Декабристы: История, судьба, биография - Анджей Анджеевич Иконников-Галицкий

24 марта 1826 года в виде ответов на вопросные пункты, присланные в Варшаву. И после этого высокое покровительство сдерживало удар. Лишь 9 апреля по настоятельному требованию из Петербурга подполковник Лунин был арестован и через неделю доставлен в Петропавловскую крепость.

Следственное дело Лунина короткое: всего 27 листов. Ответы на вопросы лапидарны и порой вызывающе решительны. «Я никем не был принят в число членов тайного общества; но сам присоединился к оному»; «Основателей же оного я не могу назвать, ибо это против моей совести и правил». И наконец: «Свободный образ мыслей образовался во мне с тех пор, как я начал мыслить».

Суровый приговор был неизбежен.

Через десять лет тюрем и каторги обращён на поселение в Урике – там же, где и братья Муравьёвы. В деньгах не нуждался, сестра присылала достаточно. Построил дом. Написал «Письма из Сибири» и ещё ряд сочинений. С «Писем» началась для него вторая волна неприятностей.

«Письма из Сибири» – по форме как бы к сестре, Екатерине Сергеевне Уваровой, а на самом деле это политическая публицистика. К эпистолярному жанру они имеют такое же отношение, как и несколько ранее появившиеся «Философические письма» отставного ротмистра лейб-гвардии Гусарского полка Петра Чаадаева. Там и там речь идёт о России, о её прошлом, настоящем и будущем. Там и там много плодотворных наблюдений и дельных мыслей. Лейб-гусар более возвышен, теоретичен; кавалергард практичнее. Лейб-гусар взирает с западных высот, кавалергард выглядывает с востока, из недр Сибири. Оба выдающихся творения написаны по-французски. Беда в том, что их авторы умели по-русски командовать эскадронами и разговаривать с крепостными, но мыслили по-французски. Не то чтобы они не знали Россию – знали по служебным и хозяйственным делам неплохо. Но правды сказать о ней не могли, потому что русское «ничего» и «давай» не переводится на французский. В отличие от Чаадаева, Лунин сам себя пересказал по-русски. Получилось не совсем плохо, но сразу видно – перевод: «Судьба моя, возмущенная бурями, обратилась в постоянную борьбу с людьми и вещами», «Народное мнение движется быстро, когда его следят, но не управляют им», «Освобождение крестьян не представляет затруднений и опасностей, которые робкие или корыстолюбивые умы усиливаются выставлять», «Единственное оружие моё – мысль, то в ладу, то в несогласии с движением правительственным…». Тяжёлая русская речь тянет ко дну изящную французскую мысль.

Трудно сказать, каким способом предполагал Лунин публиковать свои сочинения. Как государственному преступнику ему была запрещена любого рода публичная деятельность, в том числе выступления в печати. Рассчитывал на распространение в списках? на печатание за границей? Разумеется, очень скоро «Письма» оказались на столе Бенкендорфа. Реакция сверху не заставила себя долго ждать. В октябре 1838-го Лунину запретили вести всякую переписку. Через год, правда, разрешили. Ещё через год генерал-губернатору Восточной Сибири Руперту поступил донос от иркутского чиновника Успенского: к доносу прилагалось сочинение Лунина «Взгляд на русское тайное общество с 1816 по 1826 год».

«Власть, на всё дерзавшая, всего страшится. Общее движение её не что иное, как постепенное отступление под прикрытием корпуса жандармов перед духом т[айного] о[бщества], который охватывает её со всех сторон. Отделались от людей, но не от их идей».

Тут Лунин прав, хотя выяснится это не сразу. Отступление власти продолжится ещё лет семьдесят, идеи тайных обществ будут реализованы в череде реформ разной степени либеральности, и всё закончится революционной катастрофой, которая уничтожит потомство декабристов как класс.

Руперт, естественно, доложил по начальству. В ответ высочайше повелено сделать в доме Лунина обыск, всё, им написанное, отправить в Третье отделение, а самого автора – в строгое заключение.

Арестован 27 марта 1841-го в Урике, отвезён в Иркутск, оттуда в Акатуй, в тюрьму при Нерчинских горных заводах. Четыре с половиной года его пребывания в Акатуйской тюрьме покрыты мраком неизвестности. Умер в Акатуе в ночь на 3 декабря 1845 года при невыясненных обстоятельствах.

Пётр Свистунов о Лунине:

«Он был того мнения, что настоящее житейское поприще наше началось со вступлением нашим в Сибирь, где мы призваны словом и примером служить делу, которому себя посвятили».

Николай Басаргин:

«Он, по своему оригинальному характеру, уму, образованию и некоторой опытности, приобретённой в высшем обществе, был человек очень замечательный и очень приятный… Мы с любопытством слушали его рассказы о закулисных событиях прошедшего царствования…»

Дело № 68

Николай Васильевич Басаргин

Вероисповедание православное.

Родился в 1799 или 1800 году в деревне Липна (Липня, Липки) Владимирской губернии.

Отец – Василий Иванович Басаргин, майор, за ним числились 56 душ крепостных в Покровском уезде Владимирской губернии и небольшое имение в Венёвском уезде Тульской губернии, умер в 1822 году. Мать – Екатерина Карловна, урождённая Бланк, дочь известного московского архитектора, умерла в 1815 году. Братья Александр и Иван.

Получил домашнее образование, затем поступил в Московское учебное заведение для колонновожатых, из которого выпущен прапорщиком квартирмейстерской части в 1819 году (вместе с Николаем Крюковым, братьями Бобрищевыми-Пушкиными, Иваном Аврамовым – будущими членами Южного общества). Оставлен при училище на год для преподавания математики. В 1820 году откомандирован в главную квартиру 2-й армии в Тульчин. В 1821 году за отличие по службе произведен в подпоручики. В том же году причислен к 31-му егерскому полку в чине поручика и назначен адъютантом начальника штаба 2-й армии генерал-майора П. Д. Киселёва. В 1822 году зачислен в лейб-гвардии Егерский полк с оставлением в прежней должности. В 1825 году – старший адъютант штаба 2-й армии.

Состоял в Союзе благоденствия и Южном обществе.

В сентябре 1824 года женился на княжне Марии Михайловне Мещерской (умерла в августе 1825 года).

Приказ об аресте подписан 30 декабря 1825 года, арестован в Тульчине. Доставлен в Петербург, заключен в Петропавловскую крепость.

Осуждён по II разряду, приговорён в каторжные работы на 20 лет, срок сокращён до 10 лет.

Приметы: рост два аршина восемь вершков[168], лицо белое, рябоватое, глаза карие, нос небольшой, продолговат, волосы на голове и бровях темно-русые.

Отбывал каторгу в Читинском остроге и Петровском заводе. В 1836 году прибыл на поселение в Туринск Тобольской губернии.

В 1839 году женился на Марии Елисеевне Мавриной (умерла в 1846 году).

В 1842 году переведён в Курган; в 1846 году вступил в гражданскую службу, дослужился до коллежского регистратора.

В 1847 году женился на Ольге Ивановне Медведевой (урождённой Менделеевой).

После амнистии 1856 года вернулся в Европейскую Россию, приобрел имение Вареево в Покровском уезде Владимирской губернии.

Умер в Москве 3 февраля 1861 года.

Николай Басаргин женился по любви на бесприданнице княжне Марии Мещерской. Дочь Софья родилась у них в июле 1825 года, а через месяц, в августе, от некой скоротечной болезни молодая