Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец

заметно тише. Морне начал собирать бумаги в нужном порядке, Леклер перечитывал свои заметки, а Гаспар наконец добрался до последнего куска хлеба.

Анри заметил это.

— Ты всё ещё называешь это моим завтраком?

— Уже нет. — Гаспар внимательно осмотрел хлеб. — Теперь это собственность по давности владения.

Морне даже не поднял головы.

— Формулируем решение так: молитвенный дом закрыт на три дня исключительно до прибытия королевской стражи. Это не отменяет прежний указ. Комиссар пересматривает все задержания и проверяет участников с обеих сторон.

— Добавьте отдельно, — сказал Анри, — что магистрат Валона не имеет права продлевать закрытие самостоятельно.

Леклер положил заметки на стол.

— Я дам комиссару двух своих людей. Не для проверки веры. Пусть посмотрят, кто попытается использовать беспорядки после нашего решения.

Гаспар повернулся к нему.

— Всё-таки думаешь, что драку кто-то организовал?

— Я думаю, что один человек погиб, пятеро серьёзно ранены, а местная власть успела превратить уличную драку в политический вопрос, — ответил Матье. — Этого пока достаточно и без заговора.

— Значит, ничего интересного.

Леклер сухо посмотрел на него.

— Для тебя, возможно.

Ларош тем временем поднялся.

— Если больше не нужен, Ваше Величество, я всё-таки займусь своими обозами.

Анри кивнул.

— Спасибо, Эмиль. Ваше предложение оказалось полезным.

— Надеюсь, Валону оно тоже пригодится, — ответил герцог и направился к двери.

Гаспар вышел вслед за ним.

Некоторое время они шли по длинной галерее молча. За окнами ещё блестели мокрые крыши, на нижнем дворе солдаты обходили лужи, а несколько слуг тащили ящики в сторону кухонного крыла.

Ларош первым нарушил молчание.

— Сегодня вы удивительно здраво рассуждали, Грело, — заметил он, не замедляя шага.

— Иногда со мной такое случается, — ответил Гаспар. — Обычно быстро проходит.

— Постарайтесь не привыкать.

— Я тоже опасаюсь за репутацию.

У лестницы Ларош уже собирался свернуть, но Гаспар задержал его вопросом.

— Вы действительно считаете, что молитвенный дом нужно открыть?

Герцог остановился и положил ладонь на каменные перила.

— Я считаю, что король уже приказал его открыть.

— Это не совсем одно и то же.

— В данном случае почти одно, — ответил Ларош и посмотрел вниз, во двор. — Если королевский указ можно отменить уличной дракой, государством управляет тот, кто первым соберёт толпу с камнями.

Гаспар чуть наклонил голову.

— Даже если сам указ вам не нравится?

— Мне не нравится множество королевских решений.

— Анри будет рад это услышать.

Ларош усмехнулся.

— Думаю, Его Величество давно догадывается.

Он помолчал и добавил уже серьёзнее:

— Король не обязан принимать решения, которые нравятся мне. Он обязан принимать решения, которым потом способен подчинить страну.

Гаспар несколько секунд смотрел на него.

— Опасно разумные слова.

— Не рассказывайте никому, — ответил герцог, снова двинувшись к лестнице. — Я тоже дорожу репутацией.

Они разошлись.

До самого вечера Валон не давал Бельриву покоя. Морне несколько раз возвращал проект приказа писцам, потому что одно неудачное слово могло превратить временную меру в официальное признание того, будто сам молитвенный дом стал причиной насилия. Леклер выбирал людей для комиссара. По галереям тем временем уже ходили три версии решения короля: согласно первой, Анри приказал закрыть все молитвенные дома; согласно второй, собирался поставить возле каждого целый гарнизон; третья утверждала, что он поссорился с духовенством и лично выгнал делегацию из кабинета.

Последнюю версию Гаспар услышал возле лестницы и даже не стал исправлять.

