Избранные произведения. Том 1. Саит Сакманов - Талгат Набиевич Галиуллин

– И что, ты мужа ничуть не ревнуешь?

– От этого чувства, наверно, никто не свободен, – серьёзно заметила Альфия, – но зачем же мне ревновать мужа, он у меня человек порядочный, мы любим друг друга, живём дружно.

– Не часто встретишь женщину, которая так расхваливает мужа. Одно дело, когда он рядом, и ты греешься в его объятиях, а там в чужой стране, думаешь, целый год он просто так живёт? Знакомо дело, говорят же, даже ветер более надёжная опора, чем муж. Здоровый мужик без женщины может выдержать ну от силы месяц-полтора, потом его плоть даёт о себе знать, он теряет голову и готов увязаться за любой юбкой. Сколько уже, ты говоришь, твой муж без тебя?

– Около года, – прилежно, как ученица, вызванная к доске, произнесла Альфия.

– Это слишком большой срок, моя дорогая, наверняка он уже нашёл себе какую-нибудь опытную немку. Там ведь, говорят, есть такие специальные, с красными фонарями.

– Мой муж не такой, я ему верю, он увлечён своей наукой.

– Ты по телевизору или по телефону, что ли, контролируешь его поведение?

– Я в своём муже не сомневаюсь, – сказала Альфия, но, как ей показалось, уже не так уверенно.

– Колбасу вкусную купила, молодец, – похвалила между тем Хадича-апа, – дорогая, наверно, а то дешёвые мясом-то не пахнут. Тебе муж, наверно, германскую колбасу присылает, наверно, она во рту тает.

– Ну да, ещё колбасу тащить из-за рубежа. Теперь ведь не прежние времена, и здесь всё есть, – возразила Альфия, скупо улыбнувшись, не понимая то ли серьёзно, то ли шутит её новоиспечённая тётушка, которая, не переставая говорить, с удовольствием чавкая, жевала колбасу, демонстрируя свои жёлтые зубы.

– Пойдёмте спать, завтра на работу, – предложила наконец Альфия, так и не поняв, к чему клонит Хадича-апа и какова цель её визита.

На другой день Хадича-апа просидела дома. Альфия сходила в аптеку, купила ей лекарства от давления. Хотя Альфие не хотелось её оставлять в своём доме одну, но деваться некуда, не выгонишь ведь. Все последующие дни «тётушка» уходила с утра, гуляла, как она говорила, по городу. Вечерами за ужином она делилась впечатлениями об увиденном и услышанном, но неизбежно возвращалась к разговору об отсутствующем муже Альфии.

– Доченька, говорили, ты очень удачно вышла замуж, но что-то я не вижу тому подтверждения, моя красавица.

– Да, Хадича-апа, это правда, я построила семью очень удачно. Мой муж очень внимательный и ласковый. Мы очень хорошо живём.

– Если жить врозь – это удачно, то что же тогда считается неудачным, когда муж с женой грызутся как кошка с собакой, что ли?

– Говорят, ласковый телёнок двух маток сосёт, твой муж не из таких ли?

– Ладно, давайте оставим эту тему, – наконец-то с досадой отмахнулась Альфия.

– Да мне просто тебя жалко. Такая красавица, умница, как ты, не должна оставаться без мужа ни на минуту. Ты достойна жить, как жёны новых баев, чтоб муж с утра к твоему выходу из дома уже стоял внизу, открыв дверцу сияющей иномарки, а ты вся в дорогих серьгах и кольцах в норковой шубе должна не спеша сесть на переднее сиденье и отдать ему своё распоряжение: «Сегодня вернись пораньше, мне надоело одной сидеть дома, поужинаем в китайском ресторанчике, ребёнка из садика домработница заберёт!»

– Будет ещё и это, у нас всё впереди. – Альфия попыталась успокоить разгорячившуюся «тётушку».

– Моя дорогая племяница, время летит так быстро, не успеешь глазом моргнуть, а уже пора закругляться. Хоть бы уж он не попал у тебя под тлетворное влияние западных порядков. Первые два-три года – самые сладкие в семейной жизни, как бы он не отвык от тебя в разлуке-то. Сейчас вон какая боевая молодёжь подрастает, тебе на пятки наступает. Женщина одна с ребёнком, у плиты быстро стареет. – Хадича-апа тяжело вздохнула и поджала свои тонкие губы.

– Наш папочка не такой, правда ведь, доченька, – сказала Альфия обнимая дочку, будто ища у неё поддержку и опору. От прикосновения к родному человеку приятная тёплая волна пробежала по телу, защищая и успокаивая её.

Однако Хадича-апа сдаваться не собиралась:

– Уже пятьдесят два года я живу на свете и ничего в жизни не понимаю. А сколько я встречала на своём пути таких вот наивных женщин! Муж у неё живёт на стороне припеваючи, а она ему дитя растит, дом содержит. Ладно бы хоть деньгами обеспечивал.

– Почему вас волнует наше материальное положение? Мы живём, как все, не хуже и не лучше, – с раздражением произнесла Альфия, уже порядком уставшая от этой дискуссии.

– Да у меня душа болит за тебя, моя такая симпатичная племянница должна жить в полном достатке, как сыр в масле кататься. У тебя есть среди мужчин какие-нибудь близкие люди? – Хадича-апа пристально посмотрела на Альфию своими узкими серыми глазками.

– Ну, у меня на работе много знакомых мужчин, потом бывший шеф Мисхата Саит-абый наш хороший знакомый, родственники мужа…

Хадича-апа нетерпеливо теребила:

– Любовник у тебя есть? Или твоя красота зря пропадает? Мне бы твою внешность, уж я бы знала, как ею распорядиться. – Хадича-апа многозначительно подмигнула.

– Да что вы говорите! Прекратите сейчас же! Пора уже вам домой собираться, неделю у меня живёте, а я так и не знаю, кто вы такая, – совсем рассердилась Альфия.

Поняв, что перегнула палку, Хадича-апа начала искать новые подступы к душе своей непреклонной племянницы. Зная, что никто не может устоять перед откровенной лестью и воспеванием дифирамбов в свой адрес, Хадича-апа крутилась вокруг Альфии как лисица от запаха сыра:

– Я, Альфиюшечка, ещё до личного знакомства с тобой, тебя во сне видела несколько раз, всегда весёлая, улыбающаяся, с красными розами в руках. Наяву ты оказалась ещё прекраснее, добрее и благороднее. Наградил же Бог тебя и умом, и красотой. В нашем роду такого совершенного человека ещё не было.

– Ну хватит, тётушка, а то вскружишь мне голову, я ещё и поверю в твои байки. – Альфия попыталась прервать этот сладкоречивый поток.

Тётушка же, вдохновившись, раскалилась ещё больше, и не было силы, способной её остановить.

– Как жаль, что мы не познакомились раньше, до того, как тебя выдали замуж за человека, который и ногтя твоего не стоит.

– Ну хватит, Хадича-апа, я своим мужем довольна. Говорила ведь, я вышла замуж по любви, и давайте оставим эту тему.

Но основная мысль уже вошедшей в роль Хадичи-апа была впереди:

– У меня есть хороший знакомый, афисир, зубы золотые, брюки-галифе, в военкомате работает, деньги лопатой гребёт, разведён. Хочешь,