Пренебрежитель - Маргарита Александровна Полуэктова

– Нет, знаете, – Герман хлопнул себя по коленям и медленно поднялся, – пока я окончательно не расслабился, хочу еще немного прогуляться до ужина. – Он чуть помолчал. – Но подождите, глинтвейн? Это согласовано с нашим гидом?

– Разумеется. – Мужчина выпрямился. – Он безалкогольный.

– Как это?

– На виноградном соке.

Герман заинтригованно двинул бровью.

– Надо будет попробовать.

– Обязательно попробуйте, – кивнул мужчина. Выложив на решетку последний кусок мяса, он окинул ее взглядом, нагнулся за блюдом с готовыми стейками и скорым шагом устремился вместе с ним к зданию кухни. Герман еще некоторое время смотрел на костер, как вдруг откуда-то сбоку, со стороны отдельно стоявших елей, до него донесся грубый мужской многоголосый смех. Будто очнувшись, он сдвинулся с места и медленно поднялся по ступенькам, решив пройти к медпункту – в его душе всколыхнулась надежда застать там Тимо.

На пути Германа вновь встал гостевой дом. На дальнем углу этого граничившего с лесом здания переговаривалось по-французски двое мужчин.

– Не знаю, что это, но хочу твое внимание на это обратить.

– Да, – отвечал удрученный голос Рауля.

– Что это может быть? Я еще мог бы понять такое явление по весне. Насекомые, грибки, что-нибудь в этом роде… но зимой?

– Герман!

Дошедший до здания Герман, которого отделяла какая-то пара шагов от того, чтобы двое говоривших оказались скрытыми за углом, остановился и оглянулся на зов. Рауль махнул ему рукой, и тогда Герман подошел к нему. Как оказалось, гид находился в компании управляющего, к кому он тут же обратился со словами:

– А вот, Лаурин, как раз пример тех людей, которые возвращаются. Это мой хороший друг, мы познакомились, когда я вел его группу год назад. Герман. Он говорит по-французски.

Всмотревшись в освещенное иллюминацией лицо подошедшего, управляющий приободренно приподнял брови и протянул ему ладонь:

– Отлично, отлично. Добрый вечер.

– Добрый вечер, – ответил Герман, и они обменялись рукопожатиями.

– Так вы, значит, уже бывали здесь? Очень рад, что вы решили вернуться. Каким маршрутом сейчас идете? Длинным? – забросал его вопросами Лаурин. Герман улыбнулся.

– Самым длинным.

– А… О-о, – понял Лаурин. Мельком взглянув на Рауля, он кивнул, после чего его рот тоже расплылся в улыбке. – Могу только пожелать вам удачи.

– Спасибо.

– Думаю, это солнечный ожог, – вернулся к прежнему разговору вновь погрузившийся в раздумья гид. Вперив взгляд в невысокое хвойное дерево, особняком стоящее на углу дома, он продолжил, обращаясь к управляющему: – Видишь под этими высохшими пожелтевшими ветками – зеленые? Ель расположена так, что от лежащего примерно там снега солнечный свет, похоже, отражается и попадает прямо сюда… – Рауль бросил скептический взгляд на постройку перед собой. – Да, дом не дает здесь совершенно никакой тени днем, и это стоящее отдельно от других дерево полностью принимает на себя весь солнечный свет, что местами усугубляется той дозой ультрафиолета, которая преломляется от снега. Видишь? – Он описал в воздухе рукой приблизительную траекторию падения солнечных лучей на снег. Отраженные от него, они попадали прямо на хорошо видимые даже при мягком свете вечерней иллюминации пожелтевшие ветви на ели – это и был поврежденный участок. – Подобная концентрация ультрафиолета, скорее всего, и есть причина такого явления. В то же самое время эти ветки, – гид присел и пошевелил нижние, – не дают земле прогреться. – Он снова встал, обернулся к Герману и, указав на пожелтевший участок хвои, дальше начал объяснять почему-то именно ему: – В этих ветвях отраженный от снега солнечный свет стимулирует обменные процессы, а чтобы они проходили, требуется много воды. Но промерзшая почва не дает ее корневой системе в достаточном количестве. Плотно прикрытая нижними ветвями, она прогревается очень медленно.

Озадаченно нахмурившись, Герман покивал, на всякий случай принимая информацию к сведению.

– И что тогда делать? – спросил Лаурин. Рауль на мгновение обратил свое лицо к нему, после чего вновь вернул взгляд на ель.

– Пожелтевшие ветви не трогайте, я попробую их реанимировать. Кое-что сделаю сейчас, но с утра еще раз все осмотрю. – Гид закусил губу.

– Хорошо, – отозвался управляющий. – Занимайся, но держи меня в курсе.

Рауль молча поднял большой палец вверх, продолжая при этом смотреть на дерево.

– Это, собственно, все, что я хотел тебе здесь показать, – добавил управляющий. – Как закончишь, подойди еще раз в офис, пожалуйста.

– Минут через пять буду, – отвлеченно пообещал гид. Лаурин кивнул как ему, так и Герману, после чего удалился.

– Придется подрезать, чтобы почва быстрее прогревалась… стоит попробовать. Бедная, – со вздохом заключил тем временем Рауль и, выудив откуда-то нож, снова присел на корточки и принялся обрезать нижние ветви. Герман невольно задержал взгляд на его инструменте – он вызвал в нем легкое недоумение. Нож Рауля оказался на удивление старым, перебитым; он состоял из одного-единственного лезвия и обмотанной изолентой коричневой рукояти.

– Странно видеть при тебе такой нож, – задумчиво вымолвил молодой человек, продолжая следить за манипуляциями гида, – простой, деревянный, а не красный с десятком функций.

Не отрываясь от дела, Рауль украдкой метнул на него неопределенный взгляд через плечо.

– Не потому, что ты швейцарец, не пойми меня неправильно, – тут же невозмутимо добавил Герман, – а потому, что он явно был бы более удобен для решения всех твоих разнообразных и многочисленных ежедневных задач, разве нет?

– Я привык, – устало улыбнулся Рауль, допиливая ветку. Герман вновь скользнул взглядом по изоленте.

– И все же нож поновее тебе бы, наверное, не помешал, – произнес он.

– Это подарок. Много значит для меня. – Рауль выпрямился и окинул взглядом результат своей работы. – Кажется, достаточно. Мы отделались малым. – Он потрепал ель по протянутой к нему лапе, с которой ссыпалось немного плотно укрепившегося на ней снега.

– Ты присоединишься к общему ужину? – уточнил Герман.

– Разумеется. – Рауль нагнулся и подобрал с земли срезанные ветви. – Судя по всему, мне предстоит сейчас решить еще несколько текущих вопросов, но я не думаю, что это надолго. – Он взглянул на друга и выпрямился. – Ты можешь подходить к костру, Андреа вроде бы уже начал делать там барбекю.

– Да, да. Я только хочу перед этим быстренько поздороваться с доктором…

– Поздороваться с доктором? – отстраненно переспросил Рауль. – Ладно, но не затягивай, ужин скоро начнется.

С этими словами гид внимательно всмотрелся в лезвие своего ножа, а Герман, бросив ему напоследок короткое «окей», развернулся и скорым шагом направился к медпункту.

Двухэтажное здание уже было в паре шагов, как вдруг скрипнула входная дверь. Оттуда вышли Симон с Миком, а на пороге позади них в выжидательной позе застыл какой-то мужчина: невысокий, худой, гладковыбритый блондин с тщательно приглаженными на косой пробор волосами и слегка вытянутым лицом. Он был одет в темные