Запрещенные книги в Берлине - Дейзи Вуд

Парень выглядел по-настоящему огорченным, и Мэдди смягчилась, уже и сама устыдившись своей вспыльчивости. В кого она превращалась? Даниэл задел ее за живое, но это не оправдывало ее грубость.

– Вы тоже простите меня, – сказала девушка, положив папку обратно на стол и присев. – Я немного взвинчена в последние дни.

– Похоже, я вас раздражал с момент знакомства, – заметил Даниэл. – Может быть, попробуем начать все сначала? Или хотя бы объясните мне, что я делаю не так.

Мэдди закрыла руками лицо.

– Вы все делаете так. Просто я сейчас чувствую себя не на своем месте, но это моя проблема.

– Замрите! – воскликнул Даниэл. – В этом месте делают потрясающие сэндвичи с жареной курицей. Я закажу нам парочку, и вы расскажете мне обо всем.

– …Я просто не понимаю, как люди могут так ужасно относиться к Бену, – закончила рассказ Мэдди, дожевывая последний кусочек сэндвича.

– Все из-за того, что они не воспринимают его полноценным человеком, – объясгид Даниэл. – Проблема в интернете: вы можете раствориться в этом печальном водовороте ненависти и излить свой яд, не думая о последствиях. Тролли никогда бы не высказали это в лицо Бену… Или вам в лицо.

– Я понимаю, что не должна обращать на них внимание, – сказала Мэдди. – Но мне уже стало казаться, будто я под неустанным прицелом злопыхателей. И как только я намереваюсь написать что-нибудь, я тут же представляю себе их реакцию. И невольно задаюсь вопросом: а стоит ли это моих усилий? Нет, я, конечно же, блокирую хейтеров и удаляю их послания, но они продолжают нападать на меня.

– Вы не должны позволить им одержать верх, – сказал Даниэл. – Я прочитал несколько ваших статей. И мне они понравились. Вы очень хорошо пишите.

– Спасибо! – Мэдди скомкала свою салфетку в шарик. – Не понимаю, почему вы так добры ко мне, хотя я такая зануда и нюня.

До Мэдди начало доходить, что у нее сложилось совершенно неверное впечатление о парне. Он умел слушать, дал ей выговориться не перебивая, чтобы высказать свое мнение. Почему она так поспешила со своим суждением о нем? Почему решила, что ему что-то нужно от нее? Почему отказывалась допустить, что он просто хороший парень? На свете все-таки осталась горстка хороших парней, и он ведь вполне мог быть одним из них.

Даниэл улыбнулся.

– Вы нравитесь мне такая, как есть – и зануда, и нюня. И мне очень нравится ваш дед.

– Он замечательный, правда? – оживилась, улыбнувшись в ответ, Мэдди. – Мы так счастливы, что он у нас есть. И ваша бабушка тоже потрясающая! – Девушка задумалась. – Послушайте… я не должна просить вас об этом. Но если есть хотя бы крошечный шанс, что вам удастся убедить ее не помогать дедуле с его семейной историей, я была бы вам очень признательна.

Даниэл приподнял брови.

– И конечно, вы не скажете мне, почему? Ладно, я могу попытаться, хотя и не питал бы особых надежд. Если Еве что взбредет в голову, остановить ее невозможно.

– Могу себе представить, – вздохнула Мэдди, протянув руку к папке и сумочке. – Все было здорово, Даниэл. Спасибо за то, что выслушали.

– Пожалуйста. Только я все же добавлю: должен быть какой-то способ покончить с этим хейтингом в интернете. Ведь можно выяснить, кто самые злостные ненавистники. Хотя, скорее сего, это боты, а не реальные люди. Вы упомянули, что у одного из них ник Паслён? Если заглянуть в профили этих хейтеров, можно узнать об их личностях немало, даже отследить их IP-адреса. У меня есть прятель-технарь, он эксперт в таких делах.

– А что потом? – спросила Мэдди.

Даниэл пожал плечами.

– Решать вам. В знании сила. И если Паслён окажется ботом, вы не будете воспринимать его нападки так болезненно.

Ответить Мэдди не позволил зазвонивший телефон.

– Привет, мама, – сказала она. – Я уже направляюсь домой.

Голос Шарон стал не в меру высоким из-за волнения.

– Бен не с тобой?

– Нет. Я не видела его со вчерашнего вечера. Что случилось?

Тревога матери передалась Мэдди.

– Он пропал. Захватил с собой кое-что из одежды и художественные принадлежности. И оставил мне записку. Ты можешь приехать поскорей? Я не знаю, что делать.

Мэдди нажала отбой.

– Все в порядке? – поинтересовался Даниэл.

– Не совсем, – призналась девушка. – Мне срочно нужно домой. Вы не могли бы меня подбросить? Я приехала сюда на автобусе.

– Конечно, я припарковался у самого входа.

За короткую поездку домой Мэдди все-таки успела объяснить спутнику, что случилось, хотя знала она немногое. Прибыв на место, они застали Шарон ходящей взад-вперед по кухне, с лицом белее полотна.

– Я вернулась с йоги и обнаружила дом пустым. А потом нашла эту записку на столе, – протянула дочери листок Шарон.

«Уехал на время. Не беспокойтесь! С любовью, Бен», – прочла Мэдди.

Почерк, несомненно, принадлежал брату.

– Может, вызвать полицию? – спросила мать. – Вдруг он поехал на вокзал или даже в аэропорт?

– Маловероятно, – успокоила ее Мэдди. – Бен ненавидит летать, и куда ему ехать на поезде? Давай сначала попробуем его разыскать. Не думаю, что он ушел далеко. Помнишь, он как-то отправился в маленькое путешествие?

– Вы не пробовали позвонить его друзьям? Может, они что-то слышали о нем? – спросил Даниэл. – Я могу помочь вам обзвонить их, чтобы ваш телефон оставался не занятым.

– Мама, это Даниэл, – поспешила представить парня Мэдди. – Это внук Евы. Дедулиной знакомой, помнишь?

– Ах, да, спасибо вам, Даниэл, – поблагодарила Шарон. – Это так любезно с вашей стороны. Скажите мне свой номер, и я пришлю вам телефоны его приятелей.

Руки Шарон тряслись, пока она прокручивала свои «Контакты».

– Мамочка, постарайся не паниковать! – призвала ее Мэдди. – В округе все знают Бена. Люди поищут его.

Шарон ничего не ответила. А когда Даниэл вышел в другую комнату со своим мобильником и коротким списком имен, посетовала:

– Это я виновата. Ты была права. Мне следовало отпустить его раньше.

– Ну, на это трудно решиться, – сказала Мэдди.

Шарон нахмурилась, сплела пальцы вместе.

– Наверное, я просто боялась остаться одной. Дед все время занят. И, конечно же, Бен хочет жить своей жизнью. До чего же эгоистичными мы можем быть…

Мэдди обняла мать.

– Это вовсе не эгоизм. Ты просто позабыла про себя. И не знаешь, чем себя занять, когда не надо ни о ком заботиться. Нужно попрактиковаться.

– Давай сначала отыщем Бена, – сжала ее руку Шарон. – Но все равно, спасибо, дорогая. Я рада, что ты здесь.

Никто из приятелей Бена не слышал о нем, и Даниэл предложил поездить по округе