Эстафета передается - Майко Сэо

– Он вроде хорошо соображает, но со своими странностями.

– Ха-ха-ха. Лихо ты про своего папу. Кстати, он симпатичный! – На лице Фумины промелькнула улыбка.

– Ничего подобного! Это просто так кажется, потому что он высокий и худой. Но лицо самое обычное, невыразительное.

– Ты очень к нему строга. И что, неужто он тебе ни капельки не симпатичен?

– Нет, конечно.

Моримии не очень много лет, так что я уже привыкла к подобным шуткам и вопросам. Но я никогда не воспринимала его как мужчину: может, дело в его чудно́м характере, а может быть, в том, что изначально он занял в моей жизни место отца. Пожалуй, для папы старшеклассницы он и правда довольно молод, но все-таки между нами двадцать лет разницы.

– Слушай, Юко, как ты думаешь, просто чай – это не слишком скромно? Может, накроем что-нибудь на стол? – раздался из-за двери шепот Моримии.

– Да хватит уже, уймись. Моя подруга все слышит, – раздраженно ответила я, а Фумина снова расхохоталась.

Первый учебный день второго триместра. Я поднималась по лестнице в класс и, заметив перед собой Моэ, окрикнула ее и подбежала поздороваться. Прошли каникулы, и я надеялась, что ее обида на меня уже в прошлом, но она только едва заметно улыбнулась в ответ. «Что? Она все еще злится?» – удивилась я, но все равно продолжила разговор:

– Как лето? Ты ходила в колледж на день открытых дверей, да?

Моэ растерянно потупилась и поспешила в класс. Фумина обещала, что после каникул все станет по-прежнему, но, видимо, помириться с Моэ будет не так-то просто. Когда я вслед за ней переступила порог класса, меня встретили громкие возгласы:

– А вот и ты!

– Наша красотка Юко!

Это были Сумида и Ябаси: две самые шумные девочки в классе, которые всегда старались чем-то выделиться. Даже летом они надевали рубашки с длинными рукавами, зато юбки, наоборот, коротко подворачивали. А еще носили под формой браслеты и подвески, клеили накладные ресницы и подводили глаза. Да, они нарушали школьные правила, но в их выходках не было ничего криминального. Эти энергичные, задорные девочки могли поднять настроение всему классу.

Но при этом свое мнение они всегда высказывали прямо, не заботясь о том, что могут кого-то обидеть, так что окружающие старались быть с ними поаккуратней, чтобы ненароком не попасть под горячую руку.

– Юко, как же ты похорошела!

– Небось у тебя за лето появился парень? Интересно, кто на этот раз?

Сумида с Ябаси расхохотались. Они прицепились ко мне, хотя сама Моэ не обращала на меня никакого внимания. Им просто нравилось высмеивать людей. Они постоянно встревали в чужие ссоры, обожали скандалить. И ко мне привязались просто так, забавы ради, не думаю, что они хотели этим добиться чего-то конкретного. Этих двоих было все равно не переспорить, так что я даже не стала ничего им отвечать. Только грустно улыбнулась и сразу пошла к своей парте.

– Вот это хладнокровие! Оно и понятно, даже если все девочки от нее отвернутся, она всегда сможет рассчитывать на поддержку парней, – сказала Сумида, приглаживая волосы. Окрашенные, секущиеся, тусклые волосы.

– Юко, кто же твоя следующая жертва?

– Лучше не спрашивай, с ней шутки плохи. Она и подругу готова на парня променять.

Обе начали смеяться, прихлопывая в ладоши. Часть одноклассников захихикали вслед за ними, другие сделали вид, что ничего не слышат. Я уже хотела ответить «Неправда!», когда в класс зашла Мукаи. Она встала за кафедру, и все затихли, будто ничего не произошло. В отличие от Моэ и Фумины Сумида с Ябаси мне не подруги, поэтому их насмешки меня не задевали. Но я расстроилась, что за каникулы мое положение в классе никак не улучшилось.

– Как прошел первый учебный день? – спросил Моримия, когда я расставила на столе блюда с лапшой сомэн[28] и омлетом.

– Да так, ничего интересного.

– Что я слышу, «ничего интересного»? Терпеть не могу две фразы: «как обычно» и «ничего интересного», – проворчал Моримия, насыпая в миску с рыбным бульоном хлопья нори и колечки зеленого лука.

– Да, ты это уже говорил.

– Не бывает так, чтобы в жизни совсем ничего не происходило!

– А у тебя на работе каждый день случается что-то новое?

Я налила чай и села за стол.

– Конечно! Если про компанию можно сказать, что там «не происходит ничего интересного», значит, она на грани банкротства. Ну, готово. У нас на ужин произведение кулинарного искусства – лапша сомэн с идеально подобранными специями.

Моримия добавил к тушеным грибам шиитаке перепелиное яйцо и только потом пожелал мне приятного аппетита.

– Так вот, вернемся к школе. У тебя же был первый день после каникул! Что нового? Не поверю, что совсем ничего!

– Что нового?.. – уклончиво протянула я, опуская лапшу в бульон с нори и зеленым луком.

– По голосу слышу, тебе есть что рассказать! – заулыбался Моримия.

– Но это не очень веселая история…

– У тебя проблемы? Ну да, куда без них в старшей школе…

– Если ты думаешь, что у меня проблемы, почему тогда улыбаешься?

– Я? Улыбаюсь?

Моримия похлопал себя по щекам.

– Да, улыбка с лица не сходит!

– Прости, прости. Все, видишь, теперь я серьезен. Что у тебя случилось?

– Не то чтобы это серьезная проблема, но… Несколько девочек в классе на меня, похоже, ополчились. Говорят мне гадости и все такое…

Я честно рассказала про сегодняшнюю стычку с Сумидой и Ябаси. Раз уж Моримия догадался, что у меня что-то стряслось, лучше ничего не скрывать. Вообще я старалась почаще делиться со своими мамами и папами тем, как у меня дела в школе. Думаю, это потому, что большую часть жизни я провела с неродными родителями. Может, с ними проще быть откровенной, а может, рассказывая о своей жизни, я пытаюсь укрепить эмоциональную связь с ними. В общем, как бы то ни было, если дома меня о чем-то спрашивали, я старалась не увиливать от ответа.

– Ничего себе… А почему эти девочки на тебя обозлились? Ты что, их как-то обидела? На тебя это не похоже. – Моримия, который еще недавно весело улыбался, теперь с неудовольствием нахмурил брови.

– Ну, как сказать… В первом триместре…

– В первом триместре? Целое лето назад! И я до сих пор не в курсе?

– Ну вот сейчас все и узнаешь.

Я рассказала про случай с Хамасакой, с которого и начались мои беды.

– Ого! Ничего себе! – Моримия завороженно слушал, не сводя с меня глаз.

– Погоди, ты чего такой довольный?