Эстафета передается - Майко Сэо

Моэ и другие девочки из класса поддразнивали Хамасаку, в шутку называя его королем коридоров. Веселый и добродушный, он пользовался популярностью в школе, хотя за ее пределами его вряд ли ожидал такой же успех. Впрочем, он умел поднять настроение в классе и мог с кем угодно найти общий язык, за что его и любили. Все понимали, что в школе без таких людей, как Хамасака, не обойтись.

В вышибалы играли две команды, «А» и «Б», которые были сформированы путем жеребьевки. Глядя на состав команд, каждый, должно быть, приходил к мысли, что жеребьевка – это хоть и честно, но жестоко. Самые активные ребята оказались в команде «А», тогда как в команду «Б» попали самые неспортивные и застенчивые ученики, или такие как Моэ, кто не любил лишний раз напрягаться. Хамасака тоже изначально попал в команду «А», как и я, но вызвался перейти в команду «Б», ведь «нечестно, если оба члена оргкомитета будут в одной группе».

Он смеялся: «Эй, Юко, тут я точно смогу себя проявить!» Впрочем, без него у команды «Б» и правда не было шансов. Лично меня его ребячество раздражало, но зачастую именно его позитивный настрой помогал собраться всему классу.

– Так и знала, что последнюю игру мы тоже продуем, – сказала Моэ, входя в палатку оргкомитета с полотенцем на шее, пока мы подготавливали все к закрытию фестиваля.

– Вы все равно хорошо боролись.

– Ну да. Только мы наконец начали входить во вкус, как матч закончился.

Лицо Моэ раскраснелось. Видимо, она и правда выложилась на полную в последнем раунде.

– Ты же дольше всех продержалась.

– Ха-ха, ну да. Ваш оргкомитет тоже хорошо потрудился. Это ведь все не так-то просто.

– Да нет, было совсем не трудно. Сейчас вот с этим закончу, и останется только убраться, – ответила я, вписывая названия команд в почетные грамоты.

Когда соревнования подошли к концу, все ученики, включая тех, кто играл в волейбол в спортзале, собрались на школьном стадионе. Они переговаривались, сетуя на усталость, но все равно довольно улыбались. Сейчас, когда вся школьная жизнь свелась к подготовке к экзаменам, спортивный фестиваль стал для них настоящей отдушиной. Хоть сначала я и негодовала, что меня затащили в оргкомитет, сейчас, видя радостные лица ребят, я даже почувствовала небольшую гордость.

После окончания фестиваля члены оргкомитета принялись за уборку. Была середина июня, так что в начале четвертого солнце все еще ярко светило, заставляя обливаться потом всех, кто оставался на поле.

Нашей задачей было отнести в кладовую палатки и брезент и разровнять поле[22]. Мы с Хамасакой таскали длинные, тяжелые каркасы палаток.

– А ты неплохо справляешься, Моримия, – сказал он, легким движением закинув на плечо очередную опору.

– Правда?

Я лишь подстраивалась под быстрые движения Хамасаки, но мы вдвоем все равно успели перенести на склад гораздо больше, чем другие классы.

– Не устала?

– Нет, все нормально.

– Чем раньше закончим, тем лучше. А то у меня потом еще занятие в клубе, – сказал Хамасака, глядя, как остальные ученики выходят на улицу после классного часа.

– Ясно.

Ну да, с приближением лета клубы начинают собираться чаще. Я ускорила шаг, чтобы не задерживать Хамасаку.

– Остались только короткие столбики и конусы. Ты займись ими, а я начну выравнивать поле, – предложил Хамасака, и мы с Кидзу, девочкой из класса «А», которая тоже входила в оргкомитет, принялись убирать оставшиеся мелкие детали каркасов.

– Таскать на склад вещи – сущий ад, но зато находиться внутри него – это райское удовольствие, – сказала Кидзу, когда мы вошли в помещение.

Внутри склада царила полутьма: солнечные лучи сюда почти не проникали, и стояла такая прохлада, что жара на улице казалась лишь наваждением. Капельки пота быстро высыхали.

– И правда. Здесь как будто уже зима.

Я хотела оттащить детали каркаса вглубь склада, но случайно опрокинула тележку для нанесения разметки, задев ее ногой.

– Черт. Прости, я сейчас все быстро уберу.

Когда тележка завалилась на бок, из нее высыпалась известь[23], пол скрылся под белым порошком. Я тут же схватила метлу, что стояла в углу.

– Я помогу.

Кидзу тоже взяла веник и стала подметать.

– Вроде все.

Извести в тележке было не так уж и много. Но даже когда мне показалось, что мы все убрали, Кидзу продолжала тщательно выметать каждый уголок.

– Мне кажется, и так сойдет.

– Давай еще чуть-чуть поподметаем. Мы ведь уже все, что нужно, отнесли. Зачем нам спешить обратно на поле.

Как и сказала Кидзу, все палатки и инструменты уже были на складе, оставалось только разровнять площадку. Поэтому я ответила:

– Это точно, – и принялась по второму кругу подметать пол.

Только сейчас я обратила внимание, что, не считая меня, на складе было шесть человек. В оргкомитет входило всего двенадцать учеников, по два от каждого из шести классов. Из них четверо – из классов с продвинутой программой: они не смогли помочь нам с уборкой из-за дополнительных занятий. Из оставшихся восьми ребят семеро, включая меня, занимались на складе всякой мелкой работой: складывали брезенты, расставляли детали палаточных каркасов. «Надо же, какие все добросовестные», – подумала было я, но, взглянув на поле, ахнула от удивления.

На улице Хамасака в одиночку ровнял грунт. Лучи солнца, которое постепенно начало клониться к закату, светили ему прямо в спину, и я заметила, как на его спортивной одежде расплываются пятна пота. На поле было жарко, да и работа с тяжелым томбо требовала больших сил. Наверное, некоторые члены оргкомитета обрадовались, что могут отсидеться на прохладном складе, пока кто-то другой делает всю самую трудную работу.

– Я пойду на поле. Как-то темновато тут, – сказала я Кидзу и направилась к выходу.

Когда я подбежала к Хамасаке, он спросил:

– Что, уже все убрали на складе?

– Да. Прости, что задержалась. Уронила тележку с известью, пришлось подметать.

– Ужас… Там же такая духота.

На складе работать как раз таки гораздо легче, чем ровнять поле, потому-то все, кроме Хамасаки, и сбежали туда… хотела сказать я, но не стала, чтобы не сдавать остальных.

– Уф, как же тяжело управляться с этим томбо.

– Смотри, если толкать его вперед, на это и правда будет уходить много сил. Гораздо легче тянуть его за собой, – объяснил Хамасака, видя, что я мучаюсь со своим томбо, и показал, как делать правильно.

– Поняла… Все ребята из бейсбольной секции так быстро и ловко разравнивают поле,