Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец

— Это должен был сказать я.

— Опоздал.

— Власть дурно на тебя влияет, — сказал Гаспар и всё-таки откусил яблоко.

Анри дочитал абзац, положил бумагу на стол и потёр пальцами глаза.

— Ты согласен с решением?

— Через три дня узнаем, — ответил Гаспар. — Если в Валоне снова начнут бить друг друга ножами, я всем расскажу, что был против.

— Именно поэтому твои советы бесценны.

— Я стараюсь оставлять себе пространство для отступления.

Анри усмехнулся, но почти сразу посерьёзнел.

— Есть ещё одна вещь, которую хочу проверить.

Гаспар посмотрел на него поверх яблока.

— Леклер уже проверяет всё, что движется.

— Не это. — Анри отодвинул бумаги. — Мы можем послать в Валон комиссара и двадцать человек. На бумаге этого достаточно. Но мне интересно, что люди думают здесь.

— В Бельриве?

— В городе, — уточнил король. — На рынках, в трактирах, возле церквей. После листка, после проповеди Сен-Жера, теперь ещё Валон. Я получаю доклады о настроениях, но доклады пишут люди, которые знают, что их будет читать король.

Гаспар снова откусил яблоко.

— А пьяный сапожник в трактире об этом не знает.

Анри кивнул.

— Именно.

— Значит, завтра я должен провести день среди пьяных сапожников? — спросил Грело, заметно оживившись.

— Не только среди них.

— Жаль.

Король улыбнулся.

— Послушай, что говорят о молитвенных домах, Сен-Жере, обо мне. Не ищи заговор. Мне нужен город таким, каким он разговаривает, когда считает, что никто важный не слушает.

Гаспар покрутил яблоко в руке.

— Ты предлагаешь отправить королевского шута выяснить, что народ думает о короле.

— Я предлагаю отправить человека, которого большинство привыкло не воспринимать всерьёз, — ответил Анри и снова потянул к себе бумаги.

Гаспар несколько секунд обдумывал поручение, после чего кивнул.

— Ладно.

Анри сразу добавил:

— И не начинай драку.

Гаспар посмотрел на него с оскорблённым видом.

— Почему ты всегда говоришь это после приказа?

— Опыт, — спокойно ответил король.

Грело поднялся, прихватив яблоко.

— Завтра к вечеру расскажу, насколько тебя любят.

— Постарайся вернуться до ужина, — сказал Анри, снова берясь за письмо.

У самой двери Гаспар обернулся.

— Вот теперь задача поставлена разумно.

Анри только махнул рукой.

Грело вышел в коридор, уже прикидывая, с какой части города лучше начать. Завтра вместо вымытых галерей Бельрива его ждали рынки, трактиры, церковные площади и люди, которым не требовалось подбирать выражения перед королём.

Глава 13. Голоса

Утром Бельрив просыпался медленнее города. Внутри дворца ещё открывали ставни, меняли воду в умывальниках и несли первые подносы в покои, когда за стенами уже гремели телеги, перекликались торговцы и начинались споры, которым не требовалось разрешение короля. Гаспар стоял перед открытым сундуком в своей комнате и выбирал одежду, способную сделать его на несколько часов человеком, которого никто не станет рассматривать дважды.

Придворный камзол и колпак Грело остались лежать на кровати. Вместо них де Марсан надел простой коричневый дублет, уже не новый, но достаточно хороший, чтобы в нём не приняли за слугу или наёмника, поверх набросил серый плащ. Шпагу оставил на привычном месте: мужчина его возраста, державшийся как дворянин и при этом ходивший по столице без оружия, в некоторых кварталах привлёк бы больше внимания, чем придворный костюм.

Гаспар как раз застёгивал перевязь, когда дверь открылась без стука.

— Колпак забыл, — заметил Анри, остановившись на пороге и кивнув на кровать.

Де Марсан посмотрел туда же, затем подтянул ремень шпаги.

— Сегодня от него больше вреда, чем пользы. Если люди увидят Грело, половина сразу вспомнит, как сильно любит короля, а вторая начнёт говорить громче специально для него.

Анри вошёл в комнату и окинул друга взглядом от потёртых сапог до неброской шляпы.

— А в таком виде ты рассчитываешь исчезнуть?

— В таком виде я просто небогатый дворянин, которому нечем заняться с утра, — ответил Гаспар, убирая кошель под плащ.

— Очень убедительно, — заметил король.

— Если кто-нибудь узнает, что ты пришёл сюда исключительно ради этой шутки, уважение к короне сильно пострадает.

Анри усмехнулся, но почти сразу посерьёзнел.

— Я пришёл убедиться, что ты понял поручение. Мне не нужны имена всех, кто ругает меня в трактире, и тем более не нужны аресты.

— Жаль, — отозвался Гаспар, надевая шляпу. — Я уже собирался привести тебе человек сорок к обеду.

— Гаспар.

— Понял.

Анри опёрся плечом о дверной косяк.

— Послушай, о чём говорят без нас. Валон, молитвенные дома, Сен-Жер, листок. Если услышишь что-нибудь серьёзное — запомни. Но не превращай каждого недовольного сапожника в заговорщика только потому, что тебе хочется найти конец нитки.

Гаспар поправил плащ и посмотрел на короля.

— Ты очень плохо обо мне думаешь.

— Я достаточно давно тебя знаю, — спокойно ответил Анри.

— Это ещё хуже.

Король улыбнулся и уже собирался выйти, но у двери остановился.

— И ещё одно.

Гаспар вздохнул заранее.

— Началось.

Анри посмотрел на него с невинным выражением лица.

— Не начинай драку.

Де Марсан медленно поднял глаза к потолку.

— Ты умудряешься испортить мне день ещё до завтрака.

— Зато теперь у тебя есть цель его исправить, — ответил Анри и вышел в коридор.

Через четверть часа Гаспар покинул Бельрив через западные ворота.

Столица начиналась почти сразу за дворцовыми стенами и довольно быстро переставала быть похожей на тот город, который видели из окон королевских покоев. Фасады возле Бельрива ещё держали приличный вид, мостовую здесь подметали, а торговцев заставляли не выставлять товар поперёк прохода. Дальше улицы становились уже, вывески висели ниже, а запахи смешивались без всякого порядка: горячий хлеб, навоз, мокрая шерсть, дешёвое вино, лук и дым угольных жаровен.

Гаспар не пошёл по прямой дороге к большой рыночной площади. Он сделал крюк через квартал кожевников, задержался возле лавки, где пожилой мастер торговался за дубильную кору, потом купил у женщины с корзиной горячую лепёшку и только после этого вышел к рынку.

Там Валон уже успел превратиться в совершенно другой город.

— Двадцать убитых, говорю тебе, — уверял рыжебородый торговец соседа, продолжая раскладывать на прилавке связки лука. — И ещё церковь подожгли.

— Не церковь, а молитвенный дом, — поправил его стоявший напротив человек и потрогал одну из луковиц.

Рыжий махнул рукой.

— Какая разница?

— Большая, если собираешься рассказывать.

— Брат моей жены говорил с человеком из Валона, — упрямо продолжил торговец.

Гаспар остановился возле соседней бочки с солёной рыбой и сделал вид, что выбирает товар.

— Сам человек двадцать трупов видел? — спросил он, не поворачивая головы.

Рыжий недоверчиво посмотрел на незнакомца.

— А тебе зачем?

— Хочу понять, сколько их станет к вечеру, — ответил Гаспар, разглядывая рыбу.

Сосед торговца рассмеялся.

Рыжий нахмурился и сложил руки на груди.

— Я говорю, что слышал.

— Это