Поправка Джексона - Даниил Григорьевич Гуревич

– Да ты что! Он абсолютно нормальный и очень умный. Я что, не разобралась бы?

– С твоей восторженностью – нет. Но у меня идея: познакомь меня со своим гением. А лучше я захвачу Ваську и мы посидим где-нибудь, поболтаем. Только сделаем вид, что ты мне о его гениальной идее не говорила. Захочет – пусть сам скажет.

Через несколько дней они встретились. Сеня оказался довольно симпатичным мужчиной невысокого роста и с начинающей лысеть головой. В кафе они мило болтали. Сеня говорил довольно разумно, с удовольствием рассказывал несмешные анекдоты, но и словом не обмолвился о своей теории. Когда они вышли из кафе, Броня, специально придержав Иду, пропустила Васю с Сеней вперед. Они проводили Иду домой. Затем Сеня прошел с ними до трамвайной остановки, и они распрощались. Вася ничего существенного Броне сообщить не смог. Сеня рассказал ему еще парочку анекдотов, но уже мужских, похабных и тоже несмешных. Вася анекдотов никогда не рассказывал, потому что никогда их не запоминал, и большую часть пути они прошли молча.

Где-то через месяц с небольшим Броне позвонила Ида и срывающимся от волнения голосом сказала, что Сеня сделал ей предложение. А еще через восемь месяцев Ида с мужем эмигрировала в Америку и поселилась в Джерси-Сити. И вот теперь Броня с Васей прямо из аэропорта Кеннеди поехали к ним. Когда Ида впервые впустила их в квартиру, Броня сначала решила, что ошиблась дверью, – настолько приятельница изменилась. У Иды было почерневшее, словно от большего горя, лицо и пустые потухшие глаза. Она взяла Броню за руки и долго на нее смотрела. Затем неожиданно бросилась ей на шею и в голос зарыдала. Броня сначала остолбенела, но потом овладела собой и стала успокаивать Иду, поглаживая ее по спине и шепча утешительные слова. Вася с двумя чемоданами в руках растерянно смотрел на них. Ида наконец успокоилась, усадила Броню с Васей за стол и поведала им печальную историю о том, как сложилась ее эмиграция.

Сама она уезжать не хотела. Отъезд был нужен Сене, который был уверен, что только в Америке его гениальную теорию оценят по достоинству, а автора вознесут на положенное ему место в современной мировой науке. Чтобы перевезти теорию, он заставил Иду снять с плаща подкладку и на внутренней ее стороне мельчайшим почерком написал свою «гениальную» идею. Учитывая ее опыт работы в советской сберкассе, Иде в ХИАС помогли устроиться на работу в Еврейский банк. Ей авансом дали первую зарплату, на которую она купила в еврейском магазине в кредит пишущую машинку с русскими буквами. Приобретя машинку, Ида после работы вечерами под диктовку перепечатывала для Сени его бред. Тут Броня поинтересовалась, почему Ида считает универсальную теорию Сени бредом, хотя совсем недавно находила ее гениальной?

– Потому что я ее печатала и знаю, что говорю. Ты была права: ему место в дурке.

Напечатанную довольно объемную рукопись Ида отнесла в переводческую контору на Брайтон-Бич в Бруклине. В магазине «Стайплс» она купила дорогую кожаную папку и вложила в нее уже переведенное на английский язык «великое» произведение Сени. Получился довольно солидный фолиант. И между прочим, все расходы, включая и перевод, оплатила Ида, можно сказать, экономя на еде. Потом наступил самый ответственный процесс: Сеня стал ходить по разным научным и техническим компаниям, предлагая свое изобретение. В большинстве случаев ему сразу отказывали, изредка просили оставить текст для ознакомления. Проходили дни, недели, месяцы, но результата никакого не было. И все это время Сеня не работал и сидел дома в ожидании почты. Ида была кассиром в банке с довольно скромной зарплатой. Сеня же после всего оказался не дурак выпить. Полюбил виски и выпивал две бутылки в неделю. Снимал стресс, как он говорил жене. Иде в конце концов это надоело, и она спросила, не думает ли он устраиваться на работу. Сеня сказал, что думает, а вскоре собрал чемодан и ушел к очередной дуре.

– Сама виновата. С такой внешностью женщины должны знать свое место, а не попадаться на удочку первого попавшегося проходимца.

– У вас нормальная внешность, Ида. Просто вам не повезло, – неожиданно вступил в разговор Вася.

Броня повернулась к Васе и удивленно на него посмотрела. Потом удивление сменилось поощрительной улыбкой, и она даже взяла Васю за руку и пожала ее.

– А Вася знает, что говорит, – сказала Броня, не отпуская его руки. – Он у нас в женщинах разбирается. У него до меня, знаешь какие бабы были.

Вася уже собрался обвинить жену в преувеличении, но Бронин взгляд сразу изменил его намерение.

– Ида, ты посмотри на меня. Я тоже еще та красавица, но мне повезло. Я встретила Васю, и он в меня влюбился. Ты ведь в меня влюбился, Васюня?

– Влюбился, – ответил Вася и виновато посмотрел на Иду.

– Ну видишь. И ты найдешь своего Васю. Только не бросайся на шею подонкам. Но теперь я с тобой и этого не допущу.

На следующий день после приезда Брони и Васи Ида дала им адрес ХИАС, и супруги поехали на Манхэттен. Метро в Джерси-Сити и вправду находилось через два квартала от их дома. Как такового здания метро не было. Просто с улицы вниз шел эскалатор, который спускался к самой платформе. Плата за метро была низкая, вагоны были удобные и напоминали советские. Минут через двадцать они вышли на конечной станции, поднялись по ступенькам на улицу и оказались в совершенно другом мире. Большая продолговатая площадь была окружена высоченными домами этажей в тридцать – сорок. Посреди площади был небольшой зеленый сквер, по обеим сторонам которого проходили две довольно широкие улицы, утопающие в потоке машин и пешеходов. Машины были большущие. Такие иногда встречались Васе и Броне в Риме. Трафик был интенсивным, машины передвигались медленно, а вот масса пешеходов, наоборот, двигалась бойко.

Броня остановила прохожего и спросила, как пройти на Пятую авеню. Прохожий доброжелательно и подробно объяснил направление, даже дошел с ними до перекрестка и показал рукой, где надо будет свернуть. В ХИАС их радушно встретили, посмотрели документы и торжественно вручили четыреста долларов, которые они должны будут вернуть, как только начнут зарабатывать. Беседующие с ними были уверены, что у Брони проблем с работой не будет. «У вас отличная специальность и очень хороший английский, – таково было их профессиональное мнение. – Посмотрите объявления в газете “Нью-Йорк таймс”, а мы найдем вам телефон агентства, которое занимается устройством на работу бухгалтеров». Насчет Васи профессиональное мнение было не настолько уверенным: работу преподавателя