Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

почувствовал это движение. Робко, очень робко обнял её большими руками, слегка прижал к себе. Но в следующее мгновение неистовое желание прокатилось горячей волной по всему телу. Он сильно прижал её к себе. «Что я делаю! Она же меня оттолкнёт и никогда не согласится на близость», – подумал он. Усилием воли взял себя в руки. Быстро отстранился. Сказал:

– Извини меня. Я тебя люблю.

И быстро вышел. Шёл, куда глаза глядят. Он подошёл к первой большой кочке и сел на неё. Обхватил плечи, как будто удерживал внутри свою бурю. Он так желал эту женщину, что ощутил физическую боль. А когда успокоился, огляделся, был удивлён, где он и что с ним. Он сидел на кочке. Кочки росли в болоте, между ними была вода. Его ноги болтались в этой холодной воде. И он до сего момента этого не ощущал. Встал, пошёл домой. Вода чавкала в ботинках. А он корил себя. «С ума сошёл. Если бы не убежал, мог бы беды наделать. Уж тогда точно меня бы на порог не пустили».

Он решил пока не приходить к ним, не надоедать. Это было мудрое решение.

Нина удивилась. Игорь так неожиданно умчался.

«Какой он сильный!», – подумала Нина. Она всем телом почувствовала, как он нежно, но сильно прижал её к себе. Потом вдруг испугался, что обидит, извинился и быстро ушёл. Она не лгала себе, ей хотелось, чтобы её обнимали мужские руки. Через платье она ощутила его неистовое желание. Внезапно в ней проснулась женщина, ощутившая свою желанность.

Она столько лет не знала любви, только насилие. Это был стиль её мужа, с этого начиналось их общение в штабе армии, где он был генералом, а она посыльной. Она знала, что муж любил её. Но это была своеобразная любовь. Однажды она была в штабе, а прилетевший снаряд разорвался совсем близко. Её осыпало выбитыми стёклами. Генерала там не было. Но через несколько минут он прибежал бледный. Увидел, что Нина жива, только лицо изранено осколками стекла и руки в крови. Медики были уже здесь. Он не мог ждать, пока её лицо очистят от крови. Взялся за дело сам. Обмывал её лицо и повторял: «Слава богу, ты не ранена». При этом, не стесняясь присутствующих, целовал её глаза, щёки, нос. Но это был единственный раз, когда она почувствовала, что любима, что нужна ему. В то время она уже была беременна. Генерал отправил её к своим родителям. Там и родилась их первая девочка. Окончилась война. Он приехал на неделю домой. Опять изнасиловал её. Брал по-скотски, не заботился о её чувствах. После этого появилась вторая девочка. А потом они зарегистрировались и стали жить в Тирасполе. Третья беременность. Он был очень жаден. Нина устроилась работать в детский сад, чтобы прокормить детей и себя. Ушла из дома. К тому времени она уже его ненавидела. Он мгновенно разыскал её. Вернул в дом. Приставил к ней Валентину. Отношение было прежним. Он продолжал её насиловать. Иного обращения с женщинами он не знал. Валентина понимала её и помогла ей – завербовалась на Колыму и взяла её с собой. Нина решила, что мужчин в её жизни больше не будет. То, что она знала, её не устраивало.

А сейчас внезапно природа заявила о себе. Ей захотелось как тогда, после их первого разговора, спрятаться от всех, закрыться одеялом, никого не видеть, не отвлекаться, сохранить в душе и теле нежность и силу мужских любящих рук. Однако малыш просыпался и требовал внимания. «Я потом ещё раз вспомню это. Неужели я начинаю влюбляться?» На другой день Игорь не пришёл. На третий день его тоже не было. Она затосковала. «Что, если он решил себя перебороть?» Мысленно она уже вторую ночь вызывала у себя это ощущение его объятий. Она чувствовала его поцелуи на своих пальчиках. Его не было уже неделю. Она извелась. Решила: всё, хватит себя распускать. Не смотрела больше на двери, не прислушивалась к шагам. Вдруг в прихожей раздался знакомый голос. Девочки кинулись встречать дядю Игоря. Нина замерла. Медленно вышла и, не в силах ничего сказать, уставилась на него своими большущими глазами. Девочки теребили его. Им надо было показать свой кукольный дом. Валентина женским чутьём поняла ситуацию. Взяла их за руки.

– Девочки, пойдёмте, поправим ваш кукольный домик, а дядя Игорь сейчас подойдёт и посмотрит.

Они ушли. Игоря и Нину непреодолимо потянуло друг к другу. Они стояли рядом, молчали, смотрели друг на друга. «Я тебя ждала», – прошептала Нина. Осторожно положила голову ему на плечо. Он ещё не верил, но ощутил счастье, понимая значение этих слов, обнял её руками, прижал к себе как единственную нужную ему женщину, его любовь, его судьбу.

– Люблю тебя, – прошептал он в ответ.

Вечер был шумный. Девочки показывали домик своих кукол. Валентина кормила всех ужином. Нина держала на руках малыша. Когда все успокоились, девчонки легли спать, малыша оставили Валентине. Нина сказала:

– Валентина, я провожу немного Игоря. Вечер тёплый. Хочу прогуляться.

Они едва успели скрыться за стеной дома. Даже говорить ничего не могли. Время шло, губы прижимались к губам, глаза смотрели в глаза и в темноте видели их свет.

– Мне не хватает тебя, я чувствую, что ты мой. Я даже высказать не могу, насколько ты мой, – прошептала Нина.

– А ты – моя, моя душа, моя любовь. Ты будешь моей женой? – спросил он. И сам же ответил: – Ты моя жена. Ты из моего ребра сделана. Понимаешь? Я никому не могу отдать своё ребро.

В этот вечер они решили не медлить, начать совместную жизнь в одном доме.

– А когда мы распишемся? – спросил Игорь.

– Я не разведена, я убежала и не хочу, чтобы он меня нашёл. Так что брак наш будет незаконный.

– Любимая, это самый законный брак. Мы любим друг друга. Никакая роспись, никакая бумага не изменят этого.

– Любовь правит миром, – подтвердила Нина особенным, звенящим, любящим голосом.

* * *

Игорь и Нина были безумно счастливы. Они не переставали удивляться всему, что с ними произошло.

– Я думаю, что мы изначально были предназначены друг другу. Меня столько лет не тянуло ни к одной женщине. Я, конечно, мужик, физическую потребность никуда не денешь. Были у меня женщины. Даже на Колыме, особенно после войны. Я не искал встреч. Они сами меня находили. Я уж думал, что у меня булыжник вместо сердца. Проходят дни, месяцы, годы, иду я по жизни, хожу в разные кружки, играю в футбол, читаю, учу языки. А всё это пустое, если нет любви.

– Не смей мне говорить о других женщинах! Их у тебя нет и не будет.

– Милая, но ведь у тебя трое детей. Ты ведь тоже жила до встречи со мной. И, наверное, это была активная жизнь.

Нина задумалась.

– Знаешь, это было совсем не то и не так. Сейчас я испытываю такое блаженство от соединения, это акт особого доверия. Я открыта перед тобой, я доверилась тебе каждой своей клеточкой. Ты понимаешь?

– Да, именно так я воспринимаю тебя. Каждая твоя клеточка живёт во мне. Поэтому я и говорю, что ты из моего ребра сделана. Я чувствую, когда ты устала, когда тебе приснился