Аяна. Путешествие к центру земли - Николай Болошнев

раз. Аяна со всех сил дернула ручку, дверь со скрипом открылась. В нос ударил сильный запах перегара, тухлой еды и немытого тела. Аяна буквально отпрыгнула от двери, спасаясь от вони. Подавив приступ тошноты, она вернулась и заглянула внутрь землянки. В маленькой темной комнате, которую трудно было охарактеризовать иначе как «нора», на советской брезентовой раскладушке лежал Борсой, в расхристанной старой рубашке и серой майке. Пол вокруг кровати был обильно усыпан пустыми бутылками. На заменявшем стол комоде стояло несколько открытых банок с рыбными консервами, вокруг которых ползали мухи.

– Дядя Борсой, – окликнула его Аяна, прикрывая нос рукой.

Мужчина заворчал, громко откашлялся и перевернулся на другой бок.

– Это Аяна, вы звали меня учиться. Я пришла.

– А? – хрипло гаркнул Борсой. – Подожди на улице!

Аяна отпустила дверь, та закрылась с громким хлопком. Ждать пришлось долго. Из землянки раздавался грохот падающих предметов и приглушенная ругань. Аяна приплясывала на месте, чтобы не замерзнуть, но мороз все равно медленно проникал под одежду и впивался в кожу.

С каждой минутой она все больше злилась на Борсоя. Зачем она вообще сюда пошла? Скорее всего, он шарлатан и просто выманивает таким образом деньги на бутылку. Лучше бы осталась дома и продолжила дожимать Анжилму. Ну, или сама как-нибудь нашла способ путешествовать. Наверняка это возможно. Желание учиться чему бы то ни было у Борсоя пропало окончательно, Аяна ждала его только для того, чтобы высказать свое раздражение.

Однако, когда минут через пятнадцать Борсой все-таки соизволил выйти из землянки, Аяна забыла все, что хотела ему высказать – настолько сильно ее поразил его внешний вид. Вместо обычной засаленной одежды на шамане был старинного вида кожаный кафтан, обильно украшенный железными подвесками. На голове – расшитая бисером шапка с бахромой, закрывающей глаза. В руках он держал огромный, вытертый от времени бубен и колотушку. Борсой размял плечи, похрустел затекшей шеей, взял с земли пригоршню снега, засунул в рот, жадно разжевал и проглотил.

– Водка с собой? – спросил он.

– Да, конечно. Все, что нужно, взяла.

Аяна достала из рюкзака водку и показала Борсою. Не особо церемонясь, тот взял пол-литровку, скрутил крышку и залпом осушил половину бутылки. После этого он громко крякнул, занюхал выпитое рукавом и заметно повеселел. Казалось, алкоголь вернул его к жизни.

– Это же для жертвы духам! – возмутилась Аяна.

– Вот тебе и первый урок – жертву можно по-разному приносить. Духи же будут с нами через меня общаться, сечешь? Давай вываливай, что ты там еще принесла.

Аяна нехотя раскрыла рюкзак и показала Борсою содержимое. Мужчина неряшливо разорвал упаковку комсомольских пряников, выхватил один и целиком запихнул в рот.

– Иди за мной, – промычал он, роняя крошки, и направился к вытоптанному вокруг березы кругу.

Борсой и Аяна подошли к дереву и встали неподалеку от жертвенника. Мужчина опустился на колени. Огонь Борсой разжигать не стал.

– Становись рядом и повторяй за мной все, что я делаю и говорю. Только котомку сними, мешать будет, – сказал он.

Аяна послушно положила рюкзак на снег и встала на колени рядом с Борсоем. Тот стал покачиваться из стороны в сторону, читая нараспев наговор на бурятском, и моментально отключился от внешнего мира. Аяна старалась повторять за ним слова, но от волнения часто запиналась.

