Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец

Посещает несколько религиозных собраний, открыто выступает против части политики примирения. За драки, угрозы или призывы к насилию не попадался.

Гаспар протянул руку.

— Покажи.

Леклер передал ему лист. Сведений оказалось немного: несколько фамилий знакомых, посещённые проповеди, пара публичных споров, письмо священнику, где де Брей жаловался на открытие молитвенного дома в соседнем городе. Всё вполне законно и почти всё неприятно лишь тем, что виконт имел собственное мнение.

— С Ламбером связан? — спросил Гаспар, возвращая бумагу.

Матье отрицательно покачал головой.

— Никак. Более того, в день, когда заказ принесли в типографию, де Брей находился в своём поместье.

— Точно?

— Утром его видел управляющий, ближе к полудню — местный священник. Потом он разбирал спор между двумя арендаторами из-за межи. В столицу вернулся только на следующий день.

Гаспар откинулся назад.

— Люди начинают меня раздражать.

Матье снова взял перо.

— Это давно не новость.

— Сначала человек ведёт себя подозрительно, потом выясняется, что он просто неприятный и ни в чём серьёзном не виноват.

Леклер посмотрел на него поверх бумаги.

— Большинство подозрительных людей ни в чём серьёзном не виноваты, Гаспар.

— Очень неудобно устроен мир.

— Зато мне не приходится строить ещё одну тюрьму для всех, кто тебе не понравился.

Гаспар усмехнулся.

— Значит, де Брей просто хотел услышать, как Сен-Жер проклянёт половину королевства?

— Возможно, — ответил Матье. — Но он действительно вращается среди людей, которым королевская политика не нравится.

Леклер отложил перо и достал ещё одну бумагу.

— Человек десять молодых дворян, несколько сыновей богатых горожан, два юриста. Иногда встречаются после проповедей, спорят, читают богословские тексты. Ничего особенно тайного.

— Где собираются?

— Где придётся. У кого-нибудь дома, в трактире возле университета. Если это заговор, то они удивительно плохо понимают значение слова «тайный».

Гаспар постучал пальцем по краю стола.

— Все настроены против Анри?

— Нет, — ответил Леклер. — Один считает его слишком мягким. Другой не переносит только новые молитвенные дома. Третий приходит потому, что любит рассуждать перед слушателями. Если свалить их в одну кучу, мы сами придумаем организацию, которой пока не существует.

— Разумно.

— Постарайся пережить потрясение.

Гаспар проигнорировал замечание.

— Сен-Жера они слушают?

— Некоторые. Но для самых горячих он слишком осторожен.

— Кардинал будет польщён.

— Думаю, он и без нас знает, что не устраивает собственных ревнителей, — сухо заметил Матье.

Просматривая нижнюю часть листа, он добавил:

— Де Брей ещё бывает в обители Святого Лазаря. Там есть брат Доминик. Проповедует резче Сен-Жера и куда охотнее говорит о долге верующего перед Богом, когда этот долг сталкивается с королевским указом.

Гаспар слегка нахмурился.

— Закон нарушал?

— Пока нет.

— Призывал браться за оружие?

— Нет.

— Угрожал королю?

— Нет.

Грело пожал плечами.

— Тогда пусть говорит.

— Пока именно это мы ему и позволяем, — ответил Леклер и вернул лист на место.

Имя не показалось Гаспару особенно важным. В столице находилось достаточно священников, способных за одну проповедь объяснить слушателям, что король одновременно делает слишком много и слишком мало. Если Леклер начнёт хватать каждого за резкое толкование Писания, через неделю половина кафедр опустеет, а вторая половина заговорит ещё громче.

Гаспар кивнул на стопку с бумагами по типографии.

— А наш неизвестный заказчик?

— Не появлялся. Ламбер работает как обычно, за мастерской смотрят.

— Не слишком заметно?

Матье медленно поднял голову.

