Запрещенные книги в Берлине - Дейзи Вуд

– вдруг они заметили бы его. С подачи Мэдди они посетили любимые места Бена – скейт-парк, торговый центр, кафе-мороженое. Но его следов нигде не обнаружили. Несмотря на оптимизм, который Мэдди выказала в разговоре с матерью, сейчас тревога стала нарастать с каждой минутой. Судя по тому, что брат оставил записку, он отправился не просто на прогулку. Куда он мог податься?

Теперь настал черед Даниэла ее успокаивать:

– Паниковать рано. Вы же сами сказали: это территория Бена, его здесь все знают, и каждый захочет ему помочь.

– Вы так думаете? – спросила Мэдди. – Мир вокруг суров.

– Да, – ответил Даниэл. – Но я все еще верю в доброту незнакомых людей. А вы нет?

– Может быть… – На секунду Мэдди задумалась: надел ли Бен свой радужный шарф? – Как бы там ни было, мы с вами знакомы, но вы действительно очень добры. Короткая встреча за чашкой кофе переросла в автомобильную поездку на целый день.

Даниэл рассмеялся.

– Не переживайте. Я сегодня свободен. Моя подружка на девичнике. Они у нее, похоже, случаются каждые выходные. А если не девичник, то предродительная вечеринка.

Мэдди ощутила, как к ее щекам прилила кровь. Она не поняла, почему покраснела. Она же не думала о нем как о… Нет, не думала! Но почему-то все равно покраснела. И ей осталось только надеятся, чтобы Даниэл этого не заметил.

– И не говорите! Такое впечатление, что все в наши дни паруются.

– А как насчет вас? – спросил Даниэл.

– У меня до сих пор не задавалось. Впрочем, никогда не говори никогда. Постойте! – Ее взгляд привлекла фигура в сером свитшоте и с рюкзаком, проходившая мимо. Но когда присмотрелась, поняла, что это девушка. – Нет, это не Бен.

Они поехали к водохранилищу.

– Судя по всему, ваш дед и моя бабушка отлично ладят, – сказал Даниэл, паркуя машину. – Они могли бы сойтись, и мы… стали бы одной семьей.

– Ого! Вы слишком торопите события, – хмыкнула Мэдди. – Но моя мама хочет познакомиться с Евой. По-моему, ей не терпится посмотреть на нее. А ваши родители живут где-то здесь?

Даниэл помотал головой:

– Отец в Нью-Йорке, а мама умерла, когда я был маленьким. Собственно говоря, меня вырастили Ева с дедом. Не знаю, что бы со мной было, если бы не они. Вот почему я не выношу тему смерти – я пока не готов остаться без Евы.

– Я тоже не мыслю жизни без деда. Вы верите в вечную жизнь?

– Скорее, нет, – улыбнулся Даниэл, и от уголков его глаз разошлись в стороны мелкие морщинки.

Он уже не раздражал Мэдди, как раньше. Возможно, то, что у него была девушка, позволило ей расслабиться. Теперь они могли узнать друг друга получше без всякого давления – если Даниэл готов был закрыть глаза на то, как Мэдди обращалась с ним поначалу. Они вышли из машины и направились к лугу у дальней оконечности озера, сканируя глазами семьи, компании друзей и пары, расположившиеся на траве.

– Это бесполезно, – проронила Мэдди. – Бен может быть где угодно.

Мысль о том, что брат бродил где-то один с рюкзаком за плечами и головой, полной грёз, была ей невыносима. А что, если они не найдут его до наступления ночи?

– А вы не думаете, что он мог пойти к дому Евы? – вдруг спросил Даниэл. – Он проявил большой интерес к моей детской комнате, и я сказал ему, что бабушка периодически дает пожить в ней студентам.

– Но она бы сообщила нам, разве нет?

– Я позвоню ей. – Парень достал свой мобильник. – На всякий случай.

Телефон Евы переключился на голосовую почту, и они решили заскочить к ней домой – версия Даниэла была ничем не хуже остальных.

– А потом я отправлюсь домой, – сказала Мэдди. – По правде говоря, я отнял у вас массу времени.

Предположение парня было не лишено логики, но Мэдди уже боялась дать волю надежде. Но, заехав на подъездную аллею Евы, они вскоре увидели Бена. Он сидел на крыльце. Рюкзак лежал рядом. Мэдди вылетела из машины, едва Даниэл затормозил, и сжала брата в объятиях.

– Что ты делаешь? – пробурчал он, силясь высвободиться. – Ты меня задушишь!

– Мы так переволновались! – воскликнула Мэдди.

– Почему? – озадачился Бен.

– Потому что не знали, где ты был.

Она осеклась: похоже, брат ощутил свою беспомощность, и усугублять его состояние упреками ей не хотелось.

– Но мы тебя нашли, – произнес Даниэл ободряюще. – Все хорошо, что хорошо кончается.

– Никого нет дома, – сказал им Бен, моргнув с тревогой за линзами очков.

– Все в порядке, – заверил его Даниэл. – Я покажу тебе, где бабушка прячем запасной ключ.

Бен поднял рюкзак и застыл в ожидании.

– Зачем ты взял его с собой? – спросила Мэдди.

– Я хотел пожить здесь несколько дней, – ответил брат. – Ева сказала, что можно.

Мэдди со вздохом покачала головой.

Даниэл отпер входную дверь и впустил их в дом.

– Мы обсудим это позже, когда Ева вернется, – сказал парень. – А сейчас – кто хочет кофе? По-моему, хватит переживаний на сегодняшний день.

Через час все были в сборе: Мэдди, Даниэл, Бен и Шарон. И Ева с дедом – они вместе обедали в городе и были немного удивлены, увидев такую компанию на кухне Евы. Но с радостью выпили с гостями кофе, сваренный Даниэлом.

– Приятно познакомиться с вами, Шарон, – сказала Ева.

– Взаимно, – ответила Шарон (судя по виду, искренне). – Спасибо за прием, оказанный Бену на днях. Он только и говорил, что о ваших работах. И теперь я понимаю почему. – Шарон сжала руку сына, и тот просиял. – Он уже поводил меня по вашему потрясающему саду.

Даниэл уговорил Шарон остаться на кофе, когда она приехала забрать Бена. И, гуляя среди чудовищ, она с сыном и дочерью откровенно поговорила о будущем. Почему-то этот разговор на нейтральной территории потек легче. Слушая рассказ Бена о том, каким счастливым он почувствовал себя в доме Евы и каким осмотрительным он был по дороге к нему, Шарон постепенно успокоилась.

– Я завтра позвоню твоему социальному работнику, – пообещала она сыну. – Ничего не делается сразу, но, по крайней мере, мы приступим к обсуждению вариантов.

– Ты можешь доверять мне, мама, – сказал Бен. – Я тебя не подведу.

– И я убеждена, что ты сможешь остаться у Евы на несколько дней, но сначала ты должен ее спросить, – добавила Мэдди. – Нельзя так просто взять и нарисоваться на пороге.

– Хорошо, – кивнул брат.

Они обнялись по-семейному – все втроем, и все втроем прослезились.

– Ева очень талантлива, – сказал за кофе дед. – Более того, она еще и блестящая сыщица. Мы изучили воинский путь отца