Чарман-ага - Реджеп Алланазаров

— Ну я же тебе рассказал, как он навластовался вдоволь во время войны. Сам он не любил гостей, но зато с удовольствием ходил по гостям. В тот же самый год он взял в жены Нурчу. Его первая жена умерла при родах. Майса-сиротка росла уже без матери. А Нурча оказалась под стать своему мужу. Сварливая и жадная она никому из сельчан не пришлась по душе. Да и хозяйка она была неважная. Хоть и складывала деньги, а за мужем как следует не присматривала. Селиму рот затыкала, что пришла уже на готовое дитя. А Селим, когда был председателем, нахально заходил в дома колхозников и требовал вкусных блюд, не считаясь с тем, что это сверх нахальства. А Нурча из тех женщин, что носят яшмак не оттого, что чтут старину и обычаи, а от великого плутовства, Хоть рот ее прикрыт, а язык у неё ох и вольный, колкий. Да может и зря я тебе так откровенно говорю, все же это твоя будущая родня.

— Мерген-ага, что ты?! Я же сам попросил рассказать о них подробнее, мне все интересно. Но оказывается, что они очень непорядочные…

— Ты, Азат-джан, поторапливай Майсу, чтоб быстрее решалась выходить замуж за тебя. Я не верю этим людям, не отдадут они бесплатно дочку. Ну да ладно, пошли, Азат-джан, к нашим овцам, их пора напоить.

"Где сейчас моя Майса, чем занимается? Думает ли обо мне?" — вертелось в голове у юноши.

* * *

— Эй, ребята, где здесь дом Селима-ага?

— Какого? Они на каком участке живут?

— Дядя, покатай!

— Прокати!

— Вот кто первым мне покажет дом, который я ищу, того и прокачу.

Ребятишки наперебой начали галдеть.

— У них "Волга" есть?

— Это может Герой труда? Тракторист?

— А у него дети есть, как их зовут?

Батыр поначалу растерялся от множества вопросов, но потом заговорщецки прошептал:

— У Селима-ага есть взрослая дочка — Майса.

— Это Селим-скупой!

— Да, это он!

— Ее мать еще называет Товман!

— Да потише вы, сороки! — попытался утихомирить детей Батыр.

Мальчик постарше всех вызвался показать дом Селима-ага. Мотоцикл он оставил на хранение детишкам. Когда они подошли, Майса выходила из дома. Батыр сразу догадался, что это и есть Майса. "Так вот кого расхваливала мать! Да, не зря! Ладная девушка. А если одеть ее в самое красивое платье — так глаз не оторвать. Даже и такое простенькое платье, и то к лицу".

Во дворе появилась Нурча и пристально начала рассматривать незнакомца.

— Тебе, парень, кого? — окликнула Батыра Нурча.

— Да, я ищу дом Солтан-эдже…

Нурча не знала такой в их селе, и у нее мелькнула догадка, что парень и есть сын Тувак-эдже. "Ах, как жаль, что Майса уже успела отойти на приличное расстояние. А то они бы увиделись. А может окликнуть Майсу?" — раздумывала Нурча, а Майса уходила все дальше. "Ну хоть я его увидела и то ладно, и все-таки это Батыр. Видно, что ничего придумать не смог, вот и ляпнул про дом Солтан-эдже!"

Батыр в сопровождении мальчика вернулся к мотоциклу, сдержал обещанное, покатал всех по очереди, и с удовольствием думал о Майсе.

* * *

Сев хлопчатника подходил к завершению. Но некоторые карты поля еще не были удобрены, и колхозники занимались этой работой. Гозель подошла к Майсе во время обеденного перерыва.

— Как твои дела? Набралась храбрости, поговорила с родителями?

— Поговорила. Пока все хорошо.

— Молодец, что поговорила. Я за тебя рада, очень, ты даже не представляешь себе! Вот уж я потанцую на твоей свадьбе!

— Ой, Гозель, потише, не кричи, а то все услышат.

— Почему тише? Об этом надо и Азату сказать. Завтра, кстати, к ним собирается заведующий фермой. Так что пусть он и порадует твоего Азата.

Майса замотала головой и предостерегающе подняла руки, чтобы остановить подругу:

— Нет, нет! Никому пока ни слова… Меня очень просил об этом отец. Лучше я напишу письмо сама Азату, а ты поможешь мне отправить его, ладно. Гозель?

— О чем разговор, милая! Конечно помогу. Если даже не сможем увидеться, то вечером заеду к вам, а ты тихонечко мне его передашь.

— А не забудешь?

— Ну что ты, разве ты меня так плохо знаешь? А? — рассмеялась Гозель. — Знаешь, я подумала, раз ты не хочешь в техникуме учиться, а тяга к технике у тебя налицо, то может поедешь на курсы механизаторов?

— Ой, а это можно? Я так хочу сама водить комбайн!

— Вот видишь, как все хорошо складывается? А ты мешкала, сама себя только мучала. Ясно, что против такого доброго дела родители не станут возражать. Не те уж времена. Ну, так я тогда пойду, мне надо еще успеть в другую бригаду. Пока, Майса!

Гозель ушла, а Майса дала волю воображению. Под впечатлением беседы с подругой ей грезились самые радужные видения. Она представляла себя в фате, и даже представила Гозель радостно танцующую, веселую и нарядную.

* * *

Придя с работы, Майса увидела, что у них сидит гостья — сестра матери, тетя Гульджа. Девушка и не подозревала, что все в доме были в сговоре против ее свадьбы с Азатом.

Тетя была очень похожа на мачеху, тот же взгляд, из-под бровей, недовольная усмешка, только совсем не заботящаяся о своей приглядности. На ней платье было чересчур старое, а на голове платок непонятной расцветки, из-за ветхости. Хотя тетя Гульджа была немногим постарше мачехи, а выглядела сущей старухой.

— Что за год выдался, еще не лето, а жара и духота, как в июле, — потирая пот со лба, ворчала гостья. — А Селим твой, Нурча, настоящий хозяин, что нельзя сказать о моем беспутном. Вон сколько у вас корма припасено для скотины! А наша совсем дошла до недоедания. Тьфу! Ты поговори, сестра, может Селим нам уступит немножко?.. — жалобно попросила Гульджа.

Этот разговор был затеян тоже не случайно. При Майсе нужно было говорить о другом. Хотя сестры уже успели посудачить вдосталь, как им окрутить упрямую Майсу, но ждали момента продолжить свой разговор.

После ужина Нурча придумала для дочери занятие во дворе: почистить у коровы стойло. Майса послушно принялась за работу, ей это было привычно.

Не успела Майса выйти из дому, как сестры вновь зашушукались.

— Ой, боюсь, сестрица, как бы не подняла шума наша просватанная… — начала Нурча.

— Что ты так тревожишься? Не посмеет.

— Уж очень она, видно, любит этого заклятого Азата, чтоб ему пусто было!

— Ай, не верь ты этим глупостям. Какая там любовь? Выдумка все это. Посмотришь, через неделю уже забудет