Элис Адамс - Бут Таркингтон

при первой возможности вырывались наружу. В результате она словно хотела выставить себя перед мистером Расселом в ложном свете, и, если ему вдруг действительно приглянется этот образ, он вряд ли станет испытывать теплые чувства к настоящей Элис Адамс, а все, что он об этом образе подумает, не будет относиться к реальному, живущему на земле человеку.

Тем не менее Элис знала, что при встрече продолжит создавать вокруг себя прекрасный, но ложный ореол, поскольку минутой ранее занималась отработкой его оттенков. «К чему все это? – удивлялась Элис. – Что заставляет меня лгать? Почему бы мне не быть просто собой? – И внезапно подумала: – А которая из этих девушек настоящая я?»

Элис увидела в зеркале свои серьезные глаза и, встревоженная растущим изумлением, невольно прошептала:

– Так кто же ты на самом деле такая?

Долгие годы ее отражение вело себя как верный раб, но теперь, стоило ей лишь на секунду замереть, оно превращалось в насмешку, которой зеркала всегда мстят за неправильное с ними обращение. Теперь зеркало отражало всю чуждость и странность ее искусственной визави, внезапно обретшей реальность. Перед Элис сидела скрытая доселе создательница фальшивых личин, которая, из известных лишь ей побуждений, заставляла девушку то и дело примерять их; это существо, кем бы оно ни было, внезапно показалось Элис пугающим и похожим на обезьяну. Затрепетав, она вскочила и отошла в другую часть комнаты.

Уже через пару мгновений Элис тихонько насвистывала, отправляя легкое пальто на треугольной вешалке в шкаф, и это ее настроение выглядело еще более необычным, чем навеявшее его видение, а в голове вертелась только одна мысль: «Ох и чудная же я девица!» Элис даже немного кичилась своей эксцентричностью, искренне полагая, что единственная в мире поступает так, оставаясь наедине с собой, и больше никто на свете не видит в зеркале странного двойника. По правде говоря, схожее выражение нередко можно заметить в горделивом взгляде любой девушки, внезапно решившей, что подобных ей в этом мире больше не существует.

Это легкое свечение, все еще исходившее от сестры, за ужином заметил Уолтер, однако не сумел верно его истолковать.

– А что это ты сегодня такая собой довольная? – спросил он и многозначительно добавил: – Я тебя, красотка, нынче собственными глазами видал!

– Где ты меня видел?

– В городе.

– Сегодня днем, да, Уолтер?

– Да, Уолтер, сегодня днем, – с готовностью передразнил он, откровенно наслаждаясь своей игрой, ибо тут же радостно рассмеялся. – Ага, ты-то меня проморгала! Я прям рядышком прошмыгнул, мог за нос дернуть, но ты была слишком занята. Элис, когда ты разойдешься, ничего вокруг не замечаешь. Хо-хо, как руками машешь! Как будто у тебя их штук сто. Я-то знаю, отчего ты была такая важнючая: с большой рыбиной прогуливалась.

Миссис Адамс издала благодушный смешок, ей нравилась эта перепалка.

– И что такого, Уолтер? – спросила она. – Ну увидел ты, как за твоей сестричкой на улице ухаживает милый джентльмен…

Уолтер сперва хрюкнул, а потом расхохотался.

– Как бы не так! Ты роли перепутала, – поправил он. – Это малышка Элис ухаживала за джентльменом. И я того типа узнал, уж не сомневайтесь.

– Да, – спокойно ответила сестра. – Я бы удивилась, если бы ты его не узнал, Уолтер.

Брату такой ответ пришелся не по душе.

– Опять завела свою волынку! Люблю таких женщин: их слегка заденешь, а они тебя сразу по лицу бьют и откланиваются. Кстати, я слыхал, что у этого Рассела с твоей любимой, закадычной, задушевной подружкой Милдред все серьезно. Так почему ты к нему на улице жалась?

Мисс Адамс попыталась мягко окоротить сына:

– Уолтер, не нужно так.

– Мам, не обращай внимания, – сказала Элис. – Ужасному человеку все ужасными кажутся.

– Да ты что! – беспечно возразил Уолтер. – У себя на работе я все про этого Рассела слышал. Молодой Джо Лэм тот еще болтун, я до сих пор поражаюсь, как он дедов бизнес еще не похоронил: соберет всех в кружок, и девять десятых рабочего дня стой да его слушай. Так вот, Джо утверждает, что этот Рассел какой-то там родственник Палмерам, у него самого небольшое состояние, он его вложил в трастовую компанию старика Палмера, а тот собирается сделать его заместителем директора на своем предприятии. Как говорит Джо Лэм, надо, чтобы деньги всегда оставались внутри семьи.

Миссис Адамс призадумалась.

– Не понимаю… – начала она.

– Что непонятного? Этого Рассела нужно привязать к Милдред, – объяснил сын. – Старик Палмер помрет, а Рассел ему уже зять – вставай и пересаживайся в освободившееся кресло. Так что сестрицыному дружку безумно повезло с родственничками! Элис, даже не дергайся. Подбери себе парня, которому терять нечего, тебе же проще будет.

Миссис Адамс продолжала пребывать в задумчивости.

– Но, Уолтер, ты говоришь, что у Рассела и самого денежки водятся.

– Ага, Джо Лэм сказал, что есть, но не так много. Не знаю, сколько там на самом деле.

– Ну, тогда…

Уолтер издал коронный смешок.

– И не надейся, – заметил он. – Элис в этой гонке не победить.

Элис отрешенно смотрела на брата, будто оценивала некий экспонат в чужой коллекции.

– Согласна, – равнодушно бросила она. – Примитивнее тебя, Уолтер, еще поискать.

Уолтер доел, встал со стула, обошел стол и дружески похлопал Элис по плечу:

– Честно, ты эту гонку уже проиграла. Будь я на твоем месте, я в таком забеге и стартовать не пытался бы. Эти надутые типы вышвырнут тебя с маршрута, едва только приметят.

– Уолтер! – вновь одернула его мать.

– Я, что ли, ей не брат? – ответил он и по меньшей мере в эту минуту был предельно серьезен и искренен. – Я по-настоящему люблю сестричку. И признаюсь, иногда мне ее вроде как жалко.

– Да о чем это вы? – возмутилась Элис. – Ну увидел ты меня в городе с человеком, которого я встречала-то до этого раз в жизни и едва-едва знаю! К чему вся болтовня?

– К чему? – Уолтер повторил и ухмыльнулся. – Как будто я тебя не знаю! – Он прошел к двери, но остановился. – У меня сегодня свиданки нет. Можем сходить в кино, если хочешь.

Она решительно отказалась:

– Нет, благодарю!

– Хватит тебе, – сказал брат, пытаясь быть милым, в своем понимании. – Проведем с тобой вечер поприятнее, чем на том напыщенном балу. А потом я угощу тебя чоп-суи[8].

– Нет, спасибо!

– Дело твое, – проговорил Уолтер и небрежно помахал на прощанье. – Как сказал один парикмахер: «Чем лучше совет, тем обиднее им не воспользоваться». Доброго всем вечерка!

Элис пожала плечами, а через несколько секунд, когда дом вздрогнул от беспечно захлопнутой входной двери, она задумчиво покачала головой:

– Наверное, надо было мне с ним пойти.