Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

мелодраму, не считаясь совершенно с реалиями. Ведь при решении вставшей перед ним задачи мысли летописца пошли, к несчастью, по ложному пути. Рассказ о конфликте супругов, чуть было не закончившемся смертоубийством, получился сильно натянутым и надуманным, потому что автор решил, что более извинительным будет погрешить против истины, чем против красоты своей задумки.

Особенно меня радует такой перл: «…набрал себе много других жен, а на Рогнеду не обращал внимания», а потом пришел к ней и завалился спать. Так что это предание не народная память сохранила, а тот, кто внес его в летопись, и те, кто его в своих трудах переписывал, ссылаясь на этот удивительный в своей нелепости рассказ, на эту басню, как на очевидную истину.

А совет бояр своему повелителю, который все это время огнем и мечом собирал Русь воедино, звучит совсем кощунственно. «Бояре отвечали ему: “Уж не убивай ее ради этого ребенка, но восстанови ее отчину и дай ей с сыном|”». Ведь Владимир болезненно относился к любым попыткам уменьшить территорию своей страны. Да и не боярское дело лезть в такие отношения.

Но оставим эту сказку, продолжим.

После того, как Владимир распустил всех своих языческих жен и выделил Рогнеде целое самостоятельное княжество, она по законам христианской церкви могла вновь выйти замуж, но она этого не сделала. Согласно имеющимся у нас сведениям, перед принятием христианства Владимир предложил своей жене – матери Изяслава и Ярослава – развод и замужество с любым из своих бояр. Однако мать Ярослава отказалась, ответив: «Царицей была, а рабыней быть не хочу». В этих словах звучит не только гордость, но и обида.

В итоге Рогнеда вслед за мужем приняла христианство. По мнению В.Е. Данилевича, именно под влиянием матери Изяслав, вероятно, мог стать ревностным христианином. Согласно относительно поздней Тверской летописи, в 1000 году Рогнеда постриглась перед смертью в монахини под именем Анастасия. Историки затрудняются оценить степень достоверности этого сообщения, которое не встречается в других источниках.

Лаврентьевская летопись сообщает о смерти Изяслава в 1001 году, на год позже матери, но еще при жизни отца. От неизвестной по имени супруги он оставил двух сыновей – Всеслава и Брячислава. Старший, Всеслав, умер вскоре после отца – в 1003 году, Полоцкое княжество полностью унаследовал второй сын Изяслава, Брячислав.

И напоследок о прозвищах, что иногда остаются в веках. На созвучии, или по созвучию этих самых прозвищ некоторые историки любят делать далеко идущие выводы. Так и с Рогнедой. Прозвание, которым ее именуют, а именно Горислава, некоторые, опять же по созвучию, переиначивают в Гореслава, а это совсем не одно и то же. И на основании того, что хотят слышать определяют диагноз. Народ киевский знал, что Рогнеда несчастна, потому так и прозвал. Но Горислава и Гореслава – это две большие разницы. Первое никакого отношения к горю не имеет вовсе. Так уже было с самым серьезным противником Владимира Мономаха Олегом Черниговским. Его прозвище было Гориславич. Были такие, кто посчитал, что прозвище дано ему потому, что очень много бед принес он земле Русской. Хотя оказалось, что все проще. И никакого горя в прозвище не заложено. Наоборот. «Гориславич», на самом деле, значит «горящий славою», или «ищущий славы», поскольку современники уважали его воинскую удаль и отвагу. И было за что. Это один из наиболее отважных князей своей эпохи. Он подтверждал это не раз. Олег успешно завершил борьбу за наследство отца и стал основателем рода Ольговичей – черниговской ветви Рюриковичей, откуда произошли многие княжеские роды в России. Какое уж тут горе. Как написал автор «Слова о полку Игореве», он действительно принес немало бед, но не он один. Автор слова укоряет Олега как задиру и буяна, только и всего. Так что прозвище Рогнеды, скорее всего, дано аналогичным образом. Ее слава в красоте. Может быть, этим она и привязала Владимира так надолго. Хотя без характера одной красотой его было бы не удержать. Но народная память фиксирует лишь это качество. А о том, что Рогнеда еще в юности была хороша собой, писали не раз.

Так что забудьте про горе и несчастье. Судьба Рогнеды непроста, но и не так горемычна, как хотят нас убедить.

Теперь подытожим. Пора.

Вывод прост. Не нужно на основе непроверенных и совершенно недальновидных умозаключений делать из одного из величайших русских князей жестокого мерзавца и разрушителя. Незачем! У каждого человека есть недостатки, он, бывает, совершает поступки, которые его не красят. Бывает все, ибо никто не безгрешен. Даже святые. Но лишние ярлыки вешать на них совершенно незачем.

Глава 11

Владимир против Ярополка

Власть Владимира, как вы могли увидеть, распространялась все дальше и теперь тень ее уже накрыла Киев, а чем в это время занимался Ярополк? Началось противостояние довольно вяло. Вновь, как и несколько лет назад, Ярополк промедлил с самого начала. Он не решился выступить против брата сразу после получения известия об объявлении войны.

«Но и в самом деле Ярополк “смущался”, то есть медлил выступать против своего брата. Ведь он сам был виновником начавшейся войны; новое столкновение могло упрочить за ним славу братоубийцы и законопреступника. Ярополк не был уверен в своей правоте – и эта его неуверенность передавалась киевлянам. Вероятно, он старался миром уладить ссору» (А. Карпов).

Ответ дает Никоновская летопись: «Слышав же сиа Ярополк от брата своего меньшего Владимира смутился, и начал совокуплять воа многы, бе бо и сам храбр велми; и рече ему воевода его Блудъ: “не может против тебя стати брат твой меньший Володимеръ, якоже синица на орла брань сотворить, не смущайся убо боятся его, и не утруждай воинства своего собирая”».

Есть и другой вариант. «Княже, для чего хочешь войско утруждать? – будто бы говорил он Ярополку. – Ведь я совершенно знаю, что Владимир в своих войсках любви не имеет и, как сын рабыни, укоряем. И когда увидят тебя войска его, все без боя тебе предадутся. Поэтому нет тебе нужды против него выступать».

Смущение Ярополка можно понять. Он не ожидал такой дерзости от брата. Одно дело – угрожать, другое – сделать. Владимир готов отстоять свои права мечами в поле. Есть повод смутиться. Положение вещей Ярополку очень не нравилось. Владимир явно стремился покорить всю Русь. Последний из городов, которые покорились власти Севера, был Полоцк, а этого в Киеве не могли стерпеть.

Мало того, его союзник, будущий родственник, уже погиб от руки Владимира, а его невеста стала женой младшего брата, пусть даже и насильно. Многие знатные киевляне