100 великих рыцарей - Олег Викторович Вовк

– Теперь поздно ее спасти, но пока я жив, мы не сдадимся!

Во время арьергардного боя враги выстрелили ему в спину. Умирающий рыцарь попросил своих солдат положить его под деревом лицом к испанцам, сказав при этом:

– Я всегда смотрел им в лицо и, умирая, не желаю показывать спину!

2. СРАЗИВШИЙ КОРОЛЯ

ГАБРИЭЛЬ МОНТГОМЕРИ (1530-1574)

Блестящий рыцарь Габриэль Монтгомери, граф де Лорж, оставил яркий след в истории как один из храбрейших предводителей французских протестантов (гугенотов). Отстаивая свободу религиозных убеждений, Монтгомери принял активное участие во многих военных кампаниях, выступая против представителей правящей династии Валуа. Судьба этого незаурядного человека, предсказанная великим Нострадамусом, поистине удивительна.

Отец Габриэля, Жак де Монтгомери, занимал при Франциске Первом почетный пост капитана шотландской гвардии. После смерти этого короля Монтгомери-старший подал в отставку, передав должность и звание сыну Габриэлю, который стал при Генрихе Втором тем, кем был при Франциске Первом его отец. Габриэль Монтгомери так образцово выполнял свои служебные обязанности, что у короля не было ни малейшего повода жаловаться на своего верного телохранителя. Однако трагический случай, или, скорее, зловещий рок, круто изменил судьбу молодого капитана шотландской гвардии.

13 апреля 1559 года между Францией и Испанией был подписан мир в Като-Камбрези, завершивший период так называемых Итальянских войн. Этот мир короли скрепили династическим браком – Генрих II выдал свою дочь Елизавету за испанского монарха Филиппа Второго. По случаю бракосочетания любимой дочери король устроил праздничный турнир. На самом почетном месте восседала фаворитка Генриха – ослепительная графиня Диана де Пуатье, совершенно затмившая своей красотой неказистую королеву Екатерину Медичи. Король, открыто флиртовавший с графиней Пуатье, решил блеснуть перед ней рыцарскими подвигами. Одетый в черно-белые цвета своей возлюбленной, в 10 часов утра 1-го июля он выехал на ристалище. Сначала король преломил копья с герцогом Савойским, а затем – с герцогом де Гизом, одержав уверенную победу над обоими. Но разгорячившемуся монарху этого показалось мало, и тогда он вызвал на бой третьего противника – своего капитана Габриэля де Монтгомери. Королева Екатерина, горячо любившая супруга несмотря на все его измены, попросила Генриха прекратить поединки. Она дрожала от страха за него, так как внезапно вспомнила зловещее предсказание астролога Лукаса Горика, гласившее: «Королю следует избегать единоборств на ограниченном ристалище в возрасте от 40 до 41 года, поскольку именно в этот период жизни ему угрожает ранение в голову, которое может привести к слепоте или смерти».

Генриху Второму только что исполнился 41 год. Помимо предсказания Горика существовало и другое, не менее мрачное пророчество знаменитого Нострадамуса. В 35-м катрене I-го столетия есть строки, касающиеся как короля, так и графа Монтгомери:

Старого льва победит молодой,

Странной дуэли печален исход:

Глаз ему выколов в клетке златой,

Сам он ужасною смертью умрет.

Король только посмеялся над женскими страхами и повторил свой вызов Монтгомери. Молодой капитан крайне неохотно подчинился желанию сюзерена, так как тоже что-то слышал о предсказаниях. Но отказать королю он, разумеется, не мог.

По сигналу Генрих и капитан поскакали навстречу друг другу и, сломав копья, разъехались. Поскольку оба противника остались в седле, они предприняли вторую попытку, но опять безрезультатно. После этого Генрих опять отбросил обломок копья и взял новое, а Габриэль Монтгомери, копье которого не сломалось, не сделал этого. Между тем его тупое турнирное копье получило небольшой, но весьма опасный дефект, незаметный как для него самого, так и для зрителей – кончик копья неровно обломился, образовав острый отщеп. Когда противники съехались в третий раз, этот страшный отщеп, скользнув по королевскому шлему, откинул забрало и вонзился наискось в правый глаз Генриха. Окровавленный король рухнул с коня, а Габриэль, с силой отбросив от себя роковой обломок, в полном отчаянии воскликнул: «Черт бы побрал этого Горика с его проклятыми предсказаниями!».

Рана короля оказалась смертельной. Обломок копья, пронзив глаз, вышел за ухом, и даже величайший хирург того времени, Амбруаз Парэ, ничего не смог поделать. Через несколько дней Генрих II скончался. Следствием этой смерти было то, что Диана де Пуатье сразу потеряла свое влияние при дворе и удалилась в собственное имение, а реальная власть сконцентрировалась в руках молодой королевы Екатерины Медичи, итальянки по происхождению. Габриэль Монтгомери, волей рока нанесший королю смертельный удар, не понес за него кары по трем причинам: во-первых, в его действиях не было злого умысла; во-вторых, на турнирах рыцари погибали довольно часто; а в-третьих, сам король перед смертью потребовал не наказывать своего капитана, выступившего лишь слепым орудием судьбы.

Разумеется, это происшествие вызвало много толков при дворе. Одни объясняли трагическую гибель короля просто несчастным стечением обстоятельств; другие усматривали в ней волю Провидения, предсказанную астрологами, но никому и в голову не приходило обвинять молодого капитана гвардии в преднамеренном убийстве. Одна лишь Екатерина Медичи возненавидела его с того самого дня лютой ненавистью и поклялась отомстить.

После смерти короля Габриэля отстранили от службы при дворе. С сокрушенным сердцем уехал он из Парижа и несколько лет прожил в Нормандии, где не раз встречался с принцем Конде и адмиралом Колиньи – вождями французских протестантов. Эти встречи не прошли для него даром – постепенно в душе Габриэля совершился глубокий переворот. Резня в Васси (1562), учиненная католиками из свиты герцога де Гиза, и последовавшие за тем преследования протестантов произвели на Монтгомери такое тягостное впечатление, что он решился с оружием в руках защищать дело гугенотов, отстаивавших свободу веры.

Гражданские (религиозные) войны между католиками и протестантами, вспыхнувшие после трагических событий в Васси, продолжались с некоторыми перерывами более тридцати лет. Габриэль Монтгомери всю оставшуюся жизнь, а именно 12 лет, посвятил борьбе, став одним из признанных вождей протестантов. Его роль в гражданских войнах весьма значительна. Например, известный советский историк И.В. Лучицкий отмечает, что «… после того, как Руан и вся Нормандия открыто присоединилась к гугенотам, главным виновником этого гражданского мятежа по праву считали графа Монтгомери».

Габриэль впервые скрестил с католиками шпагу уже в 1562 году в бою под Дре. В 1567 году, в битве при Сен-Дени, он наповал сразил выстрелом из пистолета коннетабля Анна де Монморанси, одного из заклятых врагов гугенотской партии.

После страшных событий Варфоломеевской ночи (1572) ожесточение борьбы достигло наивысшего накала. Монтгомери вместе с Лану организовал оборону Ла-Рошели – главного оплота протестантов во Франции. Ла-Рошель отбила девять приступов; королевская армия потеряла под ее стенами около 40 тысяч человек