Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

чистом поле. Ярополк был совершенно сбит с толку советами доверенного боярина. В Троицкой летописи упоминается: «Блуд затворися с Ярополком льстя ему, слаше к Володимеру часто, веля ему приступать к граду бранью; а сам мысляше убить Ярополка; гражаны же не бе льзе убити его» – то есть ради усердных граждан. Далее: «…и замысли лесть, веля ему не излазити на брань».

Что можно сказать по этому поводу? Пожалуй, то, что Троицкой летописи я не верю. Вряд ли Блуд лично намеревался убить Ярополка, просто позднейшим числом ему можно приписать все, что угодно, а уж тем более – черные мысли и замыслы.

Предать Ярополка он мог. Передать его в руки Владимира надо было постараться, но, чтобы боярин по своей инициативе поднял руку на князя, это уже перебор. Только сам Владимир мог распорядиться жизнью брата. Ярополк мог пасть в бою, от меча любого варяга, но и это Владимиру было не нужно, он всячески хотел избежать такой случайности. Решить судьбу Ярополка должен был именно он и никто другой. Именно по этой причине Блуд продолжал нагнетать страх, убеждая своего молодого хозяина в том, что киевляне вот-вот поднимутся против него и откроют Владимиру ворота. Боярин Блуд, льстец, любезник, приятнейший говорун, далеко продвинулся по лестнице дипломатических рангов: он состоял в должности главного советника князя, и «бессмертие» было ему просто гарантировано. Блуд, обещавший Ярополку полную поддержку, выказал себя незаурядным интриганом.

Когда Блуд первый раз подумал о том, как он может предать своего князя, то ужаснулся своей мысли. Но мысль уже начала работать независимо от его желания. И он постепенно привык. Сначала он перестал отгонять мысли об измене. А после этого от сговора с новгородским князем его уже ничто не отделяло. Он твердо решил для себя, хватит мучиться, он должен быть на стороне победителя. Всю свою жизнь Блуд угождал только сильным мира сего, князь Владимир Святославич сейчас – сильнейший из сильных.

Владимир не оттолкнул брезгливо главного советника брата, наоборот, показал, что он высоко ценит доносчиков и интриганов, он опирается на них в своей борьбе. Вся дальнейшая история показала, что Владимир не просто умеет ценить услуги, оказанные теми, кто, оставив лагерь противника, не просто перешел на его сторону, а помог добиться желаемой победы. Все они были обласканы Владимиром Святославичем, вознаграждены по своим заслугам и приближены к князю. И что еще интересно, из всех тех, кто перешел на сторону Владимира, отрекшись от своих соратников и правителей, ни один не изменил Владимиру, не предал его, не подвел, и уж тем более не перешел на сторону врага.

Но вернемся к Блуду. «По рассказу Повести временных лет, воевода проявил завидную изворотливость и по существу открыл князю измену, заговор, во главе которого стоял сам. «Кияне ссылаются с Владимиром, – убеждал Блуд вконец растерявшегося князя. Велят ему: “Приступай к городу, предадим тебе Ярополка”». И Ярополк поверил. Может быть, он и вправду знал что-то о тайных переговорах, только не знал, кто же на самом деле предал его. А может быть, другая сторона происходящего открылась ему благодаря словам Блуда. Владимир открыто заявлял, что борется не с киевлянами, но с Ярополком – братоубийцей и законопреступником. («Не я начал войну, но он. Я же, убоявшись его, выступил против», – говорил он, обращаясь к Блуду, а значит, и к киевлянам.)» (А. Карпов).

Последнее время подозрительный, печальный, многократно униженный, Ярополк, стремящийся укрыться от врагов, прислушивался к доверенным советникам. Он верил в то, что ему говорят, и предательства боялся пуще всего. Когда же почва наконец была хорошо подготовлена, Блуд, явно из лучших побуждений, советует Ярополку: «Послушай мене, княже, побегни из града» (Никоновская летопись).

Самая идея родилась, уж конечно, не в голове Ярополка, но ему хорошо растолковали и грамотно преподнесли. Молодой киевский князь запаниковал и, совершенно утратив чувство реальности, решился бежать из Киева, тем самым окончательно и бесповоротно решив свою судьбу. Когда бог хочет человека наказать, он лишает его разума. Обман, на что, собственно, и был расчет, приобрел настолько большую убедительность, что перепуганный насмерть Ярополк вскакивает в седло и… бежит в город Родень, который стоял на высокой горе близ впадения реки Рось, правого притока Днепра. Он бросил Киев, бросил беременную жену. Дружина и вечный советник Блуд последовали за ним. Известие о бегстве Ярополка из Киева Владимир воспринял спокойно и, вероятно, даже с радостью – осаждать и изнурять голодом столицу, которую он по сути уже считал своей, не входило в его намерения. Своим бегством Ярополк только помог ему. Было бы безумием предать огромный прекрасный город огню и мечу только ради того, чтобы захватить в плен брата. Правда, драгоценная для Владимира добыча могла ускользнуть, и тогда конец всем надеждам на скорое окончание войны, но этого не произошло. Блуд помог младшему брату загнать старшего в заранее подготовленную ловушку.

Глава 12

Гибель Ярополка

Родень был хорошо укреплен, окружен высокими валами и крепкими стенами, что было немаловажно, поскольку Ярополк собирался провести здесь долгое время. Есть версия, что Ярополк оказался в Родне, исходя из неизбежной необходимости. Покинув Киев, князь оказался внезапно застигнут в пути своими преследователями и решил, что лучшее решение в данном случае переждать беду, укрывшись в Родне. Первый вопрос, который возникает в этом случае – куда планировал бежать киевский князь? За Роднем простирались чужие земли – ниже по Днепру, за порогами, начиналась страна печенегов. Может быть, Ярополк направлялся именно к ним, к печенегам, с которыми, по слухам он был связан договором? Те, кто так считает, призывают в свидетели Повесть временных лет, в тексте которой есть отрывок, в котором говорится о том, что Варяжко прямо призывал Ярополка: «Беги, княже, в Печенежскую землю. Приведешь воев оттуда». Но этот последний призыв раздается уже тогда, когда у Ярополка вообще не остается ни одного варианта, этот призыв как последняя надежда, как крик о помощи. Лучше все равно ничего не найти, а тут хоть какой-то вариант. Так что рассматривать его всерьез вряд ли стоит. Того, что Ярополк вполне мог найти союзников в лице печенегов, отрицать нельзя. В их лице союзника мог найти кто угодно. К тому же его связывало с ними преступление, ведь им с молчаливого согласия Ярополка заплатили за жизнь Святослава. Так что шанс был, но всего лишь шанс. Если бы отношения с ханами были бы более крепкими, Ярополк давно бы уже обратился к ним за помощью. Время было, но он об этом