Дитя пыли - Нгуен Фан Кюэ Май

Хошимин, 2016 год

Направляясь ужинать в местный ресторан с Тхиеном и Линдой, Дэн заметил нищенку в лохмотьях с ребенком на руках. Что‐то бормоча, она тянула к нему тонкую, как палка, руку. Уличный фонарь освещал лицо женщины, и в ее глазах Дэн увидел то же отчаяние, что у Ким. Он хотел дать ей денег, но у него не осталось мелочи, пришлось отвернуться.

Почему так гадко на душе? Он же хорошо обращался с Ким, разве нет?

Нет. Он слишком стар, чтобы и дальше себе врать. Он вовсе не тот человек чести, которого хочет видеть Линда, когда смотрит на него.

«Бань Ми Ньы Лан» напоминал закусочные, куда водила его Ким, только больше и многолюднее. Ресторанчик находился на оживленном перекрестке, поэтому там стоял шум и толпился народ. Вместо дверей здесь были прилавки, где торговали продуктами и готовой едой. Мотоциклисты подъезжали к ним и покупали себе поесть, даже не глуша двигателей. За прилавками располагались пластиковые столы и стулья. Линда сморщила нос, заметив разбросанный по полу мусор.

Тхиен заверил их, что в этом месте продают аутентичную еду. Он сделал заказ, который официант вскоре поставил перед ними: хрустящие багеты бань ми с тонко нарезанной печеной свининой, паштетом, маринованными овощами, зеленым луком и кориандром; тарелки с рулетиками и миски с исходящими паром овощами.

Дэн потянулся за багетом, но Линда его остановила и выудила из рюкзака телефон. Она любила фотографировать и таскала мобильный повсюду. Дэн, наоборот, был рад, что оставил трубку, которую главным образом использовал для работы, дома в Сиэтле. Он инстинктивно сопротивлялся вторжению технологий в личную жизнь.

Линда принялась снимать еду, делая кадр за кадром. Наверняка вскоре все они появятся в Сети.

– Готово! – воскликнула наконец жена. – Приятного аппетита.

Дэн взял бань ми, закрыл глаза и втянул носом запах.

– Когда Вьетнам наводнили французы, они привезли с собой хлеб. – Тхиен выжал в свою миску с лапшой немного лимонного сока. – Мы заимствовали у них рецепт и сделали его лучше.

Дэн жевал медленно, смакуя каждый кусок. Вкус бань ми не изменился и был в точности таким, как у тех багетов, что они с Ким ели у себя в квартире. Возможно, ему стоит сходить к тому дому, просто чтобы посмотреть, насколько там все изменилось. Впрочем, как Эшленд ни старался, ему не удавалось припомнить название улицы. И той, что находилась неподалеку от квартиры и где располагались его любимые бары, тоже.

Еда была такой вкусной, что они ничего не оставили на тарелках. Дэн думал, что объелся, но в результате все‐таки взял пополам с женой свежий кокос и семицветный десерт из желе, бобов и кокосового молока. Тхиен, ведя с Линдой оживленную беседу о недвижимости, о смехотворных ценах на землю, квартиры и дома, приговорил еще одну миску лапши. Коммунисты переименовали этот город в Хошимин, но Тхиен продолжал называть его Сайгоном.

– Проще всего здесь сделать деньги, – объяснял он, сморкаясь в бумажную салфетку, – если дружишь с кем‐то из важных правительственных чиновников. Или подкупил кого‐то из них. Тогда они подскажут, где брать землю.

– Значит, мистер Тхиен, вы землевладелец? – спросила Линда.

– Не особенно крупный, мадам. Среди моих друзей нет больших шишек, и я ненавижу коррупцию.

– Я тоже. – Линда чокнулась с Тхиеном. – Кстати, пожалуйста, называете нас по именам. Друзья Зюи – наши друзья.

– Ой, спасибо, но я так привык. Я же на работе, – и гид помахал рукой.

Когда принесли счет, Линда пересчитала сумму в доллары и воскликнула:

– Четырнадцать долларов за троих? Можно есть тут хоть каждый вечер! – Она сделала еще несколько снимков прилавков, где шла оживленная торговля. – Между прочим, нам пора денег поменять. Это в отель нужно идти?

– Завтра я отведу вас в ювелирный магазин, там курс гораздо лучше.

– У вас хватит налички, чтобы поменять мне это? – Линда протянула Тхиену десять долларов.

– Конечно. – Он вручил ей несколько купюр, и на обратном пути в отель Линда отдала их все нищенке со словами:

– Пожалуйста, купите своему малышу хорошей еды… и отнесите его домой. – Она вгляделась в лицо спящего мальчика, который был очень худеньким и, возможно, болел.

Когда Тхиен перевел, женщина поклонилась Линде, крепко прижав ребенка к груди. Она слишком молода, чтобы быть Ким, снова подумал Дэн.

На родине его жена два раза в месяц работала волонтером в приюте для бездомных женщин: готовила еду, накрывала столы, организовывала сборы пожертвований, разговаривала с обитательницами приюта и вообще помогала им, чем могла. Дэн забирал пожертвованные вещи и помогал с ремонтом электрооборудования, но больше никак не участвовал в жизни этих женщин. Ему не по плечу было разбираться с их проблемами: домашним насилием, психическими заболеваниями, изнасилованиями, наркотической зависимостью, но он восхищался стойкостью и сострадательностью жены.

Возможно, когда он найдет Ким и своего ребенка, Линда им поможет. Или все же уйдет от него, чтобы никогда не вернуться.

Они шли обратно другим путем и миновали несколько баров под открытым небом, буквально пульсировавших от громкой музыки. Возбуждение кипело в груди Дэна, он словно вернулся в молодость. Ему хотелось предложить задержаться где‐нибудь, чтобы пропустить стаканчик, но тут Линда зевнула.

– Проклятье, я совсем вымоталась, – сказала она. – Не могу дождаться, когда завалюсь в мягкую постель.

Ее муж огляделся по сторонам, вбирая в себя лихорадочную суету города. Несмотря на разницу часовых поясов, в Дэне бурлила энергия. Он намеревался выжать как можно больше из тех двух дней, что предстояло тут провести. Когда они добрались до входа в «Маджестик», часы показывали без пятнадцати девять, и Эшленду больше всего хотелось поискать улицу, где был бар, в котором работала Ким. Поколебавшись, он потянул Линду за руку:

– Милая, иди в номер и ложись. Дай коленям отдохнуть. Завтра у нас будет долгий день. А у меня голова болит… надо на воздухе побыть. Пройдусь с мистером Тхиеном вдоль реки.

Он был готов услышать вопросы, но жена лишь кивнула.

– Только не броди слишком долго. Джемма говорила, от смены часовых поясов у нее было жуткое состояние. Лучше лечь пораньше.

– Конечно. – Он поцеловал жену в щеку и проследил, как она идет в отель.

На мгновение ему захотелось ее догнать. Дэн вспомнил, что дал себе слово не выпускать ее из виду, однако отель выглядел безопасным, а его персонал – надежным. Кроме того, Линда без мужа никуда не пойдет.

– Сэр, у вас сильно болит голова? Нужно лекарство? – спросил Тхиен.

– Спасибо, дружище. – Он похлопал гида по плечу. – Что мне нужно – так это ваша помощь в том, чтобы отыскать мой любимый бар. Только, пожалуйста, не говорите Линде, пусть ничего не