Пустой II. Книга 4 - Артемий Скабер

— У тебя большой опыт.

Тавр заржал так, что Варис снова схватился за бок.

— Одр в первый бой не лезет, — продолжил я, когда они успокоились. — Технику применяет только тогда, когда без неё увязнет вся группа или закроется единственная дорога назад.

— Уже начал, — протянул Одр.

— Вот и начинай молча.

— А после первого дня? — спросила Бренна.

— Смотрим, кто что способен делать на самом деле, и собираем всё заново. Может оказаться, что Тавр не может идти первым, Варис не может двигаться со мной, а я вообще ничего не вижу в тех руинах. Сейчас это не расстановка на пять дней. Это хоть какая-то схема на первые часы.

Во двор вышли, когда тени легли длинными полосами.

Притащил мешок камней и высыпал их несколькими кучами вокруг середины. Люди Синары. Скамью придвинул поперёк одного прохода, ещё две развернул под углом, изображая стены. Обломками досок обозначил завалы. Двор был слишком маленьким, поэтому пришлось договориться: пять шагов здесь считаем за двадцать пульсаций бега в руинах.

Уголь разломил на пять кусков и раздал ребятам.

— Отрабатываем не бой. Появление, разбегание и сбор. Каждый выходит через свой проход. Если проход закрыт, не толкаетесь и не ждёте, а берёте следующий. Добрались до укрытия — оставили знак и спрятались. Я ухожу одновременно с вами, ломаю свой след, а потом выхожу на внешний круг и начинаю вас собирать.

— А кто будет изображать погоню? — спросил Сарн.

— Я.

— Ты же нас собираешь.

— Поэтому первый раз погони не будет. Сначала научитесь хотя бы не мешать друг другу.

Первая попытка вышла позорной. Тавр по привычке развернулся к камням, потому что условного противника он всегда встречал лицом. Варис и Бренна одновременно сунулись в один проход и столкнулись плечами. Сарн задел Одра локтем в повреждённый бок, тот побелел и присел. Я застрял за ними всеми и вышел из середины последним, хотя именно этого допускать не собирался.

Когда они добрались до укрытий, сделалось только хуже. Тавр вообще забыл оставить знак. Варис нарисовал его на уровне груди, чтобы заметил даже слепой. Стрелка Бренны показывала не туда, куда она ушла, а прямо на место, где она спряталась. Сарн оставил только крест, забыв указать направление, и потом долго доказывал, что я сам должен был понять, куда он ушёл.

— В таком виде Синаре даже бегать за нами не придётся, — оглядел я двор. — Мы сами потеряем друг друга.

— Ты ничего не говорил про высоту знака, — тут же заявил Варис.

— Говорил.

— Значит, недостаточно убедительно.

— Ещё раз.

Во второй попытке я уже перекрыл два прохода после того, как они начали двигаться. В третьей пошёл за Тавром, и тот так увлёкся соревнованием со мной, что выбежал к противоположной стене и только там вспомнил: его задача не оказаться быстрее меня, а пропасть из глаз.

Потом поменял проходы, переставил скамьи и заставил их начинать из разных положений. Иногда гнался за одним. Иногда просто стоял в середине и выкрикивал команды от лица Синары, пока они пытались понять, кто за кем двинулся.

Пришлось повторить всё ещё двенадцать раз. К концу они хотя бы перестали сталкиваться. Каждый уходил через свой проход, ломал прямую дорогу, оставлял знак и исчезал за укрытием. Я проходил по внешнему кругу и находил их одного за другим, не услышав ни голоса.

На пустом дворе, где вместо людей Синары лежали камни, всё выходило слишком просто. В руинах к этому добавятся чужие техники, настоящая погоня и местность, которой мы не знаем. Но теперь каждый хотя бы понимал, что должен сделать в первую очередь.

Когда мы закончили, то все поняли о своём состоянии намного больше. Варис сел прямо на землю, обхватив бок и дыша через раз. Бренна опустилась рядом, вытянув ногу и растирая колено ладонями. Тавр разминал руку, морщась и делая вид, что ничего страшного. Сарн ругался на пальцы, которые опять не сложились. Одр стоял, придерживая ладонью повреждённый бок, но цвета в нём было не больше, чем в золе.

В хранилище нас пустили за час до заката.

Нам выдали немного: сухие лепёшки, чуток вяленого мяса и фляги под воду. Я развернул и проверил, что там было: тряпки для перевязки, мазь, огниво, верёвка, запасные ремни.

Ребята вытянули лица, будто вообще ничего не получили, а я был очень доволен. Дали бы мне такой набор, когда я только выходил на охоту.

— Оружие получите завтра, — бросил старший ученик, который занимался раздачей. — Что вам достанется… неизвестно, но мой совет — берите всё.

Кивнул. Всё подряд мы на себе не утащим, но и одними мечами не обойдёмся. Возьмём копья, луки, мечи и ножи, а запасное только, если оно не будет мешать бегу.

Из хранилища отправились в столовую. Мешки поставили под лавку, так чтобы постоянно видеть их ногами. Ели молча и много. После лечения и тренировки внутри снова сделалось пусто.

Я всё ломал голову, как Синара пронесёт артефакт. Проверка перед отправкой должна его выявить. Хотя если это действительно редкая и мощная вещь, может и не обнаружит. Был ещё один вариант, который нравился мне ещё меньше. Помимо старшего ученика, которого купили или запугали Вельты, могли найтись и другие. Кто-то мог заранее отнести артефакт туда, где мы появимся. Тогда при Синаре ничего не найдут, сколько её ни проверяй.

Поднимать эту тему за столом не стал. Ребята и без того пытались удержать в голове слишком многое.

После еды Бренна забрала свой мешок и ушла к себе. Мы вернулись в комнату. Проверили припасы ещё раз и разложили всё так, чтобы нужное можно было достать одной рукой, не копаясь на дне.

— Я вот думаю, — заявил вдруг Тавр. — Приду к отцу в накидке Корня. И ничего ему не скажу. Просто зайду и сяду. Пусть сам спросит. А потом я с него спрошу за мать.

— У тебя и дельные мысли? — повернулся Сарн и уставился на него. — Взрослеешь? А может, вообще умнеешь… Чудеса. Рейланд, ты хорошо на него влияешь.

— Да иди ты, — махнул сын дружины. — Просто завидуешь.

Ребята обсуждали свою жизнь после экзамена. Я не стал их останавливать, понимал, что волнуются и переживают. Задумался и сам, а что дальше? Точно основной курс. Нужно освоить больше