Шейкер - Ли Хиён

– А если, пока я буду поступать, он уже кого-нибудь найдет?

Хачжэ скрестила руки и слегка наклонила голову.

– И что? Ну а представь, что вы поженитесь, у вас родится ребенок. Вдруг он тебе изменит? За это ты не переживаешь? Или попадет в неприятности и все потеряет? Или когда ты подумаешь, что наконец можешь спокойно наслаждаться старостью, он вдруг серьезно заболеет?

– Эй, Рю Хачжэ! Хватит!

– И ты прекращай. Просто признайся ему до выпуска. Думай только об этом. Зачем мчаться со скоростью света в будущее, которое еще не наступило?

Хачжэ нежно обняла подругу за плечи.

– Представь, что жизнь – это мост через бурную реку. Ты должна пройти по нему, потому что только так можно узнать, что находится по другую сторону!

Благодаря искренней поддержке девушка в конце концов призналась в своих чувствах. Она уверенно пересекла мост, который не решалась перейти. Результат оказался предсказуемым, как и ответы на выпускные экзамены. Возможно, это была просто ложная надежда или красивая фраза, чтобы запомниться как добрый старший товарищ. Но те, кто долго хранит чувства к кому-то, знают, что ради такого можно поставить на кон все.

– Если они столкнутся на кампусе, возможно, он в нее влюбится. Кто знает, что принесет будущее? Оно может оказаться более холодным и суровым к нему.

– Так и что?

– Что? – повторила Хачжэ.

– Почему ты с ним ужинала? – как можно более естественно спросил Нау.

– На следующей неделе у подруги день рождения. Он сказал, что хочет сделать ей подарок, но не знает, что выбрать. Я предложила помочь, и в благодарность он пригласил меня на ужин.

– Но…

– Но?

Хачжэ огляделась и выдохнула – словно воздух вышел из шарика.

– Почему именно в тот ресторан, куда вы с Инэ часто ходите?

Дальнейшие пояснения были не нужны. «Когда вы стали так близки?» – вот что хотелось узнать на самом деле. Но этот ответ не должен был знать никто. Даже Нау.

– Я просто хотела попробовать жареный рис.

– Жареный… рис? – спросил он, запинаясь.

Хачжэ кивнула.

– Вообще, я его люблю.

Эта фраза задела парня за живое.

«Я люблю чампон, а Нау – чачжанмён. Поэтому мы обычно заказываем вместе, и я перехватываю у него пару палочек, на закуску. Забавно, не правда ли?»

Так вот почему Хачжэ всегда заказывала лапшу. А этот глупец Инэ даже не понимал этого и болтал о том, как совпадают их вкусы. Хотя… Нау тоже ничего не знал и думал, что девушка и впрямь выбирает любимое блюдо.

– Честно говоря, это немного неожиданно.

Она весело рассмеялась и повернулась к Нау.

– Хотя Инэ обычно очень милый, лучше его не злить. Помнишь, когда мы ходили в новый ресторан? Там была пятидесятипроцентная акция, собралась целая толпа. Все спокойно ждали своей очереди, но один дядя все пытался пролезть вперед.

Юноша кивнул, понимая, о чем она говорит.

Суббота, день. Ресторан переполнен посетителями настолько, что очередь уже выстроилась даже снаружи. Вдруг один мужчина с невозмутимым видом пробрался между людьми и, сказав, что на минуту отошел, спокойно занял место прямо перед компанией Нау.

– Пожалуйста, встаньте в очередь. Мы пришли ровно пятнадцать минут назад, – спокойно сказал Инэ.

Чем больше он злился, тем более холодным становился его тон. Если бы вы подумали, что он спокоен, то сильно бы ошиблись.

– Я пришел двадцать минут назад, а потом просто отлучился на минутку по делам…

И без того было понятно, что он пытается влезть перед самыми беззащитными – школьниками.

– Двадцать минут – это не «минутка».

Плохое предчувствие Нау подтвердилось: мужчина повысил голос и перешел на личности. Начал оскорблять их, называя нахальными детьми и невоспитанными недоносками.

– Дядя, мы разве знакомы? Почему вы «тыкаете» и грубите?

Но вряд ли существовал способ урезонить нахала. Стоявшая впереди пожилая женщина обернулась и цокнула языком.

– Разве тебе не стыдно перед молодежью? Раз взрослый, так и веди себя соответственно, иначе какой смысл?

Люди вокруг начали поддакивать, и в конце концов мужчина ушел, продолжая ругаться. Казалось, все разрешилось. Но Инэ оставался серьезным все время, пока они ели.

– Не обращай на него внимания. Такие люди всегда будут, – сказала Хачжэ с преувеличенно веселой улыбкой.

Тогда Инэ отложил палочки и тихо ответил:

– Я, похоже, ничем от него не отличаюсь.

Это было неожиданное признание. Нау и Хачжэ уставились на друга.

– Почему я злюсь на него, если сам веду себя так же по отношению к детям или ребятам из младших классов?

– Но мы дети… – пробормотал Нау.

– Когда мы повзрослеем, ребята нашего возраста станут «детьми» для нас, – быстро ответил Инэ.

С того дня парень перестал грубить младшим и незнакомым соседским детям. Хотя ребята чувствовали себя немного неловко рядом с ним, они вовсе не испытывали дискомфорта или неприязни. Инэ всегда выглядел беззаботным и веселым, но у него были глубокая душа и широкий ум. Возможно, именно это и привлекло Хачжэ.

Вспомнив тот день, Нау стал вертеть в руках банку кофе.

Детская площадка погрузилась в темноту. Машины заезжали на парковку одна за другой. Глушились двигатели и открывались двери. Шаги людей, возвращающихся домой после утомительного дня, эхом разносились по двору.

– Я думала, он сразу зайдет внутрь и начнет ссору. Когда Инэ злится, становится даже более рациональным. Почему он просто ушел?

– Должно быть, испугался.

– Того старшекурсника? С чего бы? Он ведь совсем не страшный: очень худой, его запястья тоньше моих. Моя подруга предпочитает бледных и хрупких красавчиков…

– Да не он его напугал, а ты.

– Я? – удивленно переспросила Хачжэ, указывая на себя пальцем.

– Инэ боялся того, что ты можешь сказать.

Возможно, он нервничал и тревожился, поэтому не решился спросить и просто сбежал. Нау понимал это чувство, несмотря на то что у него самого не было девушки. Он спрашивал себя почему, но не мог найти ответ.

– Он тоже ревнует?

– Ты же его девушка.

– Странно как-то.

Они тихо рассмеялись.

– А ты никогда не завидовал нам? – спросила Хачжэ.

Нау чуть не выронил банку из рук. Что-то внутри него оборвалось и глухо упало.

– Я… Что?..

Молчание – знак согласия. Надо было что-то сказать, но язык заплетался.

– Вы ведь с детства знакомы. Обычно парни завидуют друг другу, когда у кого-то появляется девушка, разве нет? – осторожно осмотревшись, продолжила говорить Хачжэ. – Когда нас представили, ты как-то странно на меня посмотрел.

– Я? Почему странно?

– Как будто злился. Совсем не разговаривал со мной. Даже не пытался с нами пообщаться.

Когда Нау впервые увидел Хачжэ, он был так ослеплен