Генерал под напряжением, или Как ведьма хотела замуж - Татьяна Михаль

— Так точно! Вижу!

— И где, по-вашему, находится ваше место в этом строе?

Рядовой Косой задумался, и это была ошибка.

— В строю, – ответил он.

— В строю, – повторил я. – В строю, господин Косой, а не впереди строя и не сбоку! Вы поняли меня?

— Так точно!

— Тогда, быть может, вы объясните мне, почему ваша голова находится на полтора корпуса впереди головы вашего соседа справа?

Рядовой Косой покраснел.

Его сосед справа, который, как выяснилось, был рядовым Прямым, держался изо всех сил, но его плечи мелко подрагивали.

— Я... – начал Косой.

— Не надо, – перебил его. – Я сам отвечу. Потому что вы, господин Косой, смотрели на свои ноги, а не на спину впередистоящего. Запомните, что смотреть нужно на спину, потому что в строю, господа, нет одного лишь «я», есть «мы». Но если вдруг «я» решает, что он точно знает, где ему стоять, то «мы» превращаются в толпу. И уже толпа, господа, это вам не армия. Толпу разгоняют дубинкой, а армию...

Я сделал паузу, глядя на замерших солдат.

— Армию останавливает только приказ.

Все молчали и нервничали.

— Ещё раз, – заговорил я, отходя на исходную. – Смирно! Равняйсь!

Рота дёрнулась, перестроилась, и на этот раз левый фланг занял правильное положение.

— Уже лучше, – кивнул я. – Продолжайте тренировку. Капитан, подойдите ко мне.

Капитан подбежал, снова вытянулся.

— Через неделю парад, – напомнил, глядя ему прямо в глаза. – И я хочу, чтобы моя рота выглядела так, будто она прошла всю войну и вышла из неё победителем. Я понятно выражаюсь?

— Так точно! – выпалил капитан с силой.

— Хорошо, – кивнул я и развернулся, направился к выходу. – Свиридов, карету мне.

— Ваше превосходительство, – заговорил адъютант, догоняя меня уже на улице. Он раскрыл надо мной зонт. – Климатологи передали, что ожидается усиление ветра. Может, вы отложите визит во дворец?

— Климатологи, – проговорил я, садясь в карету, – обещали, что день сегодня будет погожим.

— Да, но они уточнили прогноз, – проговорил Свиридов осторожно, чувствуя, что начальник не в духе. – Говорят, возможен кратковременный ураган.

— Ураган, – вздохнул я и посмотрел на небо. Оно было тёмно-серым, плотным, и где-то далеко, за крышами домов, сверкнула молния. – Поехали. Успеем до урагана.

Свиридов хотел что-то ещё вставить, но передумал.

Он знал своего генерала. Если я принял решение, меня могло остановить только прямое попадание стихии.

И то, скорее всего, я бы попытался построить стихию и сделать ей выговор.

— Поехали! – крикнул Свиридов кучеру.

Карета тронулась.

Глава 6

— КЕСАРЬ —

Первые десять минут всё шло по плану.

Я изучал документы, которые Свиридов предусмотрительно положил на сиденье рядом.

И уже начал мысленно составлять ответ на докладную записку интендантской службы, потому что поставки зимнего обмундирования задерживались, и это было недопустимо, когда карета внезапно дёрнулась, а потом ещё раз.

— В чём дело? – спросил я.

Свиридов выглянул в окошко и побледнел.

— Ваше превосходительство... это всё ветер.

Я тоже выглянул.

Ветер действительно был. Точнее, это был настоящий ураган, который обрушился на улицы столицы с такой силой, что вывески магазинов отрывались и улетали в небо.

— Как они это назвали? Кратковременный? – мой голос как всегда был спокоен.

— Видимо, климатологи опять ошиблись, – пискнул адъютант.

— Климатологи всегда ошибаются, – произнёс я и захлопнул окно. – Пусть остановят карету!

— Кучер! Останови карету! – приказал Свиридов и ударил по стенке кареты.

Кучер явно ничего не понял из-за урагана.

И тут ударила молния.

Я не видел, куда она попала, только почувствовал, как карету подбросило, лошади заржали и понесли, а кучер закричал дурниной.

— Держитесь! – крикнул Свиридов, но было поздно.

Карета летела по улице, подпрыгивая на мостовой, и я, пытаясь удержать равновесие, открыл дверь, чтобы выпрыгнуть.

В этот момент ударила вторая молния, и она попала прямо мне в грудь.

И мир взорвался.

* * *

Боль была странной.

И ощущения тоже были странными.

Будто моё тело превращалось в электричество, даже в некую чистую, нерастраченную силу, которая не знала, куда себя деть.

Я не видел глазами, но я вдруг увидел всё всем собой.

Улицу, которая сворачивалась в трубу.

Дома, которые превращались в линии света.

Потом появился чёрный, плотный туман.

Воронка урагана затянула меня, и я почувствовал, как меня кружит, вертит, перемалывает в этой воронке, как зерно в жерновах.

Я попытался сгруппироваться, армейская привычка.

А потом были яркие вспышки, оглушающие хлопки.

Появилось ощущение, что меня вывернули наизнанку, а потом собрали обратно, но не совсем правильно.

И на меня обрушилась тишина. Но зато я ощутил себя самим собой. И самой главное и странное, я был жив.

Медленно открыл глаза, и увидел, что я стою в каком-то незнакомом мне помещении.

Каменные стены, стеллажи с банками, залитый чем-то зелёным пол, пахло озоном и горелой выпечкой.

Я вздохнул и попытался сделать шаг и ударился головой.

Поднял руку, нащупал металлические прутья.

Я был в клетке!

И дверца была закрыта!

Перевёл взгляд дальше.

На полу лежало упавшее на спинку кресло.

В кресле, задрав ноги к потолку, лежала девушка.

Светлые волосы рассыпались вокруг головы, на лице было выражение крайнего изумления, недалеко от неё лежала пробирка, из которой всё ещё шёл дым и летели мелкие искорки.

Рядом с креслом возился рыжий кот.

Хвост у кота дымился, но сам он, кажется, был скорее зол, чем напуган.

Я удивлённо моргнул, потому что кот говорил и ругался.

Кот, судя по всему, был вполне разумным существом.

Девушка, кот, пробирка…

В моей голове щёлкнули и закрутились шестерёнки.

Меня похитили и заперли.

Меня, генерала Горского, кавалера всех мыслимых и немыслимых орденов, человека, перед которым трепетали министры и придворные...

Меня заперли в клетке?!

И я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Так, ещё раз. И ещё.

Спокойствие, только спокойствие.

Я выходил из таких переделок, по сравнению с которыми эта просто детская забава.

Просто нужно взять себя в руки, представиться, потребовать объяснений и...

— Именем короля, – рявкнул голосом, который заставлял целые батальоны замереть, – что здесь происходит?!

Девушка в кресле дёрнулась, попыталась встать, поскользнулась в зелёной жиже