Система SSS: Наследник Забытых Богов - Мэрроу

class="p1">На полигоне повисло всеобщее замешательство. Студенты медленно расходились, перешёптываясь и украдкой бросая взгляды на Михаила. На лицах читалось смятение: восхищение, смешанное с лёгким страхом и непониманием. Как? — будто спрашивал каждый их взгляд. Как можно сделать это так… просто?

Иван и Катарина не были в числе ошеломлённых. Они обменялись понимающими взглядами. Иван хмыкнул, а в уголке губ Катарины дрогнула тень горделивой улыбки — мол, а мы-то знали.

Михаил и Семён присоединились к ним. Семён всё ещё был слегка бледен и то и дело поглядывал на друга с таким выражением, будто увидел его впервые.

Их путь к выходу преградила лёгкая, изящная фигура. Ирина Зефирова. Она остановилась перед ними, её спокойный, аналитический взгляд был теперь полностью направлен на Михаила.

— А ты… неплох, — произнесла она, и в её ровном голосе не было ни лести, ни высокомерия. Была лишь констатация факта, вынесенная после тщательного внутреннего анализа. Её глаза скользнули на Катарину, стоявшую чуть в стороне с уже знакомой, ледяной и слегка вызывающей позой — руки скрещены на груди, бровь едва заметно приподнята. — О, и сама Катарина Льдова. Приветствую.

— И тебе привет, — отозвалась Катарина, не меняя позы. Её голос прозвучал вежливо, но в нём явственно читался холодок. — Чего желаешь?

— Да так, — Ирина слегка пожала плечами, её внимание снова вернулось к Михаилу. — Решила лично поздравить того, кто только что установил рекорд. Не каждый день видишь такую… чистую работу. Без излишеств.

Михаил молча кивнул, принимая «поздравление» как данность, не более. Ирина, поняв, что ничего большего не добиться, отвела взгляд, кивнула Катарине и растворилась в расходящейся толпе.

— Надменная ветреница, — негромко фыркнула Катарина, когда та ушла.

— Зато умная, — философски заметил Иван. — Видит суть.

Группа направилась в сторону студенческого буфета — после таких занятий подкрепиться было святым делом. В просторном, шумном зале, пахнущем свежей выпечкой и тушёной капустой, они нашли свободный столик у окна. Пока Иван и Катарина горячо обсуждали детали сегодняшних боёв, а Семён, оживившись, принялся объяснять теоретическую подоплёку синергии стихий, Михаил отодвинул свою тарелку.

— Я на минуту, — тихо сказал он, вставая. — Нужно проверить кое-что в библиотеке насчёт… контроля над Иглами.

Его отговорка была принята без вопросов — все знали его склонность к уединённым тренировкам и штудированию мануалов. Он вышел из шумного буфета в прохладную, почти пустую тишину каменного коридора. Отойдя подальше от двери, к узкому оконному проёму, из которого открывался вид на заснеженные тренировочные дворы, он остановился.

Здесь, в одиночестве, где его не окружали чужие взгляды и ожидания, он позволил себе сделать глубокий, ровный вдох. И в этой тишине, отчётливо, как звонкий удар колокола в пустом зале, прозвучал в его сознании безличный, но долгожданный голос:

[Поздравляем. Условия задания «Быстрая работа» выполнены.]

[Награда получена: Эликсир восстановления маны (40 %) x5.]

На периферии его внутреннего зрения на мгновение всплыл образ пяти небольших, переливающихся сапфировым светом флаконов, пополнивших системный инвентарь. Уголки его губ едва заметно дрогнули. Не улыбка победы, а скорее удовлетворение мастера, получившего в руки нужный инструмент. Эти эликсиры могли спасти жизнь в будущем бою. Это было настоящей наградой, а не восхищённые взгляды или новые рекорды.

Он посмотрел в окно на покрытый инеем двор. Где-то там, за стенами академии, бушевали настоящие штормы и зрели настоящие угрозы. А здесь, в этой тишине коридора, он был на шаг ближе к тому, чтобы встретить их во всеоружии.

Глава 33: Внезапная атака

Следующий день начался как обычно: утренние лекции, за ними — изнурительные физические нагрузки на полигоне под пристальным взглядом инструкторов. Рутина академии была неумолима и привычна. Но в воздухе уже витало особое, едва уловимое возбуждение. Завтрашний день обещал быть иным — руководство академии наконец-то дало разрешение на организованную вылазку в столицу. Целый день в городе, не в учебных аудиториях, а среди шумных улиц, парков и, возможно, даже кафе.

Эта новость, словно искра, вспыхнула по всему «Стихийному Кругу». Для большинства студентов, месяцами не покидавших пределы учебного городка, это было событием невероятной радости. Уже к вечеру многие получили заветные пропуска, строя планы и перешёптываясь на переменах. Однако не все ринулись в предвкушении гуляний. Некоторые, особенно из старших курсов, предпочли остаться в стенах академии, погрузившись в подготовку к грядущим годовым экзаменам — времени было в обрез.

Михаил Морозов изначально относился к этой затее без особого энтузиазма. Город? Суета? Трата целого дня, который можно посвятить тренировкам с системой или анализу тактик? Он мысленно уже вычеркнул себя из списков, решив провести день с пользой.

Но у его друзей было на этот счёт совершенно иное мнение. Катарина, Иван и Семён с самого утра развернули вокруг него настоящую осаду. За завтраком Катарина живописала прелести столичных кондитерских, Иван, обычно скупой на слова, упомянул о легендарном оружейном базаре, а Семён, сверкая стёклами очков, заверил, что в городских архивах могут храниться уникальные чертежи артефактов.

Их натиск не ослабевал весь день. Они кружили вокруг Михаила, как три настойчивых мотылька вокруг довольно угрюмого фонаря. В столовой — «Представь, свежий воздух, не пахнущий озоном и потом!». В коридоре после занятий — «Целый день без манных сканеров и тактики!». Даже вечером, когда он пытался уединиться в библиотеке, Семён «случайно» находил его с взволнованным видом и новой приманкой: «Я слышал, там демонстрируют новейшие кристаллы связи!».

К концу дня железная воля Михаила, обычно непоколебимая, дала первую трещину. Это был не штурм, а методичная, доброжелательная эрозия. Усталость от их беспрестанных уговоров смешалась с каким-то глухим, почти забытым чувством — лёгким любопытством. И когда Катарина, поймав его взгляд в опустевшем вестибюле, просто сказала: «Алексей, мы идём все. Без тебя будет скучно. И ты это знаешь», — он понял, что сопротивление бесполезно.

Он тяжело вздохнул, отводя взгляд в сторону.

— Ладно, — произнёс он тихо, и в его голосе прозвучала не радость, а скорее усталая капитуляция перед неизбежным. — Уговорили. Только… без этих ваших долгих походов по магазинам.

Триумфальные улыбки, озарившие лица его друзей, были ему ответом. Битва была проиграна, но в глубине души, куда не добирался даже холодный свет разума, шевельнулось смутное предчувствие, что этот день может преподнести не только суету и шум. Возможно, и нечто иное.

* * *

Москва. Центральный парк. Эпицентр хаоса.

Воздух, ещё минуту назад пахнувший каштанами, теперь выл от сирен и был