Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

добился. Впоследствии он был вынужден все же замириться с новым владыкой Руси: «И едва призва его Владимер, заходив к нему роте» (Пискаревский летописец). Судя по тексту летописи, Варяжко откликнулся на первый же призыв князя, обещавшего его простить. И это верно: его задачей как богатыря было оберегать границы своей Родины, а не в союзе с кочевниками разорять земли русских землепашцев. Хотя есть и другое мнение.

«Можно много рассуждать о любви к Отечеству, о преданности родной земле героев нашего повествования. Но нет, в X веке служили не Родине, но князю. Ни Владимир, ни писавшие позднее летописцы не обвинили Варяжко в предательстве, когда он обратился за помощью к злейшим врагам Руси. Напротив, Варяжко остался в русской летописи примером беззаветной преданности своему князю, образцом для подражания, а не для осуждения» (А. Карпов).

Большинство дружинников Ярополка сразу безропотно перешли на сторону Владимира. Смерть князя освобождала их от каких-либо обязательств. Теперь на Руси был один князь, и звали его – Владимир.

Приведу на этот счет несколько цитат из труда признанных классиков.

«Владимир не много о благочестии и справедливости разумел, раз такого беззлобного и покорного брата убил». Так считает Василий Никитич Татищев. Но как может судить о справедливости человек, так и не постигший ни помыслов, ни мотивов того, кого он обвиняет? Василий Никитич рассуждает с точки зрения христианской морали, а с этой точки зрения мы все несовершенны. Макиавелли в данных вопросах может быть циничнее, прагматичнее, но, как это ни странно, и справедливее. Он объясняет поступки, а не морализирует. Татищев, как и Карамзин, многое не поняли в поступке Владимира, а если и поняли, то не смогли донести его до своего читателя верно, они выбрали простой путь – что такое хорошо и что такое плохо? Не как в исторической хронике, а как в детской книжке. О причине убийства или том, в чем я ее вижу, мы поговорим в следующей главе, а пока послушаем классика следующего.

«Государи бывали жертвою изменников: то во все же времена имели они верных добрых слуг, усердных к ним в самой крайности бедствия. Из числа сих был у Ярополка некто прозванием Варяжко (да сохранит история память его!), который говорил ему: “Не ходи, Государь, к брату: ты погибнешь. Оставь Россию на время и собери войско в земле печенегов”. Но Ярополк слушал только изверга Блуда и с ним отправился в Киев, где Владимир ожидал его в теремном дворце Святослава. Предатель ввел легковерного государя своего в жилище брата, как в вертеп разбойников, и запер дверь, чтобы дружина княжеская не могла войти за ними: там два наемника, племени ааряжского, пронзили мечами грудь Ярополкову… Верный слуга, который предсказал гибель сему несчастному, ушел к печенегам, и Владимир едва мог возвратить его в отечество, дав клятву не мстить ему за любовь к Ярополку…

Самая доверенность Ярополкова к чести Владимировой изъявляет доброе, всегда неподозрительное сердце; но государь, который действует единственно по внушению любимцев, не умея ни защитить своего трона, ни умереть героем, достоин сожаления, а не власти.

Ярополк оставил беременную супругу, прекрасную монахиню греческую, пленницу Святославову. Он был женат еще при отце своем, но сватался за Рогнеду: следственно, многоженство и прежде Владимира не считалось беззаконием в России языческой…

Таким образом, старший сын знаменитого Святослава, быв 4 года киевским владетелем и 3 года главою всей России, оставил для истории одну память добродушного, но слабого человека. Слезы его о смерти Олеговой свидетельствуют, что он не хотел братоубийства, и желание снова присоединить к Киеву область Древлянскую казалось согласным с государственною пользою» (Н.М. Карамзин).

Согласиться полностью с эпитафией я не могу. Поэтому подведу свой итог. Я полностью согласен со словами Карамзина о том, что «государь, который действует единственно по внушению любимцев, не умея ни защитить своего трона, ни умереть героем, достоин сожаления, а не власти». Лучше не скажешь, а значит, нечего и пытаться. Что касается всего остального, то Николай Михайлович заблуждается, и про доброе сердце и нежелание братоубийства. Это все слова, противоречащие в корне правде. Ярополк вырвал из рук отца себе власть над Киевом и сделал попытку объединить Русь под одним своим началом, но попытка эта принесла больше горя и раздора, чем пользы. За свое недолгое правление Ярополк сумел потерять ряд важных земель, которые его последователю пришлось возвращать мечом. Ярополк был не просто слабый человек, он был недальновидный политик. Он был эгоист, а потому не смог привлечь к себе людей, не смог заставить их служить ему верой и правдой, народ Ярополка тоже не сильно любил, и каждый находил для этого свои причины. Ярополк был государь сам для себя, а не для пользы или процветания Отчизны.

Кто и каким образом проявил свою скорбь по поводу безвременной и трагичной гибели Ярополка? Какие города и в какой форме проявили свою скорбь? Киевляне явно не имели повода для недовольства. Новгородцы? Тоже нет. Тогда, может быть, Полоцк или Овруч? Но и тут, потратив время на поиски, вы не сможете найти ни единого выступления против верховной власти Владимира. Мы уже видели, что независимые русские города отнюдь не испытывали благоговейного трепета перед Киевом и вполне могли позволить себе в момент шаткости или перемены власти взять и встать на путь самостийности. Но нет.

Что сказать, Ярополк не был облечен величьем государя, он ничем не прославил свое Отечество, но запятнал себя убийством отца и брата, возмездие пало на его голову, ибо, как говорится, что посеешь, то и пожнешь.

На голову Ярополка пали кровь бойцов, убитых на порогах Днепра, слезы горьких вдов, сирот, невест не только Киева, но и Овруча. Но одно зло влечет за собой другое – это, увы, неизбежный закон истории.

Глава 13

Причина убийства Ярополка

Я специально выделил под обсуждение причин такой жестокой гибели Ярополка отдельную главу. Она плавно перетекает из окончания главы предыдущей. Я мог бы обозначить причины убийства Ярополка коротко и думаю, что мне бы удалось уложиться в пару абзацев, но я хочу поговорить об этом деле более предметно и подробно.

Начну я с цитаты. Скажу сразу, большую дурь (простите мне мою резкость) мне редко приходилось встречать, но это не мешает использовать данное мнение, как привычный образец того, с чем вы легко можете столкнуться, если речь идет о деятельности князя Владимира в молодые годы. Можно было списать все на то, что А. Карпов просто ошибся, но он не в первый раз проявил такое