Иллюстрированная история нравов: Галантный век - Эдуард Фукс

Немецкая карикатура на кринолин

Нередко и "пятно на чести" упоминается в этих брачных объявлениях. Один тридцатилетний мужчина готов обращаться с ребенком от другого так, как будто он его дитя, если позорно покинутая мать обладает капиталом, достаточным, чтобы раз навсегда поправить его мелочную торговлю. Забота о грозящем ей позоре часто побуждает и девушку-мещанку прибегнуть к помощи брачного объявления. "Молодая, красивая особа, — говорится в одном таком листке, — слишком поспешно доверившаяся обещаниям во всех других отношениях порядочного молодого человека и находящаяся в положении, заслуживающем всяческого снисхождения", желает как можно скорее выйти замуж, но в другом городе, за мужчину, которому приданое в двадцать две тысячи гульденов было бы достаточным возмещением за то, что он даст свое имя ребенку, "обязанному своим происхождением наивной, но честной доверчивости".

Немецкая карикатура на модные прически

Подводя итоги, мы должны сказать, что подобно тому как флирт находил свое высшее выражение в официальном институте lever, так коммерческий характер брака нашел свое классическое выражение в брачном объявлении. Это в самом деле та форма, в которой условный характер брака нашел наиболее яркое воплощение.

Ф. Буше. Легкомысленная любовь

Необходимо здесь упомянуть еще об одной бросающейся в глаза специфически английской черте, а именно о легкости бракосочетания и обусловленных ею многочисленных последствиях. Хотя брак и теперь еще совершается в Англии очень просто, настоящее не выдерживает в этом отношении никакого сравнения с прошлым, когда не требовалось решительно никаких гарантий. Не нужно было ни бумаг, ни каких-нибудь других справок. Хватало простого объявления о желании вступить в брак, сделанного облеченному правами административного лица священнику, чтобы брак совершился все равно где в гостинице или в церкви.

В изданном Даниелем Дефо жизнеописании авантюристки "Moll Flanders" ("Молль Флендерс". — Ред.) такой типический случай изображен очень наглядно. Жизнерадостная дама условилась свидеться со своим возлюбленным в Стратфорде. Случайно они встретились несколькими станциями раньше, и после веселой ночи было решено сейчас же отпраздновать свадьбу, чтобы иметь возможность провести в этом хорошеньком местечке еще несколько таких же приятных ночей. Рано утром зовут почтенного трактирщика и поручают ему немедленно же пригласить местного священника.

"Он отправился и привел священника. Это был очень веселый господин, и ему, вероятно, уже рассказали, что мы встретились здесь почти случайно, что я приехала в почтовой карете из Уэст-Честера, а он из Лондона на собственных лошадях, что мы должны были встретиться, собственно, только в Стратфорде. Потому что священник, пожав мне руку, заметил обычным для него веселым голосом: "Вот видите, сударыня, всякая неприятность имеет свою хорошую сторону. Вас постигла неприятность, что вы не встретились в назначенном месте. А мне на долю выпала приятность совершить ваше бракосочетание. Если бы вы встретились в Стратфорде, то эта приятная обязанность выпала бы на долю моего коллеги. Итак, господин трактирщик, найдется у вас Священное писание?.."

"Что вы! — вознегодовала я. Вы хотите нас обвенчать в гостинице, да еще почти ночью?"

Эйзен. Он подсматривает

"Сударыня! — возразил священник. — Если вы хотите пойти в церковь, то я могу обвенчать вас и там. Но, по-моему, здесь уютнее. Могу вас уверить, что брак ваш будет таким же законным, как если бы бракосочетание состоялось в церкви. Канонические предписания вовсе не требуют, чтобы мы, священники, венчали непременно в церкви, а время и совсем безразлично. Наши государи, например, часто венчаются в своих покоях и часто в 8, 9, 10 часов вечера".

Я не сразу позволила убедить себя, а продолжала делать вид, что хочу венчаться непременно в церкви. Само собою понятно, что с моей стороны это была простая комедия. Под конец я, конечно, уступила, и трактирщик позвал жену и дочь, исполняя в одном лице обязанности писаря, кистера (псаломщика. — Ред.) и свидетеля".

Не менее характерные доказательства той легкости, с которой тогда в Англии совершался брак, — так называемые Fleet-marriages. Как замечает Фанни Левальд в своей книге "Англия и Шотландия", эти браки получили свое название от темницы Fleet в лондонском участке Fleet Ditch, где они совершались.

"Еще в начале XVIII в. перед указанной тюрьмой взад и вперед расхаживал человек и спрашивал проходивших: "Не желаете ли венчаться", подобно тому как теперь на площадях зазыватели приглашают публику посетить зверинец или музей восковых фигур. Над дверью висела вывеска, изображавшая мужчину и женщину, протянувших друг другу руки, и исполнявший требы священник венчал каждую желавшую пару за несколько пенсов. В 1704 г. таким образом обвенчались в продолжение четырех месяцев почти три тысячи пар".

Романтическим прославлением этой легкости бракосочетания в Англии служит еще до сих пор не забытая басня о кузнеце из Гретна-Грин, судя по которой венчать мог даже не священник, а кузнец. На самом деле и в таких случаях речь идет о священнике, правда весьма сомнительной пробы.

Визит

Если главная причина, побуждавшая английское общество не затруднять легкость совершения брака, коренилась в желании помешать позорящему христианское государство пороку добрачных половых сношений, если высокоразвитая в Англии политическая свобода создала для этого удобную почву, то, с другой стороны, нельзя отрицать, что множество подобных браков служило лишь маской для разврата. Подобные браки вошли в обычай, так как позволяли людям, не заботившимся о последствиях и думавшим только о мимолетном наслаждении, сходиться, не боясь назойливых пересудов и контроля благочестивых. По этой причине такие браки существовали и на континенте, хотя здесь они и были обставлены более сложными обрядами. Более подробные сведения имеются у нас о Берлине и Вене. В "Die Galanterien Wiens" говорится о Вене:

"Брак не есть обязательство для мужа и жены помогать друг другу, удовлетворять свои потребности, производить детей, содержать и воспитать их полезными для государства гражданами. Нет, брак есть просто свобода делать все, он ключ к вратам светской жизни, обмен и замкнутости на порок и свободу. Здесь что угодно, добродетели вступают в брак только для того, чтобы молодой человек получил возможность спокойно и безнаказанно провести несколько недель с женой в комнате и спать с ней на одной постели".

В монастыре

Неизбежным последствием такого положения вещей должны были бы стать частые разводы. Они в самом деле происходили очень часто, например в Берлине. Довольно обычным явлением был