Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

– Просыпается, – сказал Имрын, а после прибавил что-то по-чукочьи.

Капитан посмотрел на Синельникова. Синельников сказал:

– Он говорит, что он его приветствует.

Адъюнкт недовольно глянул на Синельникова, после опять, и очень медленно, повернулся к Имрыну и едва слышно ответил, и это тоже по-чукочьи.

– Сказал, что у него голова сильно болит, – перевёл Синельников. – Как будто железо в голове, когти железные.

– Какие ещё когти? – спросил капитан.

– Это они так гвозди называют, – пояснил Синельников.

А адъюнкт опять заговорил, теперь уже быстро и с жаром.

– Белиберда какая-то, – сказал Синельников.

– Не белиберда, а древняя молитва ихняя, – сердито сказал Шалауров. – Не знаешь, не лезь.

– А ты знаешь?

– Да, знаю! И вот сейчас спрошу!

И Шалауров в самом деле начал что-то спрашивать. Адъюнкт насторожился, сжал губы и даже попытался подняться… Но Шалауров замолчал, и адъюнкт снова лёг. И вот тут-то капитан спросил:

– Гриша, ты меня узнал?

Адъюнкт повернулся к нему и стал пристально его рассматривать. Потом положил руку себе на грудь, на тёмное пятно на ней.

– Это я стрельнул, винюсь, – тихо сказал капитан.

Адъюнкт поморщился, повернулся к Имрыну и опять заговорил по-чукочьи.

– Опять белиберда, – чуть слышным шёпотом сказал Синельников.

А вот Имрын слушал внимательно, время от времени кивал. Потом адъюнкт вдруг замолчал и стал смотреть вверх, на дымоход, на дымоходные жерди. Имрын что-то сказал, адъюнкт не отозвался.

– Гриша! – снова позвал капитан.

Адъюнкт даже не шелохнулся. Лежал, неотрывно смотрел вверх, помаргивал… И вдруг что-то быстро, невнятно сказал.

– Нож! – перевёл Синельников.

Имрын достал у себя из-за пазухи нож, приставил его к груди адъюнкта, опять к тому же самому пятну, и начал медленно вводить нож в рану. Капитан хотел было вскочить, но Имрын только сверкнул глазами, и Синельников удержал капитана. Теперь уже капитан сидел, не шевелясь, Синельников держал его, а Имрын вводил нож в рану. Крови совсем видно не было.

Когда нож вошёл по самую рукоять, Имрын отпустил его и посмотрел на адъюнкта, а после дунул ему на лицо. Адъюнкт поморщился, дёрнул клыками, медленно закрыл глаза и начал ровно, глубоко дышать.

– Спит, – тихо сказал Имрын. – Теперь он будет долго спать. Будить его нельзя, он сам, когда надо, проснётся.

И посмотрел на капитана. Тот не знал, что делать.

– Надо всем выйти, – продолжил Имрын. – Сейчас мы ему только мешаем.

И он первым встал и вышел из яранги. Остальные пошли за ним. Была светлая летняя ночь, в воздухе было очень много мошкары, её ещё и от реки надуло. Капитан закашлялся и осмотрелся. Инородцы по-прежнему гонялись за оленями, арканили их и гнали к стаду. Стад было два: одно, по левую капитанскую руку, сбивали коряки, и второе, по правую, ближе к реке, сбивали юкагиры. Там же, среди своих, был виден Илэлэк в толстом китовом панцире и в таком же шлеме. Илэлэк ходил, покрикивал, показывал, куда какого оленя отогнать и кому охранять вожака. Илэлэк был очень гневен на вид. Наверное, подумал капитан, Илэлэк ждал большего. Хотя, тут же подумал капитан, осматривая захваченное Илэлэком стадо, тут будет не меньше тысячи оленей, а Илэлэк просил пятьсот. А где Хыпай? Капитан посмотрел на захваченное коряками стадо, и там оленей было ещё больше, чем у Илэлэка, но Хыпая там видно не было, и тех четверых его умилыков с ружьями капитан тоже не увидел. Капитану это не понравилось, он снова обернулся к юкагирам и махнул рукой. Один из юкагиров, заметивший это, тронул Илэлэка за плечо. Илэлэк обернулся, увидел капитана и пошёл к нему. Шёл насупленный и очень недовольный. А когда Илэлэк подошёл к капитану, тот как ни в чём ни бывало спросил, как идут их дела.

– Дела как будто идут хорошо, – уклончиво ответил Илэлэк.

– Ну и сколько ты добыл оленей? – спросил капитан. – Насобирал своих пятьсот?

– Я насобирал их даже много больше, – ответил Илэлэк.

– О! Это в самом деле очень хорошо! – сказал капитан.

На что Илэлэк только покачал головой и сказал, что хорошо будет тогда, когда он доставит всех этих оленей к себе в стойбище. И тут же добавил:

– Но я пока не знаю, смогу я это сделать или нет.

То есть он очень хотел, чтобы капитан спросил, почему это так и почему Илэлэк так не весел… Но капитан спросил совсем другое – где Хыпай.

На что Илэлэк уже совсем безо всякой охоты ответил, что Хыпай и его лучшие люди погнались за Атч-ытагыном, чтобы его убить и завладеть его добром.

– Но, – тут же прибавил Илэлэк, – может, это так, а может, совсем иначе.

И он многозначительно посмотрел на капитана.

– Как это иначе? – спросил капитан.

– А очень просто, – сказал Илэлэк. – Может, сейчас они, а это Хыпай и Атч-ытагын, совсем не гоняются один за другим, а сидят в тёплой яранге, пьют горючую хмельную воду и говорят о том, как бы это им напасть на нас и перебить всех нас, и завладеть нашим добром и ружьями.

Капитан молчал. А Илэлэк уже с жаром продолжил:

– А почему бы им об этом не посовещаться? – И с ещё большим жаром продолжил: – А потом напасть на нас, как они в прошлом и в этом году нападали на ваших сборщиков ясака и убивали их. А теперь они убьют нас! Вот я и говорю, – уже вполголоса прибавил Илэлэк, – что как только Хыпай сюда вернётся, надо будет сразу на него накинуться и перебить их всех! И это даже очень легко сделать, потому что в сегодняшней битве Хыпай лишился намного большего числа воинов, чем я. Потому что когда заиграла труба, я немного придержал своих людей, а Хыпай не придержал, вот люди Атч-ытагына и набросились на них и перебили многих его воинов, и даже двух его ружейщиков.

– И ты это сделал? – спросил капитан. – Ты придержал своих воинов перед атакой?

– Да, конечно, – ничуть не смущаясь, сказал Илэлэк, – перед атакой, как ты это называешь. И мой отец всегда так делал, и мой дед. А когда они сегодня вечером смотрели сверху, с неба, на нас, на нашу битву, то они оба гордились мной! И твой начальный господин Дмитрий Иванович, если бы он сегодня мог рассмотреть нас в свою волшебную смотрительную трубу, он бы тоже похвалил меня. А тебя он не похвалил бы! И даже Атч-ытагын, хоть он и наш враг, не похвалил бы, а зато…

Но дальше Илэлэк рассказать не успел, потому что из-за ближайшей сопки показался небольшой отряд, впереди которого шёл Хыпай. Руки у них у всех