Хотя Борсой говорил не очень разборчиво, проглатывая часть слов, общий смысл камлания был ей понятен. Вначале он обратился к богам и попросил их призвать его предков. Называть онгонов по имени было нельзя, поэтому Борсой именовал их как «девяностолетняя старуха, живущая у высохшего ручья», «кузнец, умерший молодым». Аяну удивило, что большинство предков Борсоя обитало на востоке иного мира. Ее предки находились на западе, вместе со светлыми божествами и духами[23]. Затем Борсой обратился к своему духу-покровителю – рыси.

– Хозяин леса, отец моего рода, приди ко мне, сядь рядом со мной, мы принесли тебе жертву. – Борсой повернулся к Аяне и нетерпеливо сказал: – Доставай все, что принесла.

Аяна схватила рюкзак и поспешно выложила на жертвенник подношения. Борсой приподнял бахрому на шапке и скептически осмотрел дары.

– Ты че, не додумалась мяса взять?

– Нет, мы обычно без него обходимся… – пристыженно ответила Аяна.

– Убуштэ басаган![24] – выругался Борсой. – Ладно, работаем с тем, что есть. Не отставай!

Шаман стал бубнить быстро и неразборчиво, Аяна выхватывала лишь отдельные слова из его сбивчивого речитатива. Она поняла, что он просит духов приобщить ее к таинству путешествий и допустить в свой мир. Борсой читал наговор долго, и с каждой минутой Аяне было все сложнее концентрироваться на его словах. Она впала в полудремотное медитативное состояние, голос шамана звучал теперь для нее как далекий убаюкивающий гул. Веки медленно тяжелели, Аяна моргнула раз, потом другой. Бороться не было сил. Казалось, еще чуть-чуть, и она провалится в сон. Однако стоило ей смириться внутри себя с такой перспективой, как Борсой резко вскочил и побежал вокруг березы, издавая животные звуки и звонко ударяя в бубен колотушкой. Аяна замешкалась на секунду, но быстро вынырнула из забытья и побежала за Борсоем.

Несмотря на то что тот сгибался и разгибался на ходу в хаотичной пляске, девушка едва поспевала за ним. Вскоре Аяна была вся мокрой от пота. Она скинула на снег шубу, затем свитер, но ей все равно было нестерпимо жарко, словно она бегала вокруг огромного костра, а не обледенелого дерева. Внезапно Борсой остановился, Аяна едва успела затормозить, чтобы не врезаться в него. Шаман бешено заколотил в бубен, громко завыл – и в три по-звериному ловких прыжка оказался на вершине березы. Аяна посмотрела наверх, и у нее моментально закружилась голова. Ветки березы закрутились каруселью, как в каком-то мельком виденном в детстве советском фильме. У девушки подкосились ноги, и она упала без сознания.

* * *

Очнулась Аяна от того, что Борсой грубо растирал ей щеки снегом. Она открыла глаза и увидела его наглое, ухмыляющееся лицо. В другой руке он держал надкушенный жертвенный пряник. Шапку Борсой успел снять.

– Вставай, сеанс окончен. Хватит с тебя, – с ухмылкой сказал он.

Аяна протянула руку, он схватил ее и рывком поднял девушку на ноги.

– Как ощущения? – спросил Борсой.

– Я толком ничего не поняла…

– А чего ты думала, в путешествие, что ли, сразу отправишься? Не-е, быстро только кошки рожают. Главное, что духи тебе сегодня разрешение дали, остальному я тебя обучу.

– Ура! Дядя Борсой, спасибо! Они и правда разрешили, да? – Аяна даже подпрыгнула от радости.

– Да-да, правда, что я тебе, врать, что ли, стал бы? А теперь давай, топай домой, великая шаманка. Жду тебя через неделю.

Аяна поклонилась Борсою и быстрым шагом пошла в сторону лесопилки.

– Только смотри, бабушке ничего не говори, – крикнул он ей вслед.

Глава 7

«Ночное нападение обошлось без