Пренебрежитель - Маргарита Александровна Полуэктова

Доктор перевел взгляд на него.

– То, что я говорил, касалось случаев, когда несведущий человек пытается диагностировать уже имеющиеся болезни себе или другим самостоятельно. Но что касается изучения заболеваний и присущих им симптомов ради расширения кругозора… Что ж, иметь какие-то знания из разных областей медицины действительно полезно. В подозрительных или критических ситуациях это позволяет правильнее отреагировать – к примеру, постараться убедить игнорирующего боль в груди человека записаться на ЭКГ. Однако, опять же, права диагностировать и уж тем более предпринимать какие-то важные меры самостоятельно наличие таких поверхностных, минимальных знаний не дает. При обнаружении симптомов, похожих на некогда изученные, следует не строить из себя эксперта, а как можно скорее отправить больного или пострадавшего к настоящему врачу, вот и все. – Доктор оперся о косяк двери и сложил руки на груди. – Знаете, всякий раз, когда я читаю какие-то любительские блоги, я, можно сказать, смеюсь и плачу одновременно. Потому что, как я упомянул ранее, отдельные симптомы можно к чему угодно свести – и любители частенько все сводят в самому страшному. – Доктор в очередной раз фыркнул. – Ну зачем это? Пока человек дойдет до специалиста, он уже столько себе напридумывает… Поберегите нервы. Вот я не разбираюсь в технике, я и не лезу в эту сферу деятельности. Когда необходимо, я звоню профессионалам.

– Существует, кажется, немало блогеров, которые выдают себя за профессионалов, – вымолвил Герман.

– Да. – Доктор помолчал. – Да, это большая проблема. Есть, конечно, настоящие специалисты, которые ведут блог, – это одно. Они отлично разбираются в своем ремесле и занимаются просвещением масс. А есть такие бесстыжие мошенники, которые непонятно где что-то вычитывают и, не проверив достоверность информации, выдают это за свое экспертное мнение. Вот это уже опасно. Важно уметь таких различать.

– А как их различать, если сам во всем этом почти не разбираешься? – спросил Мик. Доктор посмотрел на него довольно строго.

– А вы поразмыслите надо всеми моими словами и поймете, что в таких случаях лучше делать. – Он перевел взгляд на Симона. – Так вот, что я хотел сказать. Сегодня у костра будут подавать глинтвейн. Не отказывайтесь, это благотворно скажется на вашем состоянии. – Доктор кивнул сам себе и вновь зашел внутрь здания, прикрыв за собой дверь.

– Здесь подают глинтвейн? – Оживившийся Симон переглянулся с Миком и Германом. Герман пояснил:

– Да. Безалкогольный.

– Так бывает? – нахмурился Мик.

– Получается, да, – усмехнулся Герман. – Виноградный сок вместо вина.

Мик покачал головой.

– Это какой-то неправильный глинтвейн.

– Послушай, раз уж доктор мне его прописал… – развел руками Симон.

– …то почему бы не выпить. Нет, логику я вижу, – Мик покивал, – все входящие в его состав пряности должны оказывать тонизирующее оздоровительное воздействие. Да и сложно мне после таких нотаций в его компетентности сомневаться. – Он беззлобно кивнул на здание медпункта.

– Значит, решено, – сказал Симон с улыбкой и повернулся к Герману. – Пойдемте?

– Вы идите, а я вроде как хотел кое-что уточнить… – Уже поняв, что Тимо здесь не было, Герман бросил полный сомнений взгляд на запертую дверь.

– Тогда будем ждать вас у костра, – объявил Мик. Братья развернулись и медленным шагом, тихо переговариваясь, ушли. Герман же подошел вплотную к входу в медпункт и постучал. Послышался топот, и дверь отворилась.

– Симптомы? – сразу встретил его вопросом доктор, едва успев окинуть посетителя взором.

– Нет-нет, я не за этим… – Герман невольно выдержал паузу. – Скажите, а Тимо здесь больше не работает?

– Знакомый ваш? – Не меняясь в спокойном, чуть строгом лице, доктор оперся о косяк плечом.

– Да, познакомились в прошлом году. Хотел поздороваться.

– Мы с ним в разные смены работаем. Сейчас мое дежурство.

– Понятно… спасибо.

– Если будут какие-то вопросы по здоровью, заходите.

– Учту.

Доктор снова скрылся за дверью, а Герман, отступив на шаг, повернулся лицом ко двору.

IX

Герман медленно отдалился от медпункта. По пути в офисное помещение он услышал за углом здания кухни веселое тявканье собаки. Звуки внушали Герману легкое умиротворение: любой счастливый пес казался ему гарантией того, что место его пребывания по-настоящему комфортно и благополучно. Это обнадеживало, ведь что еще нужно усталому путнику? Однако, когда двинувшийся навстречу беззаботному лаю Герман обогнул тройку пышных елей на углу здания, он увидел, что Бланш была там не просто не одна – с ней играл Антон. Склонившись над крутившейся под ногами собакой, он с усмешкой гладил ее и что-то приговаривал. Герман в нерешительности замер; за те доли секунды, что взирал на увлеченного возней с собакой Антона, он осознал, что эта нерешительность перерастает в самое настоящее замешательство. Он перестал понимать, как следует вести себя с этим человеком – игнорировать его Герман не мог, но и, получив достаточное количество негатива в ответ на самые приветливые и учтивые свои реплики, больше не видел смысла в том, чтобы заговаривать с ним.

Внезапно Антон искоса бросил на Германа серьезный взгляд и разогнулся. Тот продолжал молчать; молчал и Антон. Сунув руки в карманы, несколько мгновений он усиленно думал. То хмурившееся, то вдруг расслабляющееся лицо выдавало течение бурных мыслительных процессов в его голове. Герман хотел уже отвести взгляд, развернуться и уйти, однако в сложившейся ситуации это было бы уже странно, если не глупо. К его облегчению, Бланш, еще пару раз крутнувшаяся возле потерявшего к ней всякий интерес Антона, направилась прямиком к нему, энергично виляя хвостом. Герман нагнулся и с умиленной улыбкой переключил свое внимание на пушистую собаку. Она непрестанно вертелась на месте, то и дело подскакивая. Застывший в прежней позе Антон громко объявил:

– Можешь со мной пойти, мы сели в стороне от основного костра. Парням, пожалуй, будет интересно, если я тебя приведу.

«Щедрое предложение», – насмешливо подумал Герман, выпрямляясь. Впрочем, тут же сообразил он, исходящая от Антона попытка наладить контакт, пусть и преподнесенная в настолько небрежной форме, вероятно, несколько меняла все дело. С некоторой иронией в голосе он поинтересовался:

– Я точно никого не стесню?

Не разобравший тона, в который был окрашен вопрос, Антон надменно фыркнул. Герман машинально поглаживал тыкавшуюся носом в его ладонь собаку и размышлял. Приглашение, как ни крути, все же было странноватым. С одной стороны, с куда большим удовольствием он бы провел вечер с Раулем и знакомыми, с которыми так легко дышалось ему на протяжении дня. С другой стороны… Герман всегда был открытым для новых встреч, а ни с кем из группы Катова, кроме Антона, он не успел еще перекинуться практически ни единым словом. Будучи