Эстафета передается - Майко Сэо

– Ты совсем забросила учебу – это очень серьезно.

– Хм-м-м…

– Так что случилось, в конце концов?

– Ну-у-у, просто… В последнее время у нас с отцом отношения немного не ладятся… – честно ответила я, понимая, что мне не отделаться от расспросов Мукаи.

На ее обычно бесстрастном лице отразилось беспокойство.

– Отношения с отцом? Не ладятся?

– Да… Нет… Не совсем…

Я рассказала ей о разговоре с Моримией, чтобы она не подумала, будто у нас с отчимом какие-то серьезные проблемы.

– Понятно. Твой отец тоже очень беспокоится о тебе. Ну надо же, Моримия, ты меня удивила! Когда ты поссорилась с подружками, то так не переживала.

– Ну да… Просто оказалось, это не так просто – стать семьей… Мы как будто чересчур осторожны с чувствами друг друга.

– А ты называешь его по фамилии, верно?

– Да. Мне трудно воспринимать его как «папу»…

Ни Идзумигахара, ни Моримия не заставляли меня называть их «папами». В целом, после определенного возраста уже тяжело приучить себя обращаться так к чужому человеку, кажется, будто это звучит как-то искусственно. Неважно, воспринимаешь ты своего опекуна как отца или нет, я думаю, что «папой» можно назвать только человека, с которым ты провел детство.

– Я не уверена, как должны выглядеть «обычные отношения отца и дочери», но, может, вам не стоит так стараться быть похожими на другие семьи? – В тоне Мукаи слышалось облегчение.

Похоже, она немного успокоилась, узнав причину моих плохих оценок.

– Хм-м-м…

– Это нормально, когда люди, которые живут вместе, бережно относятся к чувствам друг друга. И дело совсем не в том, что между ними нет доверия или взаимопонимания. Нет, скорее наоборот: это признак того, что они очень друг другом дорожат.

– Поняла.

– Ты наверняка и сама это знаешь, но отношения с родственниками напоминают дружбу: они становятся крепче именно благодаря вот таким ссорам, когда вам приходится открываться друг другу и делиться своими чувствами.

– Ясно.

– Моримия, ты всегда стараешься избегать конфликтов. Но чтобы построить крепкие, доверительные отношения, иногда нужно и поссориться. Не пытайся отстраниться от всего, что происходит вокруг, а то так и вся жизнь пройдет мимо.

Я вспомнила, как в прошлом году на консультации по профориентации Мукаи сказала мне: «Похоже, ты всерьез думаешь о своем будущем». А теперь я, похоже, сосредоточилась на отношениях с отцом.

– Ладно. В любом случае, если конфликт с одноклассниками ты восприняла спокойно, а небольшая ссора с отцом совершенно выбила тебя из колеи, значит, обычно у вас дома полная идиллия, – тихо рассмеялась Мукаи.

– Не знаю… Может, дело в гёдза.

– Гёдза?

– Да, Моримия любит готовить для меня разные блюда. Когда я поссорилась с девочками, он каждый день заставлял меня есть гёдза, чтобы я набиралась сил. Кстати, на завтрак в первый учебный день года он всегда готовит мне кацудон. А в мае он каждый день делал для меня желе. Ой, я же рассказывала про гёдза? Так вот, даже когда он видел, что я ем их через силу, то все равно не обижался, что я не ценю его стараний. Ну или, может, и правда думал, что я обожаю гёдза.

– Веселая семейка, – рассмеялась Мукаи.

– Вроде того. – Я тоже невольно рассмеялась.

И правда, если подумать, у нас дома не соскучишься.

– Раз у тебя такой заботливый отец, тем более не стоит расстраивать его плохими оценками. – Мукаи, которая еще мгновение назад смеялась, вновь приняла строгий вид. – Сосредоточься на учебе. Экзамены уже совсем скоро.

– Хорошо. – Я твердо кивнула.

Вечером этого же дня, когда я принялась убирать со стола после ужина, Моримия сказал:

– Юко, присядь.

– Зачем?

«Неужели опять торт?» – подумала я, возвращаясь на свое место.

– Вот. – Он с торжественным видом протянул мне какой-то предмет.

– Что это?

Это оказалась сберкнижка. Зачем он дал ее мне?

– Открой, – велел Моримия, садясь на стул напротив.

– Открыть?

– Ага.

Раньше я никогда не заглядывала в чужие сберкнижки. С чувством, будто я делаю что-то неподобающее, я перелистнула страницу и не смогла сдержать удивление:

– Восемнадцать миллионов девятьсот шестьдесят тысяч иен?! Откуда у тебя такие деньги?! – воскликнула я, увидев сумму на счете.

– Ну, я окончил престижный университет, устроился в солидную компанию, усердно работал, – смущенно рассмеялся Моримия.

– Обалдеть!

– Обалдеть? Ну да, наверное.

– Но почему именно сейчас… – Я протянула банковскую книжку обратно.

Я знала, что у Моримии есть деньги, но с чего вдруг он решил показать мне свои накопления?

– На эти деньги я планирую купить тебе пианино и переехать в квартиру с хорошей шумоизоляцией, – ответил Моримия.

– Что?

– Я говорю, хочу купить пианино и квартиру.

– Ты шутишь?

– Нет, правда. Рика не могла позволить себе пианино, но все равно из кожи вон лезла, чтобы раздобыть его для тебя. У меня деньги есть, так что я просто обязан купить тебе его.

– Ничего ты не обязан.

Если у Моримии есть деньги, это не значит, что он должен покупать мне все, что бы я ни попросила!

– Я не хочу переезжать, и пианино мне не нужно, – настаивала я.

– Но ведь тогда я буду хуже всех, – тихо проговорил Моримия.

– Кого «всех»?

– Хуже других твоих родителей. Пока я им проигрываю.

– В смысле?

Сначала эта сберкнижка, потом странные сравнения с другими родителями… Я уже не знала, чего еще мне от него ждать. Не обращая внимания на мое недоумение, Моримия продолжил:

– Мито – твой родной отец, уже поэтому он заслуживает высокий балл. К тому же вы еще и внешне похожи. Кроме того, он менял тебе подгузники, кормил тебя, укачивал, учил говорить. Он больше всех о тебе заботился, и твоим воспитанием в первую очередь занимался тоже он.

– Я тогда была совсем маленькой…

– Идем дальше, Рика. Она не боялась трудностей и ничего для тебя не жалела. Хоть вы с ней и не кровные родственники, она взяла над тобой опеку вместо Мито, вышла замуж за обеспеченного мужчину, потому что решила, что так тебе будет лучше. За готовность идти ради тебя на любые жертвы она однозначно получает высокий балл. К тому же как женщине ей также полагаются дополнительные очки за наличие материнского инстинкта.

– Какие очки? О чем ты?

Моримия проигнорировал мой вопрос и продолжил свои странные рассуждения:

– Идзумигахара богат. Хотел бы я сказать, что деньги не главное, но то же образование стоит денег. Без них далеко не уедешь. И потом, вспомним его почтенный и строгий вид – если такой серьезный человек хоть изредка уделяет внимание своему ребенку, это уже идет ему в