Всё слишком далеко зашло - Джесс Уолтер

этику через призму натурализма, – книгу, которую он мысленно называл «Атлас мудрости». Но он не был уверен, что сможет выдержать ее поддразнивания. И тут в голове промелькнула строчка из «На маяк»:

– «Маленькие вседневные чудеса, озаренья, вспышки спичек во тьме»[20].

– А свои мысли есть? Или только чужие?

Он улыбнулся. Колкая на язык, умная, красивая. Стоит ли удивляться, что он в нее влюбился?

– Дай-ка подумать. Что я понял? Еноты – засранцы. Вода – самая ценная вещь в мире. Небо ночью похоже на звездную реку. – Он глубоко вдохнул. – А сегодня….

Его неожиданно перебил бармен, спросив, повторить ли им напитки. Они одновременно покачали головой.

– Сегодня? – спросила Люси.

– Сегодня я выглянул за дверь и увидел у себя на крыльце двух незнакомых детей. Я даже не узнал собственных внуков! Можешь себе представить? – Он покачал головой. – И теперь… – Кинник прокашлялся. – Я просто хочу вернуть их. И найти Бетани. Сделать все, что в моих силах, чтобы им помочь.

Повисла тишина. Бармен принес счет, и Люси оплатила его картой. Подняв глаза, Кинник увидел, что она смотрит на него с каким-то болезненным выражением.

– Чего ты? – спросил он.

– Ничего.

– Да брось. Я же вижу, как ты на меня смотришь. Что такое?

Люси вздохнула.

– Когда я пришла в газету, ты казался мне супергероем. Все твои сюжеты. То, как ты копал, копал и копал без продыху. Я спрашивала тебя о каком-нибудь федеральном судье, а ты рассказывал мне, в каком колледже он учился, кем работала его жена и что он брал в баре на выходных. Ты знал все, а если чего-то и не знал, то в конце концов выяснял.

Кинник был бы счастлив, если бы здесь она и остановилась.

– А теперь?

– Теперь? – Люси печально вздохнула. – Теперь ты заявляешь мне, что собираешься найти дочь и внуков, но у тебя нет ни компьютера, ни телефона, ни малейшего представления, что вообще происходит в этом мире. Только старое ржавое корыто и разбитое лицо. Да у десятилетки было бы больше шансов.

– Ты меня так подбодрить решила?

– А если ты все же найдешь своих внуков, что ты собираешься делать, Рис? Если без шуток? Шейн их отец. Без дочери у тебя нет на них никаких прав.

У Кинника поникли плечи. Конечно, она была права.

– Я не знаю, Люси. Я просто… Я должен попытаться. Разве нет?

– Попытаться сделать что?

Он промолчал, и она повторила:

– Что, Рис?

* * *

Он проснулся на диване у Люси, приподнялся и увидел, что ее сын наблюдает за ним, сидя за обеденным столом над миской хлопьев. Келвин Пак-Дэвис, конечно, значительно подрос с их последней встречи – тогда ему было всего девять или десять. Теперь это был высокий худощавый юноша с темными глазами и лохматыми черными волосами, обесцвеченными на кончиках. От матери, которая была наполовину кореянкой, он унаследовал азиатские черты лица, а его руки от плеч до запястий покрывали выцветшие татуировки.

– Значит, ты тот мужик, из-за которого развелись мои предки?

– Похоже, что так. Извини меня.

– Все в порядке. – Кел пожал плечами. – Мама говорит, что ты не виноват.

– Великодушно с ее стороны.

– Я всегда тебя иначе представлял.

– Тогда я выглядел по-другому. – Рис потрогал опухшую щеку. – Мы с тобой даже виделись, когда ты был ребенком. Мама приводила тебя на работу в Хеллоуин, ты еще выпрашивал у нас сладости. Помню, однажды ты был в костюме птицы.

– Ага, злой.

– Ну, тебя можно было понять.

– Нет, это из игры такой. «Энгри Бёрдс» – злые птицы, – сказал Кел.

– Точно… – Кинник огляделся. – А твоя мама…

– Тоже злая. Она душ принимает.

Кел вытянул шею, будто выглядывая из-за угла.

– Лицо болит, да?

– Да. Немного. – Кинник опять дотронулся до щеки, которая распухла так, словно он побывал у стоматолога-садиста. – Даже очень, – признался он. Действие ударной дозы тайленола и снотворного, которую дала ему Люси, постепенно проходило. – Один тип решил пробить в моем лице дыру.

Кел прищурился:

– Скуловая дуга сломана.

– Да с каких пор весь мир так подкован в анатомии?

– ММА, – сказал Кел. – Это частая травма у бойцов. Будешь хлопья?

– Какие?

– «Фростед Флейкс».

– Может, позже. А у вас есть кофе?

Кел кивнул в сторону кухни. Рис встал и, пошатываясь, побрел через столовую, стены которой были увешаны фотографиями Кела и его сестры, на кухню, где в стеклянном чайнике обнаружился черный кофе. Только с третьего раза Кинник открыл нужный шкафчик и достал чашку. Пар приятно обволакивал лицо, и Рис чуть не заплакал – так хорош был кофе. Он поклялся избавиться от своего древнего ржавого кофейника, когда со всем разберется.

Люси вышла из спальни в шерстяном платье и колготках, волосы она собрала в хвост.

– О, отлично. Ты нашел кофе. И, вижу, ты уже познакомился с мистером Келом. – Она положила руки на плечи сына.

– Да. Это он подсказал мне, где искать. Очень вкусно, спасибо.

– Не хочешь привести себя в порядок? Я тебя кое с кем сведу, но потом мне нужно на работу.

– Сведу?

– Ага. – Она отошла, чтобы налить кофе и себе. – Я, кажется, нашла человека, который может тебе помочь.

– Правда? Кого?

Люси бросила взгляд на сына, а затем сказала:

– Один коп в отставке. Сейчас работает кем-то вроде частного детектива в юридической фирме – ищет пропавших свидетелей, отцов-алиментщиков и все такое. Я позвонила ему, и он готов взяться. Ему уже доводилось иметь дело с теми парнями, с которыми ты связался…

– С Армией Вечного Света, – сказал Кинник. – АВС.

Кел рассмеялся:

– Реально?

– Как я понимаю, они ополченцы радикальной церкви, и у них есть свой тренировочный лагерь в Айдахо, – сказала Люси. – Эти придурки заявляются с оружием на гей-парады и все в этом духе. Этот мой приятель называет их «игрушечными солдатиками».

– Ну, та дубинка точно была не игрушечной. – Кинник осторожно провел языком по внутренней стороне щеки. – А я знаю этого копа? Он крутился рядом, когда я работал в газете?

– Возможно. – Люси отпила кофе. Она перевела взгляд на Кела и снова посмотрела на Кинника. – Мы с ним… э-э… когда-то встречались.

– Да брось! – Кел вскочил. – Ты позвонила Чаку?

Смеясь, он отнес пустую миску в раковину.

– Чокнутый Чак! Снова в игре!

Кинник, наблюдая за его реакцией, спросил:

– Мне будет помогать парень по кличке Чокнутый Чак? Ты встречалась с парнем по кличке Чокнутый Чак?

Люси стиснула зубы, она явно не горела желанием это обсуждать.

– Чак не чокнутый. Он просто… легковозбудимый. И у него есть свои тараканы. – Она бросила на Кела испепеляющий взгляд. – Но у