На подносе – чашка дымящегося бульона, пустой бокал и графин с холодной водой. Доктор Ван Хелсинг встает и начинает рыться в своем медицинском саквояже, а Артур занимает его место на стуле, чтобы покормить меня горячим и соленым бульоном.

– Итак, Люси, будьте добры съесть всю порцию, – говорит доктор, раскладывая на моем туалетном столике разнообразные трубки, флаконы и бинты. – Для этой операции вам потребуются силы.

Мы с Артуром обеспокоенно переглядываемся и хором переспрашиваем:

– Операции?

– Не волнуйтесь, сегодня я никого резать не собираюсь, – бодро заявляет доктор Ван Хелсинг, и Артур беззлобно хмыкает, реагируя на эту не слишком уместную шутку. – Правда тем не менее заключается в том, что в результате укуса некоего существа Люси потеряла много крови.

– Вы имеете в виду собаку, – уточняет Артур, поднеся к моим губам ложку с бульоном. – Это же была собака.

– Упомянутые мной симптомы – слабость, головокружение и так далее, – доктор пропускает слова Артура мимо ушей, – характерны для анемии, но также возникают вследствие значительной кровопотери. И эту потерю необходимо восполнить. Я владею особой техникой, именуемой трансфузией, и успешно ее практикую.

– Восполнить потерю… чем? – недоуменно спрашиваю я.

– Кровью другого человека, – поясняет доктор Ван Хелсинг. – Как я уже сказал, вы молоды и здоровы, поэтому ваш организм сам произведет новую кровь, но сейчас вы нуждаетесь в помощи, поэтому я поделюсь с вами своей. При трансфузии, иначе говоря, переливании, я вставлю вам в вену тоненькую иголочку – вы почувствуете лишь слабый укол – и с помощью трубки подсоединю ее к игле в моей руке.

Объяснение приводит Артура в ужас:

– Сэр, а без этого никак не обойтись? Люси и так очень слаба…

– Наоборот, процедура наполнит ее энергией, – заверяет доктор. – Это я буду испытывать некоторую слабость, но еда и отдых восстановят мои силы, тем более что милейшая миссис Вестенра уже пообещала мне и то и другое. – Благодаря обаянию и жизнерадостной манере доктора я чувствую себя лучше, несмотря на пугающие упоминания трубок и игл.

– Но зачем вам делиться кровью с Люси? – не