Последний выключает свет - Сергей Калинин

концерт. «Известный в известном кругу», — Руслан по-своему определил степень популярности, хотя, справедливости ради, стоило сказать, что настроение он создавал, и народ пританцовывал, подпевал и вообще, день удивительно отличался от всего того, что было в его жизни раньше. Даже в то время, когда все было хорошо, подобной атмосферы не испытывал. Лена держала его руку, словно боялась потерять, но и это создавало что-то похожее на юношескую романтическую вечеринку, хотя и время едва перевалило за два часа дня. Люди пришли с термосами, пили чай, кофе, пожилая дамочка, в красно-белом шарфике угощала печеньем «только что испеченным и очень вкусным», как она утверждала. Денег не брала принципиально, и Руслан попытался отказаться, но шансов против такой настойчивой мадам у него не было.

— И ты, красавица, бери. Твой не даст соврать. Скажи, вкусно? — она не отступала.

— Угу, — Руслан не смог бы сказать ничего другого, даже если бы это была отрава. Хотя печенье и правда было вкусным. Или он проголодался? Не важно.

Все было ново и увлекательно. Лица, улыбки, манеры — здесь были не просто приличные люди. Здесь были очень яркие личности, и стало даже завидно, что они могут такими быть. «Понятно оно, — Руслан загрустил, — они зависят от себя. Они что-то умеют, они востребованы и независимы. Они потому и смелые, что не государство платит им зарплаты, а они дают налоги, и сами в состоянии обеспечить себя, не прося помощи и не заискивая в надежде получить место или должность. Они финансово свободны, могут выбирать, где жить, а потому хотят отстоять свое право на жизнь и право на голос. А я? Я здесь что делаю? У меня свободы сейчас хоть завались. И в программисты мне не податься, и, по сути, ни одно правительство в мире мне сейчас не поможет. Нужно хоть куда-то выгребать, а оно и некуда».

— Правда здорово! — Лена дернула за руку.

— Правда, — он даже не соврал. Было действительно здорово, но грустно.

«Наверное, на этом празднике жизни я все же чужой. Точнее, случайный», — Руслан заставил себя улыбнуться.

— Что-то не то с тобой, — Лена пристально всмотрелась в его глаза. — Что так тревожит тебя? — Она не отпускала руки и сейчас чуть сжала пальцы, словно пыталась не отпустить и дождаться ответа.

— Нормально. Просто задумался. Какие у нас планы дальше?

— Домой надо, — Лена грустно пожала плечами. — У них вечером интересно. Народ соберется, будут чай пить, общение.

— Ну, сходи к Зинке на скамейку вечером. Там тоже вся деревня собирается, — Руслан не удержался.

— И как жить дальше я пока не понимаю, — Лена словно не заметила вопроса, но поникла как-то вдруг и сразу. — Здесь другие люди. Хочется общения. Хочется быть с теми, кто мыслит иначе, кто стремится, у кого можно учиться и можно хоть немножко уворовать позитива.

— Для этого не обязательно жить с ними. Есть социальные сети, есть программы, интервью. Всегда можно найти тех, с кем будет не скучно. Не грусти, — Руслан уже пожалел, что так глупо пошутил про Зину.

— И Зенчук, наверное, посадят. На нее вся надежда была. Она работу обещала. Сейчас не знаю. Кажется, на почте еще долго работать. Увы и ах. Вот так бывает в жизни. Училась, старалась, честная и оптимистка, а вот…, — Лена не договорила.

— Придумаем что-нибудь. Есть время еще и не вешай нос. Домой?

— Пойдем.

Они неторопливо шли вдоль длинного дома, когда вдали показалась цепь людей в камуфляжной форме. Лица, закрытые масками, экипировка — все, что они видели в коротких роликах, и все то, что казалось ужасным, но не имеющим к ним никакого отношения разворачивалось здесь и сейчас.

— Флаг спрячь, — Руслан прикрыл Лену. — Нас не выпустят. Мы не местные.

С балконов кричали, предупреждая об опасности, но деваться было некуда:

— Похоже, выходы перекрыты, — Руслан пытался искать выход, но ничего не находил.

— Сюда, быстрее! — парень открыл дверь подъезда. — Быстрее.

Они взбежали на третий этаж. Дверь квартиры была открыта и миленькая, худенькая девушка махнула рукой, приглашая войти. Они были не первыми, а следом вбежали еще несколько человек, после чего вернулся и парень.

— Сидим. Сейчас они пойдут по подъездам. Никому не открываем и не разговариваем. Могут услышать, и тогда дверь точно сломают. Видали уже, — хозяин квартиры выглядел самым спокойным.

Впрочем, милая девушка тоже держалась уверенно, внушая оптимизм всем присутствующим и, если можно так сказать, внезапно собравшимся:

— Чай потом. В туалете пока не смываем. Если что, там ведро и просто сполоснуть тихонько. Дверь не закрывать полностью, чтобы не громыхать. И к окну не подходить, — она провела короткий инструктаж. — Места мало. Присаживаемся на пол. Извините, придется так.

Расположились молча, следуя предостережениям, оставив свободным единственный диван: лишать хозяев минимальных удобств никто не рискнул. Да и на стульях располагаться выглядело немного рискованно — кто его знает, откуда будут рассматривать окна квартир, вычисляя беглецов.

«Да понятно, что так лучше, чем в автозаке», — Руслан осмотрелся. Однокомнатная квартира, хороший ремонт в современном стиле. Диван, компьютерный стол и, собственно, все. Наверное, что-то из мебели было еще и на кухне, но это уже не столь важно. На гостей, по крайней мере, в таком количестве, здесь явно не рассчитывали. Сейчас, когда удалось немного отдышаться, можно было посчитать счастливчиков, которым удалось столь неожиданно, но очень удачно спрятаться. Четыре девушки, два парня и мужик постарше. Плюс они с Леной. По виду, молодежь была до тридцати. «Понятно. Эти не то студенты, не то недавно студенты. Им весело. Вон, уже переглядываются. Скоро знакомиться начнут. Мужик? Перепуганный, но скорее случайный. Мы? Мы вообще пассажиры не пойми куда шли, — он сидел, раздражаясь от собственного бессилия и унижения. — Черт возьми! Я ничего не сделал. Никого не грабил, не нарушал закон, я вообще мимо шел и вынужден скрываться и понимаю, что ничего не докажу. Да год назад я бы ржал до слез, если бы рассказал кто такое. А если бы сейчас работал? Черт! Я тоже держался бы за кресло? Понятно, какая сейчас там атмосфера. И раньше бардак, а теперь попробуй угадать, на кого ставить. Тем, кто уже по уши, понятно. Им до конца. А вот мне бы что светило? По сути, можно было бы прикинуться ветошью и не отсвечивать. А там, как карта ляжет, так и вывернуться. Но эти не дадут. Как в банде, замажут так, чтобы путей отступать не было. И? За эту власть до конца и по беспределу? А потом? Придут другие и на костер? И так гореть, и так пропал.