Венгерский бестиарий - Золтан Мадяр

Корвин — вен­герский король (с 1458 по 1490 г.), при котором королевство Венгрия достигло пика своего могущества; покровительствовал развитию науки и искусств в Венгрии. Слыл поборником справедливости, защитником слабых и бедных — и стал героем множества народных сказок.

[39] Миклош Толди — реальный исторический персонаж (1320–1390), прославился своей физической силой, благородством и демократизмом (при том, что он был отпрыском дворянского рода) и стал одним из любимых народных героев. Миклошу Толди посвятил свою эпическую трилогию один из крупнейших венгерских поэтов Янош Арань (1817−1882).

[38] Здесь нельзя не вспомнить уродца — Конька-Горбунка из сказки П. П. Ершова.

[37] Сивка-Бурка, вещая каурка в русских сказках — прямой родственник венгерскому коню вещему. Слово «вещий», ко­нечно, не точное, но все же довольно близкое соответствие слову táltos, — читатель еще увидит, какие головоломные трудности в этом тексте приходится иногда преодолевать. «Утешает» немного то, что в обратном направлении трудности тоже немалые. Интересно, как выходят из положения мои иноязычные коллеги, когда им нужно перевести «Сивка-Бурка Вещая Каурка»: ведь в этом словосочетании почему-то нагромождены сра­зу три лошадиные масти: сивый, бурый, каурый.

[44] Дучибал — искаженное почти до неузнаваемости «Буцефал». В источниках можно встретить и другие клички коня (или других коней?), на котором ездил царь гуннов: Баламер, Чиллаг (Звезда).

Сёг — старинное слово, означавшее «гнедой».

Холдаш — буквально: Лунный (венг.).

[43] Миклош Хорти (1868−1957) — венгерский политический деятель; в 1920−1944 гг. был правителем (в ранге регента) Венгерского королевства. Въехал в Будапешт на белом коне.

[42] Ференц II Ракоци (1676−1735) — князь Трансильвании; в 1703−1711 гг. возглавил борьбу венгерского народа против австрийского владычества. Умер в эмиграции.

[41] Андраш Батори (1563−1599) — епископ, кардинал, в 1599 г. князь Трансильвании; племянник Иштвана Батори (Стефана Батория, короля Польши).

Маленьким я еще был, помню, сказывали про Ласло Святого: тридцать лет гонял он по свету язычников поганых. Вот сколько времени не виделся он с семьей. А когда только уехал он из дому, жена его как раз в тягости была. Господь отметил Ласло: видения у него были, святой он был. Когда вернулся он домой, было воскресенье Великого поста; заглянул он в окно, а жена там сидит за столом, ужинают, а с ней два человека.

— Что скажешь, конь: стрелять?

— Не стреляй, — говорит конь. — Оставь гнев на завтра, утро вечера мудренее!

Он и не стал стрелять. А от соседей узнал, что это его сыновья. Утром встретился он с ними, то-то радость была, то-то они обнялись [45].

[45] Gyimes: Tankó Imre: Szent László a gyimesiek mondáiban. Honismeret, 1992. 3. sz., 6.

Вещий конь. Компьютерная графика. © Дюла Немет

***

Рассказывал мне дед: был у Ракоци конь вещий. А народ тогда был бестолковый, лошадей задом наперед запрягал в телегу. Ракоци же на сером жеребце ездил, которого сам воспитывал, сам кормил тайными травами. От этого конь такой умный у него стал, что наперед беду чуял. Бывало, как большая беда грозит, он и сам прячется вместе с Ракоци. А если впереди победа, он до тех пор стучит копытом в дверь, пока тот не выйдет и не сядет на него [46].

***

…Подхватились они, вскочили в седла, королевну впереди себя посадили. Поскакал шестиногий конь вещий, летит вверх и вперед, как сам черт. Мчится, мчится. И этак уж на другое утро, этак уж светает, говорит конь вещий:

— А ну-ка, хозяин мой дорогой, обернись! Что ты там видишь? Погляди назад!

— Ох, дорогой ты мой конёк, дракон там позади. Вот-вот он нас догонит. <…>

Тогда говорит вторая лошадь (дочь коня героя), на которой дракон скакал:

— Торопись, матушка, он мне шпоры в бока вонзает, приходится мне изо всех сил скакать!

— Если шпоры вонзает, сбрось его!

Вздыбилась лошадка и сбросила дракона, и упал дракон… и разбился вдребезги! [47].

[46] Arka: Ferenczi Imre: Rákóczi emléke az abaúj-zempléni néphagyományban. Ethnographia LXXX., 1960, 397.

[47] Gernyeszeg: Szabó Judit: Rózsa királyfi. Berekméri Sándor gernyeszegi meséi. Bukarest, 1977, Kriterion Könyvkiadó, 95–96.

Дракон. Линогравюра. © Иштван П. Сатмари

Дракон — одно из тех фантастических существ, которые присутствовали в венгерском фольклоре еще до Обретения Родины. Само слово это [48] имеет булгарско-тюркское происхождение; его можно обнаружить уже в венгерских документах эпохи Арпадов, где оно встречается прежде всего в топонимике. Старотурецкое значение этого слова («шипящий», «плюющийся ядом») свидетельствует о том, что предки наши, говоря о драконе, подразумевали существо, похожее на змею; однако круг представлений, связанных в венгерской культурной традиции с драконом, гораздо сложнее и многозначнее.

Согласно господствующим в народе представлениям, дракон — огромное чешуйчатое существо, во многом напоминающее крокодила, но часто имеющее крылья и способное летать.

Широко распространено убеждение, что в древности драконы действительно обитали на земле, причем в большом количестве, — подтверждением этому служат скелеты якобы доисторических ящеров, которые находят в речных руслах, в пещерах, в осадочных породах. В некоторых регионах, народная культура которых сохраняет архаические черты, люди еще совсем недавно верили в реальность драконов.

На восточной окраине венгерского языкового пространства до сих пор бытует мнение, что драконом становится змея, которую семь лет не видел человеческий глаз. Такие змеи обитают у затерянных в лесной чаще ручьев, в недоступных горных ущельях, а на седьмом году жизни какой-нибудь особенно обильный ливень или наводнение заставляют их покинуть убежище. Во многих сказаниях димешских чанго [49] говорится о том, что люди видели плывущее по вздувшейся реке чудище с гребнем на голове или слышали его громоподобный рев.

В венгерских народных верованиях дракон обычно тесно связан с водой. Согласно многим фольклорным текстам, он живет в озере, в болоте или в колодце, который считается бездонным. Из не столь уж давних времен дошло к нам множество историй про драконов, живущих в сатмарских болотах Эчеди и в берегских [50] болотах Серне. В округе Торна [51], в карстовой долине, рассказывают про дракона, который прячется под землей и выпивает всю воду, не давая ей скапливаться на поверхности.

В различных уголках Карпатского бассейна дракона отождествляют с демоном бури. Становясь частью вечного круговорота воды, он возносится в небеса и вызывает грозы, разрушительные ураганы. Куда