Элис Адамс - Бут Таркингтон

– А вы? – с улыбкой спросил Рассел.

– Я? Ну… – Она замолчала и очаровательно всплеснула руками. – А я… я – просто я!

Он с искренним одобрением проследил взглядом за этим жестом, а затем посмотрел в лицо Элис: милое и живое, со светло-карими глазами, аккуратным носиком и главным ее украшением – улыбкой и слегка прикушенной нижней губой. Он впервые видел столь переменчивое и столь неземное создание.

Она ничуть не походила на его кузину Милдред, девушку приземленную и контролирующую каждый свой порыв, если таковые у нее вообще имелись.

– Подумать только! Как сильно вы отличаетесь! – вырвалось у него.

– От кого? – тут же спросила Элис.

– Ото всех, – сказал он. – Вы и мысли читаете?

– Вы о чем?

– Откуда вы узнали, что я подумал, насколько вы не похожи с моей кузиной, Милдред Палмер?

– С чего вы решили, что я подумала именно о ней?

– С того! Вы знали, о чем я думаю, и я знал, что вы это знаете.

– Да, – дерзко согласилась она. – И кажется, это нас сильно сближает.

Рассел, несомненно, был в восторге от подобных шуточек Элис.

– Честное слово! – воскликнул он. – Я с первого взгляда понял, что вы именно такая девушка!

– Какая – такая? Разве Милдред не сообщила вам, что я за девушка, когда попросила вас потанцевать со мной?

– Она меня не просила… я сам заметил вас. Вы беседовали с дамами в зале, и я поинтересовался у Милдред, кто вы.

– Значит, Милдред не… – Элис одернула себя. – И что она вам ответила?

– Сказала, что вы некая мисс Адамс, а я…

– Некая? – перебила Элис.

– Да. А я сказал, что хочу с вами познакомиться.

– Понимаю. Вы решили спасти меня от старушек.

– Нет. Я решил спасти самого себя от девиц, с которыми Милдред заставляла меня танцевать. Особенно от некой мисс Даулинг…

– Бедолага! – пожалела его Элис и невольно подумала, что Милдред использовала все возможности в стремлении обезопасить себя – и не без оснований. Этот мистер Артур Рассел оказался гораздо более прямодушным человеком, чем можно было предположить.

– Значит, мистер Рассел, вы обо мне ничего не знаете? У вас обо мне есть только первое впечатление?

– Да, и я убеждаюсь, что оно не было ошибочным.

– Но вы так и не сказали, за кого вы меня тогда приняли.

– Я сразу понял, что вы такая, какой кажетесь.

– Маловразумительное объяснение, вы не находите? Боюсь, еще минуту назад все выглядело понятнее: вы сказали, что подумали, насколько сильно я отличаюсь от Милдред. И это, к сожалению, было правдой!

– Я так не говорил. Я об этом подумал, – пояснил Рассел, – а вы прочитали мои мысли. Как я подозревал, вы именно такая – девушка, способная читать чужие мысли. Только почему вы сожалеете, что не похожи на Милдред?

Элис плавным движением изобразила мисс Палмер.

– Потому что она само совершенство… да, она совершенно совершенна! Никогда не ошибается, все смотрят на нее, как на… Короче, мы все ее обожаем! Она походит на большую, благородную, холодную статую… Возвышается над всеми нами… и вряд ли способна на подлость или низость. Из всех моих знакомых девушек, насколько я помню, она реже всех пыталась водить кого-то за нос. Она…

Тут Рассел смутился и не выдержал:

– Вы назвали ее совершенно совершенной и сразу добавили, что она кого-то водила за нос…

Элис рассмеялась, словно он несмышленый мальчишка:

– Мужчины такие забавные! Конечно, все девушки время от времени делают это. Моя собственная жизнь состоит из подобных похождений! Я всего лишь заметила, что Милдред совершенно совершенна по сравнению с другими.

– Понимаю, – проговорил он, хотя явно нуждался в паре секунд на осмысление. Потом Рассел спросил: – А что такого вы творили с мужчинами?

– Я? Ох, я обращалась с ними так, что хуже не придумаешь. Большинство людей, особенно мужчин, в этом городе кажутся мне невыносимо скучными – и я им это показываю.

– Я бы точно не назвал подобное подлостью.

– А они называют! – Элис рассмеялась. – Из-за этого я стала жутко непопулярной личностью! Я даю много поводов для ненависти. Например, на вечере я лучше найду умудренную годами даму и поболтаю с ней, чем буду танцевать с девятью десятыми из этих убожеств. Да, именно это я обычно и делаю.

– Но вы танцевали так, словно вам это нравится. Танцевали лучше всех, с кем я…

– Мистер Рассел, вам не вскружить мне голову лестью, – перебила его Элис. – Особенно после того, как Милдред для сравнения со мной подсунула вам одну лишь Эллу Даулинг!

– Ну нет же! Были другие и, конечно, сама Милдред.

– Ах да, об этом я запамятовала. Ладно… – Она помолчала и добавила: – Просто я должна танцевать отлично.

– Вы считаете это обязанностью? Почему?

– Стоит мне подумать, во что обошлись папе все эти уроки танцев! Каких только учителей у меня не было… Хотя, по-моему, для того отцы и нужны, не так ли? Чтобы осыпать деньгами дочерей.

– Вы не… – В глазах Рассела мелькнула тревога. – Вы же не…

Она поняла, отчего он разволновался, и весело ответила:

– Нет же, проклятье, нет! Вижу, вы боитесь, что я иногда вырываюсь из дома в балетной пачке и начинаю выписывать круги вокруг фонтана, а затем на бис делаю волну руками, точно змеями.

– Я так и знал, что вы мысли читаете! – воскликнул Рассел. – Я именно это представил и перепугался.

– Всего лишь представили? Как любезно с вашей стороны. Но нет, не в том моя мания.

– А в чем?

– Да не в чем таком особенном, и говорить об этом сейчас не стоит. Конечно, у меня есть пунктик, но он обычный, как у каждой девушки.

– Что же это?

– Помилосердствуйте, мистер Рассел, как настоящий светский лев, вы, конечно, знаете, как любая девица рано или поздно воображает себе, что она буквально рождена для театра. В этом вопросе среди женщин исключений не бывает. Не то чтобы мы все рвались на сцену, но каждая полагает, если ей выпадет шанс, она в грязь лицом не ударит. Даже Милдред. Она вам не признается: для такого ее надо узнать гораздо ближе, чем обычные представители сильного пола.

– Ясно, – произнес он. – Девушки всегда рассказывают нам о том, что мужчинам их не понять. Мне вот интересно, а вы…

Она уловила его мысль прежде, чем он успел закончить, и Рассел опять поразился ее сообразительности, казавшейся чуть не телепатической.

– Конечно, мы друг дружку хорошо знаем! – вскричала Элис. – Однако о подобном молчим, хотя раскрой вы глаза пошире, сразу все увидели бы сами!

– Так почему