Шейкер - Ли Хиён

Нау молча вертел в руках банку с кофе. В такой холодный вечер теплый кофе пришелся бы как нельзя кстати. Но ему хотелось со льдом, который можно было бы грызть. Было непонятно, кому напиток был нужен больше – сердитой Хачжэ или Нау, который чувствовал себя не в своей тарелке.

– Нет, я… – Он вздохнул и закусил губу.

«Черт возьми, почему ты переводишь все на себя?»

Он испустил долгий вздох, подавляя гул в голове.

– Так что Инэ…

– Что он?

– Он видел тебя с другим при… с другим парнем. Что-то вроде того.

– Не парнем, а старшеклассником из читательского клуба.

«Старшеклассник из читательского клуба, ха!»

Сколько бы раз он ни слышал это, звучало по-детски. Хачжэ говорила о кружке, в который недавно вступила. Полностью он назывался «Читаем и обсуждаем английские сказки».

Дело было в том, что учившаяся в общей школе Хачжэ ужинала с каким-то парнем наедине. Причем выбрали они не самое удачное место – китайский ресторан, куда она часто ходила с Инэ. Вот он и случайно увидел их вместе, проходя мимо.

Какой парень не будет ревновать, если его девушка проводит время с другим, да еще в их общем ресторане?

– Как он мог так просто уйти, даже не взглянув на меня? И на звонки не отвечает.

Вероятно, в тот момент в глазах Инэ красные и желтые листья поблекли, небо потеряло свой цвет, раздался грохот и засверкали невидимые молнии, а мир погрузился в хаос.

– Тогда почему не зашел внутрь и не поговорил?

А сколько юношей в подобной ситуации смогли бы подойти и вежливо спросить: «Извините, а вы кто? Просто вы сейчас ужинаете с моей девушкой».

– Это не так просто, как кажется.

Его мозг наверняка перестал работать, и он не мог нормально мыслить. Но почему Нау был в этом так уверен? Чем больше задумывался об этом, тем более жалким себя чувствовал. Нет, он был полным дураком.

– Почему? Ему же было интересно. На его месте я бы просто зашла в ресторан и спросила напрямую.

Хачжэ открыла банку с кофе и сделала глоток. Обстановка и вправду больше располагала к холодным напиткам. Но кофе был теплым – ни горячим, ни холодным. Неопределенная температура напоминала Нау его самого.

– Ну правда, поставь себя на его место. Ты идешь по улице и видишь, как Инэ миленько ужинает с другой девушкой…

– Убери это «миленько»! – резко оборвала девушка.

Нау прикусил нижнюю губу.

– Я имею в виду, что ты бы сильно растерялась и не смогла мыслить здраво.

– Нет, все было бы не так. Я не стала бы ничего додумывать и точно спросила.

– Ты гораздо рациональнее Инэ.

– Это не вопрос рациональности.

Свет на детской площадке у дома медленно угасал. Напоминавшие спелую хурму фонари мягко смотрели на беседующих.

– Это вопрос доверия, – решительно сказала Хачжэ. Взгляд ее был ясен. – Я доверяю Инэ. Мы же уже столько встречаемся, как можно об этом забыть. Он может перестать меня любить, но обмануть – никогда. По крайней мере, не тот Кан Инэ, которого я знаю.

Банка в руках юноши вдруг потяжелела. В ней было всего сто пятьдесят миллилитров, но ее было трудно удержать. Нау залпом выпил половину. Если не можешь держать, просто проглоти, вот и все. Но станет ли от этого легче на душе? Мысль об этом вызвала у него улыбку.

– Ты надо мной смеешься?

– Нет, над тяжестью.

– Что? – переспросила Хачжэ.

– Это значит, что не все так легко. В словах есть вес.

– Доверие так работает.

Нау уловил тихий вздох.

– Этот парень нравится моей подруге.

– Что?

Неожиданное развитие событий. У Нау словно камень с плеч упал – так между ними ничего не было!

Но это облегчение предназначалось не для него. Оно было только для Инэ. Юноша закончил пить оставшийся напиток. Ему нужно было влить в свой глупый мозг немного крепкого кофеина. Он хотел прийти в себя хоть как-то.

– Ага, – кивнула девушка и негромко начала свой рассказ.

Сначала она подумала, что подруга нашла интересный кружок. Хачжэ нейтрально относилась к английскому, а вот спорт, музыка или другие кружки по фильмам и истории ее не интересовали. Вместо строгих вопросов на понимание произведения они просто читали английские сказки, полные разнообразных историй, таким образом совмещая приятное с полезным. Звучало неплохо, поэтому Хачжэ с подругой вступили в клуб с довольно глупым названием.

– Она не делает домашки по английскому, но запоминает наизусть сказки, чтобы читать их вслух. На оценки ей тоже все равно… Неужели ей настолько нравится язык?

Постепенно у Хачжэ начали открываться глаза. По пятницам, когда собирался клуб, ее подруга делала более замысловатую прическу. Каждый раз ее лицо краснело от комплиментов старшекурсника, а голос, который обычно был громким и резким на уроках, становился мягким. Если в День святого Валентина она видела, что кто-то уже подарил ему сладости, свой шоколад она бросала в рюкзак случайному однокласснику. Ее пальцы следили за строками в тексте, но взгляд все равно украдкой искал старшекурсника. Дрожащий голос, застенчивая улыбка, то, как она теребила свой школьный пиджак, – все эти неловкости обретали смысл.

– Планировка в нашей школе немного запутанная. Здания соединены переходами, много дверей. После поступления я долго не могла запомнить, где находится мой класс. Думаю, в первый раз она тоже заблудилась, а он любезно проводил ее до нужного класса.

Эта короткая встреча запутала сердце так же, как и школьный лабиринт.

– Она была безответно влюблена в него с первого класса старшей школы. Вот только она перешла во второй, а он в третий, выпускной.

Последний год в школе – это период, когда окружающие нервничают больше учеников. Нельзя приходить к выпускникам в гости и беспокоить их лишними сообщениями. Огромная ошибка – отнимать у них хотя бы секунду драгоценного времени. Даже учителя старались не кричать и не шаркать обувью в коридорах, где располагались классы третьегодок, и никогда, даже вскользь, не произносили слова вроде: «провалиться», «оступиться» или «облажаться».

– Он же в выпускном классе. Скоро перестанет приходить на собрания и закончит школу. Какой смысл признаваться в чувствах?

Глядя на подавленную подругу, Хачжэ не сдержалась:

– Вот именно! Сейчас самый удачный момент для признания. Последний год в школе, он не будет приходить в клуб, скоро выпуск. Даже если он откажет, вы вряд ли снова увидитесь. Разве не здорово?

Для одного это было худшее время, для другого – идеальная возможность. Все зависело от того, как интерпретировать ситуацию.

– А если ответит взаимностью?

– Тогда последуешь за ним.

– Куда?