Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

повелителя своего! Польстившись на сладость обещаний, он легко вступил с бывшими врагами в сговор. А ведь боярин, в чьем сердце хладном нет ни искры чести, обладал ключами всех тайн Ярополка, мало того, он казался близким другом, а значит ведал недра сердца молодого князя.

Характер у советника Ярополка был действительно скверный и ненадежный, на этом Владимир и сыграл.

С.М. Соловьев считает, что «Летописец старается сложить всю вину на Блуда. По его рассказу, Блуд стал обманывать Ярополка, беспрестанно ссылаясь с Владимиром, советуя ему приступать к городу, а сам придумывал, как бы убить Ярополка; но посредством граждан нельзя было убить его. Тогда Блуд замыслил погубить князя лестью: он не пускал его на вылазки из города и говорил: “Киевляне ссылаются с Владимиром, зовут его на приступ, обещаются предать тебя ему; побеги лучше за город”. Ярополк послушался, выбежал из Киева и затворился в городе Родне, на устье реки Роси». Изворотливый ум боярина Блуда подсказал ему план, как можно сохранить свое положение в обществе при смене правителя. При удачном осуществлении план сулил боярину хорошие перспективы.

«Блюд, прельстясь великими от Владимира обещаниями, умыслив государя своего предать, советовал Ярополку, чтоб в поле не ходил, представляя Ярополку: “Князь, для чего хочешь войско трудить, ибо я совершенно ведаю, что Владимир во своих войсках любви не имеет и, поскольку рабынич, укоряем. И когда тебя увидят войска его, все без бою предадутся тебе; для сего нет нужды тебе против него выходить, но жди его в Киеве”».

Из этих же сообщений можно сделать довольно простой вывод. В желающих предать Ярополка и перейти на сторону Владимира недостатка не имелось, вопрос уже стоял в другом, кто из них сможет оказать Владимиру наиболее значимые услуги. Ярополк все еще мнил себя в безопасности, на самом же деле он был в такой же безопасности как ягненок, окруженный свирепыми волками.

В.Н. Татищев напрямую связывает измену людей из окружения Ярополка с именем Добрыни: «…и послал в полки Ярополковы с дарами к воеводам, приглашая их присоединиться к Владимиру. Оные же, как ранее сказал, не подчинялись Ярополку и согласились предать полк Владимиру».

Так же считает и С.М. Соловьев, но он делает упор на религиозную сторону вопроса: «Добрыня, зная, что Ярополк нелюбим язычниками, удержал племянника и послал в Ярополков стан с дарами к воеводам, перезывая их на сторону Владимира. Воеводы обещали передаться и исполнили свое обещание в битве при реке Друче (современная Друть), в трех днях пути от Смоленска».

Кстати, как вы можете убедиться, несмотря на все заверения Блуда, Ярополк все же не послушал боярина и отправил свои полки навстречу армии Владимира, в землю кривичей, намереваясь не допустить Владимира к Киеву. Значит, либо Ярополк не всегда прислушивался к советам своего боярина, либо эти слова приписывают Блуду уже задним числом.

На реке Друче, в трех днях пути от Смоленска, войска сошлись. Произошла битва, в которой дружина Ярополка потерпела поражение, такую информацию сообщает Иоакимовская летопись.

«Тогда Добрыня с Владимиром пошли на полки Ярополковы и, сошедшись на реке Дручи в трех днях от Смоленска, победили полки Ярополковы не силою, не храбростию, но предательством воевод Ярополка». Вот и вся механика интриги, запечатленная в веках, остальное бессмысленное словопрение. Не храбростью, а предательством.

Исход войны был предрешен, и смешно думать, будто возглавивший лично дружину Ярополк сумеет оказать серьезное сопротивление непобедимым войскам Владимира и его дяди Добрыни и тем стяжать себе славу. Теперь путь к отступлению был отрезан, и Ярополк, избрав единственно достойный образ действий, закрылся в столице, надеясь, что сможет его удержать.

В этой же самой Иоакимовской летописи можно найти любопытную, но совершенно не соответствующую действительности, подробность: будто бы еще до битвы, услыхав лишь о приближении войск Ярополка, Владимир «убоялся» и хотел бежать в Новгород – «но дядя его Добрыня… удержал Владимира; и отправил с дарами в полки Ярополковы, к воеводам, водя их к Владимиру». Не верю в это ни секунды. Владимир уже вел войска на Киев, он разгромил Рогволда, и бояться ему было нечего. Моральный дух войска был высок, как никогда, бойцы сами спешили навстречу врагу. К тому же, как вы уже, наверное, успели заметить, Владимир с Добрыней никогда не надеялись на авось. Переговоры с воеводами начались раньше, и дары вряд ли были отправлены в последний момент. Еще до момента столкновения все было решено. Однако все источники так или иначе намекают, или открыто говорят о том, что битва была. Значит, оставшиеся верными Ярополку воеводы не знали про готовящуюся измену. Ничего удивительного в том нет. Никто из людей более-менее разумных не будет заранее оповещать своих соратников о том, что во время завтрашней битвы он со своими людьми перейдет на сторону врага. Измена – дело потаенное, темное и тихое. А вот когда войска вступили в противоборство, то те, кто с Владимиром договорился, перешли на его сторону вместе со своими людьми, и вопрос о победителе снялся сам собой.

Новгородская I летопись младшего извода только упоминает об этом событии, не вдаваясь в подробности: «Не могыи стояти Ярополк против Володимиру, и затворился Ярополк в Киеве с людьми своими и с воеводою Блудомъ».

Не Блуд же заразил их своим дурным примером? Нет. Блуда там не было, его князь, как человека верного, на которого в трудный момент положиться можно, оставил (возможно, даже при себе) в столице, за порядком следить и измену, если таковая голову поднимет, каленым железом выжигать.

Автор Иоакимовской летописи, рассказывая о ходе войны, замечает: «Ярополк был нелюбим людьми, поскольку дал христианам великую волю». Предположение, высказанное автором Иоакимовской летописи, может быть вполне правдоподобным.

После того как Ярополк по предательству своих воевод проиграл сражение, на которое возлагал большие надежды, нет ничего удивительного в том, что он боится заговоров и не доверяет из своего окружения никому, за исключением Блуда и Варяжко.

Про Блуда вы уже все поняли, а вот кто такой Варяжко?

Точно сказать нельзя. Судя по всему, это был молодой богатырь, практически ровесник Ярополка, его товарищ еще с детских игр. Прозвище же может говорить только о его происхождении. Вот это был действительно единственный человек, не только близкий Ярополку, но и преданный ему до самого конца.

Великий князь Ярополк, Варяжко и Блуд. С рис. В.П. Верещагина

Воспользуюсь для подведения итога этой ситуацией поучительной цитатой, заимствованной у А. Карпова: «Голос разума редко бывает услышан; преданность и верность оказываются невостребованными. Тот же, кто