Энн из Зеленых Мезонинов - Люси Мод Монтгомери

близко, что лошадь с менее твёрдым шагом, чем гнедая Катбертов, изрядно потрепала бы нервы своим пассажирам. У подножия утёсов громоздились камни, отполированные прибоем, и теснились маленькие песчаные бухточки, усыпанные галькой, словно морскими самоцветами. Дальше, переливаясь синевой, простиралось море, а над ним кружили чайки, крылья которых серебрились в солнечных лучах.

– Разве море не прекрасно? – сказала Энн, очнувшись от долгого созерцания. – Когда я жила в Мэрисвилле, мистер Томас однажды нанял почтовую повозку и отвёз нас всех за десять миль, к морю. Я насладилась каждой минутой того дня, хотя мне и пришлось всё время присматривать за детьми. Я годами проживала эти мгновения в своих счастливых мечтах. Но здесь море ещё красивее, чем в Мэрисвилле. Как великолепны эти чайки! Вы бы хотели быть чайкой? Я – да, ну если бы не была девочкой. Как было бы чудесно просыпаться на рассвете, парить целый день над этой восхитительной синевой, а вечером возвращаться в своё гнездо. Ах, как живо я это себе представляю! Скажите, а что это за большой дом впереди?

– Это гостиница «Белые Пески». Ею управляет мистер Кирк. Сейчас сезон ещё не начался, но летом сюда, как обычно, приедут толпы американцев. Они говорят, это побережье – что надо.

– Я испугалась, что это дом миссис Спенсер, – печально сказала Энн. – Там, кажется, всему и придёт конец. Как бы мне хотелось, чтобы мы ехали вечно.

Глава VI

Марилла принимает решение

Но любая дорога рано или поздно заканчивается.

Миссис Спенсер жила в большом жёлтом доме на берегу Бухты Белых Песков. Когда она вышла им навстречу, её добродушное лицо выражало и удивление, и радушие.

– Надо же! – воскликнула она. – Вот уж кого сегодня не ожидала! Рада вас видеть. Будете ставить лошадь в конюшню? Как твои дела, Энн?

– Всё хорошо, спасибо, – не улыбнувшись, ответила Энн. На её лицо словно легла мрачная тень.

– Полагаю, мы ненадолго задержимся, чтобы дать лошади отдохнуть, – сказала Марилла, – но я обещала Мэттью вернуться пораньше. Миссис Спенсер, дело в том, что произошло какое-то недоразумение, и я приехала выяснить, как это получилось. Мы с Мэттью хотели взять из приюта мальчика. Мы попросили вашего деверя передать вам, что нам нужен мальчик лет десяти-одиннадцати.

– Не может быть! – огорчённо воскликнула миссис Спенсер. – Роберт передал вашу просьбу через свою дочь Нэнси. Она сказала, что вам нужна девочка, да, Флора Джейн? – обратилась она к дочери, которая тоже вышла их встретить.

– Именно так, мисс Катберт, – убеждённо подтвердила Флора Джейн.

– Мне ужасно жаль, – продолжила миссис Спенсер. – Какое досадное недоразумение! Но, уверяю вас, мисс Катберт, моей вины в этом нет. Я так старалась всё устроить, я думала, что следую вашим указаниям. Нэнси – ужасно легкомысленная девица. Мне не раз приходилось ругать её за невнимательность.

– Мы сами виноваты, – смиренно сказала Марилла. – Нам следовало лично поговорить с вами, а не доверять столь важное поручение кому-то ещё. Как бы то ни было, вышла ошибка, и теперь лишь остаётся её исправить. Можно ли отправить ребёнка обратно в приют? Полагаю, они примут её?

– Полагаю, что да, – задумчиво произнесла миссис Спенсер, – но не думаю, что в этом возникнет нужда. Вчера ко мне заходила миссис Блюитт и как раз сетовала, что не попросила меня привезти ей в помощницы девочку. Понимаете, у миссис Блюитт такая большая семья, и прислугу найти непросто, а Энн как раз подойдёт. Ну прямо божий промысел, скажу я вам!

Марилла, судя по её виду, никакого божьего промысла здесь не усмотрела. Представился неожиданно удачный случай избавиться от нежеланной сироты, но облегчения она почему-то не испытала.

Миссис Блюитт была ей знакома лишь в лицо: то была невысокая, костлявая, вечно озлобленная женщина. Марилла слышала, что говорят о ней и о её характере: беспощадная тиранша, каких поискать. Бывшие работницы рассказывали жуткие истории о её скверном нраве и скупости и о её выводке дерзких, драчливых детей. При одной лишь мысли вверить Энн заботам этой женщины Марилла почувствовала угрызения совести.

– Что ж, давайте зайдём и всё обсудим, – сказала она.

– Смотрите, а вот и миссис Блюитт собственной персоной! Как раз вовремя! – воскликнула миссис Спенсер, поспешно заводя гостей в комнату, где их пронзил такой гробовой холод, будто воздух, едва просочившийся в комнату сквозь плотно задёрнутые темно-зелёные шторы, растерял всякую крупицу своего былого тепла. – Как удачно! Мы сможем решить этот вопрос сейчас же. Миссис Катберт, садитесь в кресло. Энн, садись на пуф и не ёрзай. Позвольте взять ваши шляпы. Флора Джейн, поставь чайник. Добрый день, миссис Блюитт. Мы как раз говорили о том, как кстати вы пришли. Дамы, позвольте вас представить, миссис Блюитт, мисс Катберт. Прошу прощения, я отлучусь на минутку. Забыла сказать Флоре Джейн, чтобы она вынула булочки из духовки. – И, распахнув на окнах шторы, она выпорхнула из комнаты.

Стиснув руки на коленках, тихая Энн, словно заворожённая, смотрела на миссис Блюитт. Неужели её и впрямь отдадут на попечение этой суровой женщине с угловатым лицом и страшным взглядом? К её горлу подступил комок, а глаза болезненно защипало. Энн боялась, что ещё немного, и она не сможет сдержать слёз, но тут вернулась миссис Спенсер – раскрасневшаяся, сияющая, готовая тотчас же разрешить любые трудности, будь то материальные, умственные или духовные.

– Понимаете, миссис Блюитт, у нас тут, кажется, случилась ошибка, – объяснила она. – Я была уверена, что мистер и мисс Катберт хотят взять девочку. Так мне передали. Но им, по всей видимости, нужен был мальчик. Так что если вы с вечера не передумали, то, похоже, она отлично вам подойдёт.

Миссис Блюитт смерила Энн с головы до ног ледяным взглядом.

– Сколько тебе лет и как тебя зовут? – сурово спросила она.

– Энн Ширли, – неуверенно ответила сжавшаяся девочка, не осмеливаясь упомянуть, как её имя правильно пишется. – Мне одиннадцать.

– Гм! На вид ты не больно крепкая. Но жилистая. А жилистые, пожалуй, лучшие работники. Ну, если я тебя возьму, то ты должна быть послушной. Послушной, сообразительной и почтительной. Свой хлеб будешь отрабатывать, понятно? Да, думаю, я смогу её забрать, мисс Катберт. Младший мой ужасно капризный, я совсем вымоталась с ним. Если хотите, прямо сейчас и заберу.

Марилла взглянула на Энн, и сердце её сжалось при виде бледного личика, застывшего в немом отчаянии. Она казалась беспомощным существом, вновь загнанным в ловушку, из которой ему наконец удалось выбраться. Марилла с мучительной ясностью осознала: если она сейчас пренебрежёт этим полным ужаса взглядом, то он будет преследовать её до самой смерти. К тому же миссис