Не мечтай о нас - Кристина Рэйн

не хочется смотреть на ее зад, перед глазами все равно вспыхивает обнаженная кожа, и мое внимание ненадолго задерживается на упругих бледных ягодицах. Меня всегда привлекали красивые круглые задницы. Кроме того, на Хэйден темно-синие стринги, выставляющие напоказ слишком много для девственницы.

– Внутри ты – уже давно развратная, не так ли? Пришло время стать ею биологически.

– Сайлас, прекрати это дерьмо. Ты достаточно запугал ее. Ты получил то, что хотел! – Айзек подходит ближе и даже осмеливается меня толкнуть.

Он не имеет ни малейшего представления о том, чего я действительно хочу. О том, что я хотел сделать с Хэйден Найт с тех пор, как она зашла в ворота кампуса. Признаю, брать ее никогда не входило в мои планы. Я не хотел подвергать себя такому испытанию. Но иногда на тропе войны приходится идти на жертвы. Я готов пожертвовать собой ради единственной цели – лишить невинности дочь Сэмюэла. После этого я отмоюсь до блеска – но сначала хочу увидеть ее кровь.

– Сайлас, чувак!

– Не лезь! – кричу я и взмахиваю левой рукой – в тот же момент Айзека отбрасывает от меня, и он отлетает на несколько метров. Понятия не имею, где он приземлился, но сейчас мне нет до этого дела.

– Сайлас, пожалуйста! Не так! Отпусти меня! – скулит потаскушка Найт.

Обеими руками я хватаю ее стринги и стягиваю их вниз. Затем просовываю руку между ее ног и для проверки один раз провожу. Не поймите меня неправильно, мне все равно, готова она или нет. Второй вариант даже предпочтительнее – в конце концов, я не хочу доставлять ей удовольствие.

– Ты бы предпочла, чтобы тебя лишил девственности Айзек? – насмешливо спрашиваю я, притянув к себе голову Хэйден так, что мои губы коснулись ее уха. Должен признать, от нее приятно пахнет. Холодный пот и соленые слезы дополняют ее фруктово-сладкий малиновый парфюм или что там еще она использует? Может, шампунь?

– Отпусти меня! – выдавливает Хэйден сквозь слезы.

Конечно, я об этом не думаю. Я вдыхаю аромат ее волос и одновременно на опускаюсь ниже. Она сопротивляется. Хотя магия удерживает ее на месте, ей удается достаточно напрячь мышцы, чтобы не пропустить меня внутрь.

– Расслабься, детка, иначе будет больно, – шепчу я ей на ухо, наслаждаясь этой мыслью, и прижимаюсь к ее заду, в то время как моя правая рука остается.

Может, заставить ее немного подергаться? Я слегка ослабляю цепи своей силы, чтобы дать Хэйден чуть больше свободы движения. И тут же ощущаю, как ее тело сопротивляется, извивается и пытается меня оттолкнуть. Думаю, мне больше не нужно использовать магию. Без нее гораздо веселее. Я чувствую, как пульсации уже доставляют мне дискомфорт, и я с нетерпением жду, когда, наконец, смогу наполнить ее. Осквернить. И причинить боль.

О, надеюсь, она будет кричать.

– Да ладно, детка, это все, на что ты способна? – спрашиваю я, полностью отпуская свою магию.

29

Хэйден

Я четко ощущаю момент, когда Сайлас возвращает мне власть над собственным телом, но это не значит, что он меня отпускает. Он крепче, чем когда-либо, держит мои волосы и оттягивает голову назад. Палец другой его руки уже почти проник внутрь. Я чувствую давление, и сопротивление только усиливает боль – но, несмотря на это, я замечаю, что становлюсь все более возбужденной.

Проклятье. Стоит мне расслабить мышцы, и Сайлас, скорее всего, сможет легко скользнуть внутрь. Айзек и все, что сейчас делает Сайлас, вызывают в моем животе сладкое томление. Было бы облегчением позволить ему войти – но тогда он выйдет из ситуации победителем. Тогда Сайлас украдет не только мой первый поцелуй, но и первый раз, и будет напоминать мне об этом до конца моих дней. Я знаю, что после этого больше никогда не смогу посмотреть на себя в зеркало, и именно поэтому так упорно сопротивляюсь.

Сайлас – последний человек на планете, который сможет меня заполучить.

Поэтому я бью его локтем в ребра, пытаюсь наступить ему на ноги и упираюсь всем телом, чтобы оттолкнуть его от себя. Но мои попытки вырваться, кажется, только распаляют его еще сильнее. Я чувствую его позади себя. И ощущается он чертовски приятно.

Боже, каково это – почувствовать его на своей коже? Позволить ему заполнить меня?

Черт возьми, Хэйден, нет!

– Отойди от меня! – изо всех сил выкрикиваю я и резким движением откидываю голову назад.

Боль заставляет меня коротко взвыть. На мгновение перед глазами появляются звездочки, но оно того стоит: Сайлас чертыхается и отпускает меня. Спустя секунду я освобождаюсь и разворачиваюсь.

Сайлас держится за нос, из которого льется кровь. Его глаза полыхают огнем, черным, словно смоль. Он опускает руку и собирается снова подойти ко мне, как вдруг перед Сайласом возникает копна светлых волос и сбивает парня с ног. Мне приходится несколько раз моргнуть, прежде чем я узнаю Айзека, который борется со Стоуном на полу. Он бьет Сайласа в висок с такой силой, что на мгновение веки телекинетика смыкаются.

– Айзек! Что ты делаешь? – кричу я. Не знаю, на кого направлен мой страх. Я беспокоюсь за Айзека? За себя? Сайласа?

– Проваливай, Хэйден. Уходи. Беги. Убирайся отсюда! – приказывает он, стоя на коленях над телом Сайласа. – Я прослежу, чтобы он не пришел за тобой. Запри комнату. Закрой все окна. Никому не открывай дверь сегодня ночью, поняла? А теперь вперед!

Я поспешно нагибаюсь за нижним бельем, висящим между лодыжками, и возвращаю его на место. Колени кажутся мягкими, словно желе, но ноги все же меня слушаются, хотя остальное тело никак не может понять, что происходит. В ушах звенит, когда я, спотыкаясь, бегу к двери. Часть меня хочет остаться здесь, оттащить Айзека от Сайласа и попытаться спокойно во всем разобраться, но я понимаю, насколько это нелепо. Кипящий гнев Сайласа никогда не будет похоронен под мирным флагом. Сегодня он ясно дал это понять.

Когда я, пошатываясь, выхожу наружу и холодный ночной воздух касается моих горячих, мокрых от слез щек, я постепенно начинаю осознавать произошедшее. Сайлас хотел взять меня из ненависти, лишить девственности, хотя я четко кричала «нет».

Его это не волновало.

Его возбуждало мое сопротивление.

То, что я этого не хотела, его только подстеги-вало.

Я медленно прохожу еще несколько метров, пока не добираюсь до леса, а затем хватаюсь за одно из деревьев. Я прислоняюсь к стволу, наклоняюсь вперед, и меня рвет в кусты. Все, что я проглотила за последний час, выходит наружу вместе