Крысиное Королевство - Амари Эбер

– Нигде. Если б я мог заключить договор с демоном, меня бы здесь уже не было.

– Ох, опять ты завёл эту шарманку. Довольно ёрничать, садись! – ворчливо приказал ректор. – Неделя прошла. Ты принял решение?

– Да. – Кастар устало повалился в кресло. – Никто. Меня не впечатлил никто.

– Что ж, это было ожидаемо. – Алькор вздохнул, мысленно досчитал до десяти и вновь заговорил самым вкрадчивым голосом. – Мадам Падмс подобрала для тебя лучших кандидатов из ведущих вузов мира. Мы с тобой сами пообщались как минимум с десятком из них. Расскажи мне, любезный, что именно тебя не устроило?

– Вы спрашиваете, что меня не устроило?! Серьёзно?! – Кастар стал по одной швырять на стол картонные папки. – Томпсон. Племянник Эдварда Томпсона, лорда-попечителя: не склонен к исследовательской работе и в целом презирает труд как явление. Единственное, к чему он стремится, – прожигать семейное состояние на скачках и в яхт-клубе. Он явился на собеседование только чтобы угодить дяде, который надеется пристроить молодого идиота хоть к какому-нибудь общественно-полезному труду… Но идиот сопротивляется. Причём довольно эффективно. Кто я такой, чтобы мешать ему в этом деле?! Дальше, – на стол полетела вторая папка, – Нормвуд. Как и брат, не способен к простейшему анализу данных. Если бы он защищался у меня, то ни за что не получил бы диплом, разве что в моём кошмаре. Эверлот. Этот двух слов связать не может. Привык, что за него всё делает мать. Может, она и преподавать за него будет?! Я бы послушал. Как считаете, леди Эйда согласится, если я предложу ей должность?.. Чего молчите? Мне продолжать, или рассмотрим данную кандидатуру?

– Мне жаль, но у миледи достаточно дел в департаменте, который она возглавляет, – ухмыльнулся ректор. – Не стоит продолжать, Винсенс. Я готов согласиться с твоими доводами. Мы с профессором Юнией тоже сошлись во мнении, что эти молодые люди не совсем для нашего профиля. Но, – он указал на последнюю папку в руке алхимика, – что не так с ней?

– Такая же, как и все. – На стол полетела папка, на титульной стороне которой красовалась маленькая фотокарточка Кассандры. – Кичится своим родством с Веласско. Считает, связи откроют перед ней любые двери.

– Разве? – Алькор лукаво посмотрел на него поверх очков. – А по-моему, она упомянула брата лишь для того, чтобы показать, что осведомлена о трудностях нашей работы…

– Можно подумать, Веласско знает, что такое работать… – буркнул алхимик и резко подался вперёд. – К чёрту обоих! Я не желаю, чтобы Веласско лез в мой проект чужими руками! И тем более чтобы в моей лаборатории хозяйничала эмоционально нестабильная девица. Вы видели, как она отсюда выбежала?! И это только собеседование! Я не готов тратить время на её истерики!

– Ты делаешь слишком далеко идущие выводы. – Ректор приподнял очки и размял переносицу. – Всего единожды видел мисс Моррен, а уже ставишь ей диагноз. Представь, что бы подумал я, если бы оценил тебя по первому впечатлению.

Лицо Кастара стало непроницаемым, взгляд устремился в угол. И снова на ректора:

– Но она, она… носит разноцветные носки!

– В отличие от тебя, Винсенс, она наверняка надела их намеренно, чтобы привлечь удачу. Примета такая.

– О, так она ещё и в приметы верит! Превосходно! Суеверность – незаменимое качество для ученого…

– Винсенс, услышь и усвой: люди верят в приметы не для того, чтобы усложнить свою жизнь нелепыми правилами, а для того, чтобы наполнить её чудесами. А эта девочка очень хотела чуда.

Алхимик закатил глаза. Его колкие выпады разбивались один за другим о каменное спокойствие шефа.

– Хватит, – выдохнул он. – Не пытайтесь давить на жалость. Быть может, эта ваша Моррен действительно хочет работать, но чтобы работать со мной, ей не хватает подготовки. Она изучала какие-то хреновы любовные эликсиры, а это очень, очень далеко от того, что мне нужно! Её придётся всему обучать. У меня нет на это времени!.. У меня вообще сейчас ни на что нет времени! Я погряз в долбаных бумагах! Моё исследование летит к чертям, а вы пытаетесь втюхать мне человека, который не прикасался к ретортам почти два года!

Он уронил лицо на ладони. Алькор взглянул на заходящее солнце и вытащил часы из кармана жилетки. Алхимик не шевелился. Время шло.

– Я вижу, как тебе тяжело, – заговорил ректор. – Я бы сказал, та нагрузка, которую ты на себя взвалил, неподъёмна… Где ты провёл отпуск?

– В библиотеках, – прогудел профессор алхимии, не отрывая ладоней от лица.

– А потом? Полевая экспедиция со студентами?

Утвердительный кивок.

– А сейчас?

– Вынужден участвовать в нескончаемом семейном дне, который вы по ошибке именуете профотбором, – пробубнил Кастар из-под сомкнутых ладоней. – В перерывах пытаюсь работать.

– Неудивительно, ты просто сгорел, – заключил ректор и, помолчав, продолжил: – Слушай, Винс, сейчас непростые времена. Ты один из лучших моих сотрудников, и ты мне нужен. Нужен не в качестве призрака подземелий, а в качестве живого, здорового и фонтанирующего идеями человека. А тебе нужен ассистент, чтобы снова стать таковым. Ты умопомрачительно много делаешь для факультета и нашего общего проекта, но после смерти профессора Дрейтона ты сам не свой, и это сказывается…

– Убийства, – перебил его Винсенс. – Убийства профессора Дрейтона.

– О-о-о, муки! Опять ты за своё! Оставь нелепые подозрения, я не об этом! Ты не вывозишь, Винс! Да, мисс Моррен предстоит многому научить, но у тебя есть докторанты, они знают кафедру как свои пять пальцев и с радостью всё расскажут. Я сам окажу любую посильную помощь.

Кастар не ответил. Он так и сидел, спрятав лицо и завесившись волосами. «Уснул? Или раздумывает?» Молчание затягивалось. Ректор хлопнул ладонью по столу.

– Чёрт с тобой! Предлагаю пари! Значит так: ты приглашаешь мисс Моррен на тестовое задание. Это будет завершающий этап. Назначай ей любые испытания, которые сочтёшь нужными. Если она не справится – в следующую закупку можешь заказать любые ингредиенты и оборудование. За счёт академии.

Винсенс вздрогнул, оторвал руки от лица, чуть приподнялся и взглянул на начальника:

– В том числе запрещённые?

– В том числе. Если я не смогу получить к чему-либо доступ, добудешь сам на любом из