Курск и Белгород. Дуга столетий - Станислав Александрович Минаков

пятиметровый памятник Святославу Храброму работы Клыкова был открыт на берегу Днепра в г. Запорожье в Воскресенском парке, напротив острова Хортица, где, по одной из исторических версий, князь-герой был злодейски убит. Святослав словно передаёт потомкам с высокого постамента оружие защиты: «Возьмите меч, несите нашу славу!»

Конную статую князя Святослава, повергающего хазарина, Вячеслав Михайлович планировал установить в конце того же года в Белгороде. Однако ещё до установки монумента в СМИ появилось множество заметок – о том, что в ноябре «в Белгороде памятник князю-антисемиту уже поставлен». Публикации снабжались фотографиями, и акцент публикаторами делался на детали: на щите хазарина была изображена звезда Давида. Однако это было лишь фото макета (его мы и увидели в музее В. Клыкова в Мармыжах). А 21 ноября 2005 г. было опубликовано некое заявление с требованием запретить установку памятника князю Святославу в Белгороде. Начиналось оно так: «Федерация еврейских общин России считает установку в Белгороде памятника Вячеслава Клыкова провокационной акцией, которая не только искажает историю, но и крайне негативно влияет на современность». Дальше шли обвинения скульптора в антисемитизме, упрёки в адрес руководства Белгородской области. Затем целый ряд еврейских общественных организаций выступил с осуждением Клыкова. «Творение скульптора Клыкова заслуживает места в одном ряду с памятниками пособникам германского нацизма, воздвигаемыми в странах Балтии», – заявил глава Евро-Азиатского еврейского конгресса Михаил Членов.

2 декабря 2005 г. в интервью «Российской газете» В. Клыков ответил на выпады: «Я не собираюсь в угоду еврейским организациям идти против истории. Это же исторический факт: хазары сначала тайно приняли иудаизм, а потом и официально. Об этом говорят раскопки на территории Хазарского каганата».

Было обнародовано и мнение исполнительного директора Научно-исследовательского центра социально-политических проблем России В. Кириенко, подчеркнувшего: глупо считать, что установка памятника великому князю Святославу Храброму оскорбляет чье-то национальное достоинство, поскольку в нашей стране много памятников, посвящённых победам России над наполеоновской Францией или над Швецией Карла XII, изгнанию поляков из Московского Кремля или победам князя Александра Невского и т. д., при этом французам, шведам, полякам или немцам не приходит мысль утверждать, что их национальные и религиозные чувства оскорбляют все эти памятники. К тому же в Эрмитаже, как и в других музеях, немало археологических экспонатов эпохи Хазарского каганата, которые убедительно доказывают, что символ иудаизма, звезда Давида, в Хазарии всё-таки был.

12 января 2006 г. Вячеслав Клыков пояснил в интервью: «В 2005 году исполнилось 1040 лет со дня разгрома Хазарского каганата Великим князем Киевским Святославом в результате похода, состоявшегося в 965 году. В ряду наших побед это событие занимает особое место – без него не было бы вообще России ни как Московской Руси, ни как православного государства, ни как Российской империи. И вот, из всех памятных дат, которые широко отмечались в 2005 году, – 625-летие Куликовской битвы, 60-летие разгрома фашистской Германии – об этой важнейшей дате, об этой победе почему-то умолчали. Не забывайте о том, что Святослав – сын святой равноапостольной Великой княгини Ольги, отец святого равноапостольного Великого князя Владимира, крестившего Русь. Святослава я считаю крупнейшим полководцем мирового уровня. Защищая интересы русского государства Киевской Руси, он не проиграл ни одного сражения. Мы помним Александра Македонского, но не чтим Святослава, нашего русского полководца, не ведавшего поражений…»

Монумент великому князю киевскому Святославу Храброму (6,5 м постамент и 6,5 м скульптура) в итоге был установлен между г. Чернянка и Новый Оскол, по соседству с Холковским Свято-Троицким монастырём, на одном из холмов бывшего Дикого поля; это место создаёт, по мнению автора памятника, ощущение древнего пейзажа земли, по которой проходили не только Святослав, но и другие русские князья.

Памятник был открыт и освящён 11 июля 2006 г. Через 40 дней по кончине автора.

* * *

От Мармыжей до Мармыжей по проселочным дорогам километров пять-шесть. Но просто и напрямую к Клыкову не подберёшься. По совету директора музея нас повезли по хорошему асфальту, а потому, давая большой крюк, мы стали нетерпеливы: туда ли едем, наконец? И успокоились лишь на повороте с указателем «Храм в с. Мармыжи, 2 км».

Это был канун праздника Покрова Пресвятой Богородицы, и храм нас ждал – Покровский. Когда мы подъезжали, выглянуло, как водится, солнце. Было примерно три часа пополудни, и мягкий свет бабьего лета проявил разное золото огромных берёз, показал среди небесной синевы голубой шлемок богородичного храма, поставленного Клыковым на окраине сельского кладбища. Среди высокотравья и шиповниковых кустов тут покоится много поколений Клыковых, лежат здесь и родители Вячеслава Михайловича.

Старожилы села нашли веские доказательства, что в 1913 г. именно на этом месте предки намеривались построить храм, но их планы не осуществились из-за начавшейся мировой войны. Новая инициатива возведения церкви в родном казачьем селе принадлежала В. Клыкову, а расходы по строительству взял на себя курский меценат.

Закладной камень был освящён митрополитом Курским и Рыльским Ювеналием в 1997 г., а 15 ноября 2003 г. на храме установили небесного цвета купол с золотым крестом. Кстати, владыка, хорошо знавший Клыкова, так потом отзовётся на кончину земляка: «Вячеслав Михайлович был глубоко верующим человеком. …Это был православный христианин, делом и жизнью засвидетельствовавший свою веру в Бога, до конца дней земной жизни служил православной России и был истинно русским художником».

Входя в храмовую ограду, обращаешь внимание на стилистику врат, выполненных, как сербская звонница, и сразу видишь крест, установленный Клыковым над специально привезённым им большим вертикальным камнем на братской могиле советских воинов, которых здесь покоится, по разным оценкам, от семидесяти до четырёхсот. В 1941–1943 гг. в этих местах шли ожесточённые бои. Станцию Мармыжи обороняли тринадцать бронепоездов, и в результате боевых действий она была полностью разрушена.

Настоятель храма, отец троих деток молодой иерей Николай Пазуха, провёл нас по храму, рассказал о деревянных иконах – преп. Серафима Саровского и Николы-угодника, подаренных Клыкову благодарными резчиками-вологодцами; они же подарили скульптору красивое деревянное распятие.

Образ храма для родных Мармыжей Клыкову навеял знаменитый храм Покрова на Нерли – самая прекрасная русская церковь. И древняя владимирская каменная резьба была мастеру сердечно близка. Горельефы в этом стиле теперь украсили Покровский храм в Мармыжах с четырёх сторон – канонические Богородичные образы, святые и крылатые львы у самых вершин.

Прах раба Божия Вячеслава покоится у стены церкви, ближе к алтарной части. Мы читаем поминальную молитву и глядим на золотые ветви берёз, стекающие к чёрному литому надгробному распятию. Сквозь них в зеленоватой дымке виднеются курские дали, подарившие всем нам преподобного чудотворца Серафима Саровского, преподобного Исаакия Оптинского, затворника и чудотворца Иоанна Святогорского, композитора Георгия Свиридова, прозаиков Евгения Носова и Константина Воробьёва, певицу Надежду Плевицкую и скульптора