К вечеру он оказался возле покоев королевы почти случайно. Две дамы Анны разбирали присланные ткани, сама королева появилась из соседней комнаты как раз тогда, когда Грело собирался уходить.

— Вас я и искала, — сказала Анна, заметив его возле двери.

Гаспар поклонился.

— Обычно после этих слов у меня начинаются неприятности.

— Тогда сегодня вам повезло. — Королева подошла к небольшому столу возле окна. — Я хочу узнать, что Анри решил по Валону.

— Это уже знает половина дворца, — ответил Грело.

Анна села и развернула сложенный веер.

— Именно поэтому я спрашиваю вас.

Гаспар усмехнулся и устроился на краю соседнего кресла.

— Дом откроют через три дня. Королевская стража, комиссар, пересмотр арестов обеих сторон. Магистрату не позволят самостоятельно продлить закрытие.

Анна выслушала его и слегка постучала краем веера по ладони.

— Кто остался недоволен?

— Все, — ответил Гаспар.

Королева улыбнулась.

— Значит, решение, вероятно, неплохое.

— Я собирался сказать Анри то же самое.

— Не говорите. — Анна закрыла веер. — Он станет слишком доволен собой.

Гаспар посмотрел на неё с притворным удивлением.

— Вы сегодня необычайно добрая жена.

Королева проигнорировала поддевку. Её взгляд ушёл к окну, за которым слуги уже зажигали первые фонари.

— Меня беспокоит не сам Валон, — сказала она через несколько секунд.

Гаспар перестал улыбаться.

— Что тогда?

— Раньше люди, недовольные Анри, чаще были недовольны каждый своим. — Анна медленно провела пальцем по закрытому вееру. — Один из-за налога, другой из-за земли, третий из-за веры. Теперь некоторые из них всё чаще находят общий язык.

Гаспар нахмурился.

— Вы говорите о ком-то конкретном?

— Нет. И я не говорю о тайном обществе, если вы уже мысленно отправились его искать, — ответила королева и посмотрела на него. — Я просто слушаю людей.

— Опасная привычка.

— Вы как раз должны это понимать.

Гаспар слегка усмехнулся.

— Продолжайте.

— Дворяне, которые ещё год назад не сели бы за один стол, теперь охотно разговаривают, если речь заходит о том, чего король им не дал. Один ненавидит молитвенные дома, другой — королевских чиновников в провинции, третий потерял доход или должность. Это всё ещё разные причины. Мне не нравится другое: они начинают слушать друг друга.

Гаспар некоторое время молчал.

— Леклеру скажу, — ответил он наконец.

Анна чуть улыбнулась.

— Он наверняка уже знает.

— Тогда скажу, что вы знаете, что он знает. Пусть хотя бы немного нервничает.

Королева рассмеялась.

— Вот теперь я снова узнаю Грело.

Он поднялся.

— Значит, могу идти?

— Можете. — Анна тоже встала и убрала веер. — И найдите Анри. Он сегодня почти ничего не ел.

Гаспар остановился возле двери и посмотрел на неё.

— Вот это уже настоящая государственная проблема.

— Для вас особенно, — ответила королева.

Анри он нашёл позже, когда дневной шум Бельрива уже начал стихать. Король сидел в небольшом кабинете рядом со спальней и перечитывал окончательный текст приказа для Валона. На столе горела свеча, возле локтя стояла чашка с давно остывшим вином.

Гаспар вошёл без доклада, снял колпак и бросил его на свободное кресло.

— Ты хотя бы иногда принимаешь решение, после которого люди тебе благодарны? — спросил он, подходя к столу.

Анри продолжил читать.

— Иногда.

Гаспар нашёл в вазе яблоко и осмотрел его.

— Когда?

— Не помню, — ответил король, переворачивая страницу.

Грело сел напротив.

— Анна говорит, сегодня недовольны все.

— Хорошо, — заметил Анри, не поднимая глаз.

Гаспар остановил