Не мечтай о нас - Кристина Рэйн

Он непонимающе смотрит на меня.

Наверное, сейчас мне лучше заткнуться, но я больше не хочу таскать за собой груз этой тайны. Я вообще не понимаю, почему Айзек до сих пор не в курсе.

– Сайлас ненавидит меня, потому что я – Найт. Может, он видит во мне конкурентку, а может, что-то произошло между нашими семьями. Но дело однозначно в моей фамилии, Сайлас сам сказал мне об этом.

Взволнованная реакцией Айзека, я прикусываю нижнюю губу и наблюдаю за его застывшим лицом. Похоже, для него эта информация действительно новая. И кажется, для Айзека она имеет большее значение, чем для меня.

– Ты должен все мне объяснить, – прошу я, делая шаг вперед. – Почему для него так важно то, кем были мои родители?

– Черт, ты должна…

Слова Айзека прерывают вибрации наших телефонов, раздавшиеся одновременно. Он достает из кармана смартфон и бледнеет. Дрожащими пальцами я нахожу свой и вижу, что Блейк прислала мне ссылку.

Сбитая с толку, я открываю сообщение:

«Дерьмо, Хэйден. Ты должна это увидеть. Видео уже повсюду. Мне очень жаль».

Еще не нажав на ссылку, я понимаю, что, скорее всего, меня ждет очередной удар ниже пояса. Что Сайлас придумал на этот раз? Это тот ролик с Айзеком и мной? Или кто-то снял на видео, как я стояла перед ним на коленях?.. О боже. Пока видео загружается, у меня на лбу выступает испарина.

Оно начинается с коллажа из… моих фотографий. Вернее, с фотографии монахини с моим лицом. Или наоборот: кто-то взял мое фото в бикини и подставил вместо лица голову монахини. Это старые фотографии, которые хранились в моем телефоне. Как он добыл их? Но изображениями все не ограничивается. Поверх фото появляется надпись: «В Найтстоуне нашлась своя Дева Мария. Святая дева Хэйден ищет того, кто сорвет бутон ее нежной розы».

Коллаж исчезает и, как я и опасалась, сменяется на видео из комнаты Айзека. Правда, его самого на экране не видно. Изображение просто увеличено до моего стонущего, хотя и очень пиксельного лица. «Разве девственницы могут издавать такие звуки?» – гласит появившийся рядом текст.

Я закрываю видео, которое длится еще добрых пять секунд, и опускаю телефон. Все внутри меня кипит от гнева, но внешне я словно застыла. Я готова потерять сознание при одной мысли о том, что прямо сейчас на это смотрят несколько сотен человек.

– Я позабочусь о том, чтобы это удалили. – Голос Айзека доносится до меня издалека, словно сквозь слой ваты.

– Ах, правда?

Этот пронизанный насмешкой вопрос вырывает меня из ступора.

Я поворачиваю голову и вижу его. Сайлас прислонился к одному из книжных шкафов в конце узкого прохода и безучастно смотрит на нас.

В ярости я бросаюсь вперед. Я не думаю ни о чем, все вокруг становится красным, и перед глазами остается лишь лицо Сайласа, равнодушно взирающего на меня.

Ублюдок!

Оказавшись рядом с ним, я сжимаю руку в кулак, замахиваюсь, и – моя рука замирает на середине движения, будто внезапно окаменев.

– Ты, кусок дерьма! – выкрикиваю я. Но прежде чем я успеваю поднять вторую руку, паралич охватывает все мое тело. Он не должен делать этого! Он не может так поступить! Это противоречит всем правам человека!

– Тссс. В библиотеке нужно вести себя тихо. Ты же не хочешь, чтобы нас выгнали? – Сайлас оглядывается по сторонам. Я уверена, последнее, что его волнует, – это правила поведения или другие студенты, которые пришли сюда для подготовки к учебе.

– Когда тебе, наконец, надоест? – шиплю я, изо всех сил безуспешно пытаясь понизить голос. – Когда ты от меня отстанешь? Что тебе нужно?

Я не планировала поддаваться отчаянию на глазах Сайласа, но сохранять самообладание, когда не можешь пошевелить ничем, кроме шеи, оказывается нелегко. Во мне даже расцвела надежда, что библиотекарь действительно услышит мои рыдания и вышвырнет нас отсюда, и тогда кто-то узнал бы, как Сайлас обращается со мной и злоупотребляет своей силой в повседневной жизни. Я определенно не первая студентка в кампусе, об которую он вытирает ноги.

– Скажи, что мне сделать, чтобы ты перестал меня ненавидеть? Я не собираюсь рассказывать кому-либо в академии, кем были мои родители. Ты можешь единолично наслаждаться титулом могущественного наследника, мне все равно. Я понятия не имею, что в этом мире означают фамилии Стоун или Найт. Мне на это плевать. Я знаю только, что моего отца здесь все любили и уважали, и, судя по всему, он обладал мощным редким даром. Поэтому, если ты ревнуешь, завидуешь или боишься, что я пойду по его стопам и что-то отниму у тебя…

Последняя фраза прерывается вместе с потоком кислорода, когда пальцы Сайласа смыкаются на моей шее. Кажется, Айзек что-то говорит, но я не уверена в этом, потому что кровь шумит у меня в ушах.

Задыхаясь, я смотрю в темно-карие глаза Сайласа, сверкающие от гнева.

– Все, что ты могла бы отнять у меня, уже отнял твой отец. Ты спрашиваешь, что должна сделать, чтобы я перестал тебя ненавидеть? Тогда скажи, как мне забыть, что твой отец убил моего брата?

30

Хэйден

– Что? – хриплю я, несмотря на железную хватку на горле. Я, должно быть, ослышалась…

– В последний год в академии твой отец уже не был знаменитым и талантливым героем. Он чокнулся, практикуя магию крови. Его безумные эксперименты убили моего брата. Скажи мне, Хэйден Найт, как можно перестать ненавидеть человека, который отнял у тебя самое важное? Да, ты, может, и не твой отец, но ты – единственное, что он оставил после себя в этом дерьмовом мире. Тебе не следовало приезжать в академию. Именно здесь он его убил, именно здесь…

– Хватит. – Айзек оттаскивает Стоуна от меня.

Сайлас отпускает мою шею и бросает на меня такой яростный взгляд, что я не решаюсь сделать вдох. Я больше не хочу дышать. Не хочу, если его слова – правда. Но ведь этого не может быть, верно? Сайлас готов на все, лишь бы причинить мне боль.

В надежде на помощь я ищу глазами Айзека, который держит своего друга так крепко, будто тот в любой момент может наброситься на меня, как кровожадный зверь.

«Это правда?» – внутренне кричу ему я. Однако с моих губ не слетает ни звука.

Отрешенного взгляда Айзека более чем достаточно. Он ничего не отрицает. Вместо этого Айзек неопределенно кивает в сторону, словно отсылая меня прочь. Но не так, как вчера, когда