Тайна пекарни мадам Моро - Иви Вудс

— Все в порядке, — заверил Хьюго, нежно дотронувшись до ее плеча. — Тебе не обязательно напрягаться…

— Это важно! — выкрикнула она.

Прежде мать никогда не повышала голос, и он видел в ее глазах отчаяние. Постоянно терять и пытаться обрести снова фрагменты воспоминаний, истории, которые делают человека тем, кто он есть… Должно быть, она чувствовала, что теряет себя саму. Хьюго тоже терял ее, хоть и не хотел признаваться себе в этом. Он ненавидел эту болезнь, ненавидел то, что происходит с матерью.

— Ну, тогда мы с места не двинемся, пока во всем не разберемся, хорошо?

Она с благодарностью улыбнулась.

— Ты случайно не принес тот горячий шоколад?

— Нет, прости, у меня не было времени заехать в пекарню.

Он лгал. Довольно и того, что он будет вынужден появиться там завтра. Мысль о том, как посмотрит на него Эдит, уже сейчас ужасала его.

— Пекарня на Рю-де-Пари, верно?

— Да! Ты помнишь ее?

— Разумеется, помню. Он держал там табачную лавку.

— Твой дядя?

— Арно, да. На самом деле он приходился дядей моему отцу. О нем я и хотела тебе рассказать… Понимаешь, он сделал нечто ужасное… Чудовищное предательство. Мы должны все исправить, понимаешь, Стефан?

— Да, Maman, — кивнул Хьюго. Она всегда во всем полагалась на Стефана, как и отец. Хьюго всегда оставался для них ненадежным сыном — а теперь у них остался только он один. Вынужденный занять место брата.

— Я знаю, что задумал твой отец. Ты должен остановить его ради семьи Моро. Мы должны загладить вину перед ними.

— Погоди… о чем ты говоришь?

— Он выдал немцам, что она прячется там. Женщина… с ребенком… Он предал их, он разбил ему сердце… Пожалуйста, сынок, ты должен все исправить…

Мать все говорила и говорила, но ее слова не имели никакого смысла. О ком шла речь? Какое отношение немцы имели к семейству Моро? Вся эта ситуация внезапно стала куда сложнее, чем представлялось Хьюго.

Глава 30

Все шло как по маслу, пока не появился он. Это было в пятницу после обеда, я как раз крутилась на кухне: растапливала белый шоколад, чтобы приготовить ганаш. Я услышала, как звякнул колокольчик, но не обращала особого внимания на происходящее, пока вдруг тон мадам Моро не сменился с дружелюбного на резкий, даже враждебный.

— У вас нет права приходить сюда, — сказала она по-английски, и я заинтересованно высунулась из дверей.

Я едва поверила глазам: у прилавка стоял Хьюго, и с ним еще какой-то мужчина, оба элегантно одеты, в руках портфели. Когда наши взгляды пересеклись, я почувствовала, что мои губы сами собой расползаются во влюбленной улыбке, но стоило ему заговорить, как она тут же увяла.

— У нас есть разрешение осмотреть здание от банка и их агента по оценке недвижимости, — отрывисто сказал Хьюго.

— Вы получили мое письмо с уведомлением о нашем визите, мадам Моро? — встрял другой мужчина.

Мадам Моро в ответ разразилась яростной тирадой оскорблений на французском, которые я едва понимала. Я как будто приросла к месту, а они все спорили, так что в конце концов мне пришлось взять себя в руки и сделать шаг, чтобы помочь ей. Положив руку на плечо мадам Моро, я усадила ее на стул и дала стакан воды, хотя она изо всех сил старалась игнорировать мою помощь.

Потом я повернулась к мужчинам.

— Эдит, — проговорил Хьюго таким тоном, будто сожалеет, что я вообще оказалась здесь.

— Хьюго, что происходит? Почему ты здесь?.. Я думала, ты приедешь только на следующей неделе.

Он отчаянно теребил в руках портфель — ему явно было не по себе.

— Послушай, мне очень жаль, что… я надеялся… а, неважно.

Он достал письмо и спросил, могу ли я передать его мадам Моро, когда она немного придет в себя.

— Прости, я действительно совершенно не понимаю, что все это значит…

И тут я бросила взгляд на конверт. Логотип в правом верхнем углу показался знакомым: «Чедвик холдингс инкорпорэйтед». Потребовалось какое-то время, чтобы в голове выстроились логические связи. А когда я подняла на него глаза, все окончательно стало ясно.

— Хьюго Чедвик. Так ты…

Он покосился через плечо и вздохнул.

— Слушай, может, выйдем на минутку? Я бы не хотел объясняться при посторонних.

Постоянные посетители и вправду глазели на нас. Я согласилась, мы вышли, закрыв за собой дверь, и они тут же прилипли к окнам.

— Мой брат был главным операционным директором «Чедвик Холдингс». Теперь правление настаивает, чтобы я занял его место.

Как будто эти слова могли каким-то образом прояснить ситуацию!

— Но ведь… это компания, которая занимается инвестициями в недвижимость, правильно? — Он кивнул. — Я не понимаю… Ведь ты фотограф, ты сам говорил!

Хьюго не отрывал глаз от земли и молчал.

— О, понимаю, это была просто выдумка, чтобы произвести впечатление на девушку, которую ты подцепил в баре, — мрачно заключила я, отворачиваясь. Я чувствовала себя полной дурой. Но он схватил меня за руку и заставил снова посмотреть ему в глаза.

— Я фотограф, правда. Просто это не то, чем я зарабатываю на жизнь… Клянусь, Эдит, я не лгал.

— О нет, конечно, ты просто не торопился раскрывать правду, верно? — я вспомнила тот вечер, как он отреагировал, когда мы подошли к дому. — Вот почему ты повел себя так странно, когда узнал, что я работаю у мадам Моро! Ты знал с самого начала, да?

— Ну конечно, я знал! — со злостью отозвался Хьюго, стараясь, правда, не повышать голоса. Он бросил взгляд в сторону пекарни. — Они ведь по уши в долгах, понимаешь? Компания моего отца, ну… мы просто предлагаем решения для таких случаев.

— Ты имеешь в виду, что вы, как стервятники, выискиваете маленький бизнес, который отчаянно борется за выживание, и приносите его на блюдечке своим инвесторам, — выплюнула я.

— Ты правильно сказала, Эдит, — бизнес. Все это лишь бизнес,