— Конечно. Я поставил перед дверью шестерых людей в королевских цветах и велел спрашивать каждого входящего, не он ли заказал запрещённый листок.

Гаспар серьёзно кивнул.

— Хорошо. Я просто хотел убедиться.

— Убедился?

— Теперь совершенно спокоен.

— Тогда успокойся где-нибудь дальше от моего стола.

Гаспар поднялся, но возле двери задержался.

— Матье.

Леклер вопросительно посмотрел на него.

— Если эти люди пока только разговаривают, не дави их ради удобства.

На лице начальника тайной службы появилось выражение терпеливого раздражения.

— Ты действительно пришёл ко мне объяснять, что людей нельзя сажать за разговоры?

— Нет. Я пытаюсь найти хоть что-нибудь полезное в своём сегодняшнем визите.

— Не нашёл.

— Жаль.

— Я тоже расстроен.

Гаспар взялся за ручку двери.

— Тогда до завтра.

— Желательно послезавтра, — ответил Матье и снова склонился над отчётом.

Когда Грело вышел из западного крыла, день уже перевалил за середину. Коридоры стали шумнее: закончилась часть утренних приёмов, слуги меняли подносы и кувшины, у окон собирались небольшие компании. Какой-то чиновник читал записку прямо на ходу и едва не врезался в Гаспара, после чего ещё и возмутился так, словно шут специально поставил себя посреди коридора.

Гаспар пропустил его и направился дальше.

К вечеру он снова оказался во внутреннем дворе. Тео он не искал; просто короткий путь к кухонному крылу проходил именно здесь, а после разговора с Леклером мысли Грело были заняты уже не де Бреем и не проповедниками, а вполне конкретным вопросом: осталось ли что-нибудь от ужина.

Возле караульного помещения висел обещанный список. Перед ним толпились несколько участников утреннего испытания. Один молодой дворянин сердито требовал от приятеля проверить фамилию ещё раз, другой уже улыбался так, будто его назначили командовать полком.

Гаспар собирался пройти мимо, однако всё-таки остановился.

Фамилий было немного.

Примерно посередине значилось:

Тео де Монталь.

Грело задержался ровно настолько, чтобы прочитать имя, и направился дальше.

— Господин Грело!

Он остановился и прикрыл глаза.

Со стороны галереи к нему спешил молодой слуга в королевских цветах. Добежав, парень перевёл дыхание и сказал:

— Его Величество спрашивал, где вы.

Гаспар посмотрел на него.

— Давно?

— Минут десять назад.

Грело перевёл взгляд в сторону королевских покоев, затем на арку, ведущую к кухне.

— Тогда самое страшное он уже пережил.

Слуга растерялся.

— Что мне ему передать?

Из кухонного крыла тянуло жареным мясом. Гаспар несколько секунд прислушивался к собственным приоритетам, после чего ответил:

— Скажите, что я занят государственным делом.

Парень нахмурился.

— Каким именно, господин Грело?

Шут посмотрел на него с совершенно серьёзным лицом.

— Пытаюсь спасти ужин.

Слуга явно хотел уточнить, действительно ли ему следует повторить эти слова королю, но Гаспар уже пошёл к лестнице.

Если Анри действительно требовался он сам, король прекрасно знал, где его искать.

А ужин ждать не умел.

Глава 12. Молитвенный дом

Ночной дождь закончился ещё до рассвета, но вода долго стояла между каменными плитами внутреннего двора Бельрива. Слуги сгоняли её к водостокам длинными щётками, конюхи ругались на лошадей, которые заносили грязь с улицы на только что вымытый камень, а с карнизов время от времени срывались тяжёлые капли. Небо уже начинало светлеть, и в разрывах облаков появлялось солнце, однако утро оставалось прохладным.

Гаспар появился в малом королевском кабинете позже Морне и раньше Леклера, что счёл вполне достойным результатом. Гаспар появился в