Шейкер - Ли Хиён

Хачжэ пристально смотрела на парня.

– Вы с ним были разными и похожими одновременно. Как разнояйцевые близнецы. Но вы ведь считали друг друга братьями, так что это неудивительно.

В этот момент Нау понял: девушка открыла свое сердце только потому, что он был самым близким другом Инэ. Потому что он был единственным, с кем можно было говорить о нем и кто мог ей посочувствовать.

Парень продолжал верить, что можно начать с чистого листа. Но погибший друг по-прежнему оставался преградой. Нау не хотел быть эгоистом и требовать большего, ведь с самого начала он был готов к такому исходу. Невидимкой Инэ стоял между ними с Хачжэ. Парень никогда не забывал о своем месте. Если бы не эта катастрофа, он бы даже не оказался здесь. Эта мысль всегда вызывала у Нау чувство одиночества и тревоги.

Их отношения почти не изменились. Они застряли где-то между дружбой и любовью. Им было комфортно вместе, потому что они слишком хорошо друг друга знали. Словно тихое озеро в глубоком лесу, к которому никто не приходит. Но иногда Нау становилось страшно: что, если в их спокойные отношения вмешается буря или появится кто-то, вправду похожий на Инэ? Останется ли Хачжэ с ним в таком случае? В этом он не был уверен. И вот перед ним вдруг появился друг – живой, громкий и снова смеющийся.

«Нау, я так скучаю по Инэ. Так скучаю, что с ума схожу… Ты ведь можешь выслушать меня. Можешь же…»

Нау грубо провел руками по лицу. В ушах раздался звон встряхиваемого шейкера. Вскоре небольшой бокал наполнился напитком.

– Прямо цвет моих чувств, – сказал он.

Жидкость была абсолютно черной, словно тушь.

– Или это предсказание?

– Я всего лишь бармен, – ответил мужчина.

Благодаря коктейлю от «всего лишь бармена» он совершил невероятное путешествие во времени. Встретил погибшего друга, иначе взглянул на прошлое любимого человека. Он был до слез благодарен за такую возможность. Но казалось, что все эти невероятные события произошли только из-за навязчивости неизвестного человека, способного перемещаться сквозь пространство и время.

– Передай сукиному сыну, которого ты зовешь «Тем Человеком», что он может делать все что захочет. Но если из-за моего решения Хачжэ станет хоть немного несчастна – тогда я, чего бы мне это ни стоило, найду этого ублюдка и разорву его на куски. И пусть он никогда об этом не забывает…

В этот момент кто-то крепко схватил Нау за плечо. От ледяного прикосновения по телу пробежали мурашки. Он обернулся и увидел мужчину. В ярком свете ламп его лицо казалось белоснежным, но Нау сразу понял: это был тот самый человек, который сидел в углу, когда он впервые посетил это загадочное место.

– Кто вы?

Холодная рука сжала плечо еще крепче, блеклые губы изогнулись в полуулыбке. Секунда – и мужчина скользнул прочь.

– Подождите…

Но было поздно: мужчина исчез. Он попал в этот загадочный бар, а потом растворился в воздухе, словно дым, прямо у него на глазах…

– Неужели это был «Тот Человек»?

Бармен лишь пожал плечами, как бы говоря: «Кто знает?»

– Это обычное заведение, сюда может прийти кто угодно.

Кто же был этот человек с бледным лицом? Почему он так внезапно появился и загадочно улыбнулся? Нау больше не хотел придавать этому значение – все равно не услышит ответа на свой вопрос. Он больше не хотел жить как дурак, терзаясь тревогой и сомнениями.

– Тогда можно поинтересоваться, как называется этот совершенно обычный коктейль, который приготовил совершенно обычный бармен?

Мужчина приподнял уголки алых губ вверх:

– «Черная дыра». Его цвет – самый темный и мутный среди всех оттенков черного. Цвет липких остатков смолы или дегтя.

– Зря я спросил. Слышал когда-нибудь выражение: «Горе от ума»?

– Конечно. – Бармен кивнул и добавил: – Ночь темнее всего перед рассветом. Мы можем видеть звезды и месяц только потому, что мир погружается во мрак. Не было бы ночи – не было бы и рассвета.

Кто знает, приведет ли эта чернильная тьма к свету или утянет в еще более густой мрак. Однако сейчас Нау мог выбрать что-то одно: либо выпить «Черную дыру», либо встать и покинуть это место…

– Я всего лишь человек, а значит, могу всего лишь сделать выбор и принять его последствия, – сказал он и залпом выпил коктейль. Черная жидкость спустилась по горлу.

– Идеальный ответ. Желаю удачи. – Бармен снова улыбнулся.

Мир медленно погружался в мутную и вязкую темноту.

Глава 5

Девятнадцать

Когда мы с тобой снова встретились

1

Нау верил, что мир за стенами школы полон свободы. Конечно, ответственности тоже, но сердце все равно колотилось от предвкушения чего-то большего.

«Сначала я сдам на водительские права, а когда получу первую зарплату на подработке, куплю родителям хороший подарок. Отправиться ли мне в путешествие? Раз так, лучше поехать за границу. Я ходил только в школу, академию и библиотеку, а в теле ни единого мускула. Нужно начать заниматься спортом, привести себя в форму и загореть, чтобы хорошо выглядеть на пляже. А еще заранее выучить иностранный язык. Не для сдачи экзаменов, а чтобы уметь на нем говорить. Буду путешествовать за границей и найду друзей со всего мира. Как выпущусь, сразу устроюсь на работу и стану жить самостоятельно. Украшу квартиру на свой вкус. Начну с того, что куплю новенький компьютер и забью холодильник едой и напитками. Лучше выбрать двухкомнатную, а не однокомнатную – ко мне же могут зайти друзья. Эксперты говорят, что лучше разделять спальную и жилую зоны».

Одни эти мысли заставляли кончики пальцев неметь от радости. Парень верил, что после того, как закончатся экзамены, а он поступит в университет и избавится от надоевшего ярлыка несовершеннолетнего, сможет взлететь, как вырвавшаяся из клетки птица.

Но когда он на самом деле перелетел через школьную стену, не увидел ни голубого неба, ни зеленого леса, о которых грезил. Перед ним раскинулась бескрайняя пустошь без единой травинки.

Нау клялся себе, что больше никогда не пойдет в академию, но количество курсов по языкам, информатике, ораторскому мастерству и пробным собеседованиям только росло. Он с трудом преодолел барьер на пути к трудоустройству, но о независимости не мог даже мечтать. Когда парень считал расходы на жизнь в крошечной однокомнатной квартире с ванной и кухней, у него не хватало сил даже усмехнуться.

«Как только поступлю в университет, как только отслужу в армии, как только закончу учебу, как только найду