Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

Печать князя Изяслава Владимировича

Налицо, казалось бы, открытый конфликт. Противостояние отца и сына. Сына, который обособляется от всей семьи. Его предки, даже называют себя внуками Рогволда, а не Владимира. Все это так, но только на первый взгляд. Я во всем этом вижу проявление любви Владимира к Рогнеде. Ее исключительность и важность для киевского князя. Ну, посмотрите сами.

Владимир женится на византийской принцессе и принимает христианство, теперь у него одна жена и одно государство.

И что он делает? Он изгоняет Рогнеду? На первый взгляд, да, но только на первый. Хоть теперь Рогнеда и не является фактически его женой, но Владимир выделяет особый удел для бывшей жены, сына и его потомков Полоцкое княжество, ранее принадлежавшее Рогволоду – его деду по матери. Его положение еще при жизни отца становится уникальным. Да, он не мог претендовать на правление в Киеве, но и на Полоцк теперь никто из других сыновей Владимира претендовать не может! Больше ни для кого из сыновей Владимир такого исключения не сделал. И делает он это не для конкретного Изяслава, а для Рогнеды. Какой же он изгой, когда ему, единственному представляется шанс создать свою династию!? Святополк едет с матерью в Туров, но он там правит от лица отца, который в любой момент переправить его в другую волость, Вышеслав с матерью Олавой едет в Новгород, и тоже не для того, чтобы обособиться и создать свою династию. Нет. Все они, Вышеслав, Святополк, Ярослав представляют в крупных центрах власть отца. А Изяслав, хоть и подчинен отцу, но зато Полоцк полностью в его власти, и поменять его на другого сына Владимир не может. Сам так распорядился. Вот и думайте, проиграл Изяслав или выиграл. Я склоняюсь ко второму.

Дальше. Сам Изяслав, даже в своем знаке, подчеркивает принадлежность к отцу. Он лишь немного изменяет его знак, и то незначительно. Он не пытается отрекаться от величия Владимира, наоборот, он подчеркивает его. Но сейчас мы говорим про Изяслава и Рогнеду. Когда они оставят эту землю, ситуация изменится. Политически потомкам Изяслава нужно будет выделить себя и подчеркнуть свою самостоятельность. Вот отсюда и вытекают истоки конфликта. Но они уже между Ярославом и Брячиславом, а не между Владимиром и Изяславом.

Теперь подытожу. То, что Владимир сделал для Рогнеды, выходило за рамки всей его политики. Больше он ни для кого таких исключений не делал. Ни князь Владимир, ни его другие сыновья никак не вмешивались в полоцкие дела». И хотя и Рогнеду, и Изяслава смерть настигла еще при жизни Владимира, он не изменил своей политики по отношению к Полоцку и не стал возвращать его обратно, хотя и мог. Все это привело к обособлению полоцких князей в отдельную династию. Да, дети Изяслава не могли претендовать на наследование киевского стола, а также не могли переходить в другие уделы (из «худшего» в «лучший»), но изгоями, я бы их называть не стал. После отделения Полоцка контакты Изяслава с братьями не пресеклись, о чем свидетельствует его свинцовая печать, обнаруженная в Новгороде, вотчине Вышеслава. К тому же, считается, что строительство недалеко от современного Минска Изяславля, который стал на некоторое время стольным городом удела, вероятно, было вызвано желанием киевского князя оградить сына от влияния полоцкого веча. Такое можно совершить только для человека, которого сильно любил, или любишь, которого ценишь и который тебе дорог. А попытку Рогнеды убить его спящего он, судя по всему, простил. Возможно, верил, что Рогнеда так и не смогла бы совершить то, что задумала, а возможно, хорошо зная нрав жены, ожидал подобного порыва и не мог наказать ее строго. Она уже была наказана. С его женитьбой Рогнеда теряла больше других, и как женщина и как мать, и как политическая фигура.

Ну и еще немного про сына Рогнеды и Владимира.

В 989 году Изяслав крестился вместе с другими братьями. В Никоновской летописи сохранилась достаточно лестная характеристика личности Изяслава. Согласно ей, «бысть жа сий князь тих и кроток, и смирен, и милостив, и любя зело и почитая священнический чин иноческий, и прилежаще прочитанию Божественных писаний, и отвращаяся от суетных глумлений, и слезен, и умилен, и долготерпелив». Однако неизвестно, на чем основано такое мнение и относится ли оно вообще к Изяславу изначально.

Что еще?

«О дальнейшей судьбе Рогнеды народная память сохранила следующее предание. Когда Владимир утвердился в Киеве, то набрал себе много других жен, а на Рогнеду не обращал внимания. Рогнеда не могла перенести такого поведения мужа, тем более что по самому происхождению своему имела право если не на исключительность, то по крайней мере на первенство. Однажды, когда Владимир пришел к ней и заснул, она хотела зарезать его ножом, но он вдруг проснулся и схватил ее за руку; тут она начала ему говорить: “Уж мне горько стало: отца моего ты убил и землю его полонил для меня, а теперь не любишь меня и младенца моего”. В ответ Владимир велел ей одеться во все княжеское платье, как была она одета в день свадьбы своей, сесть на богатой постели и дожидаться его – он хотел прийти и убить жену. Рогнеда исполнила его волю, но дала обнаженный меч в руки сыну своему Изяславу и наказала ему: “Смотри, когда войдет отец, то ты выступи и скажи ему: разве ты думаешь, что ты здесь один? ” Владимир, увидав сына и услышав его слова, сказал: «А кто ж тебя знал, что ты здесь?», бросил меч, велел позвать бояр и рассказал им все как было. Бояре отвечали ему: “Уж не убивай ее ради этого ребенка, но восстанови ее отчину и дай ей с сыном”. Владимир построил город и дал им, назвав город Изяславлем. С тех пор, заключает предание, внуки Рогволодовы враждуют со внуками Ярославовыми» (Соловьев С.М.).

Владимир и Рогнеда. С картины А. Лосенко, 1770 г.

Я специально вставил эту набившую оскомину историю, чтобы не подумали, что я ее обхожу стороной. Если вы прочитали то, что я написал до этого, то видите сами, что вся история в целом, хоть и построена на конкретном порыве Рогнеды, выглядит довольно нелепо. Особенно если сопоставить даты и цифры. Тот, кто ее сочинял, больше драматург, а не хронист, на одном несомненном факте он построил целую