Персонаж - Павел Сергеевич Ковезин

вместе все данные, какие только знают о нём. Но что они в действительности знают о человеке из интернета, который прячется под маской кролика? Только то, что он сам им сказал. Город, планы на будущее, показал несколько аккаунтов в других соц. сетях, которые теперь тоже были удалены. Как можно было найти анонима, не зная о нём ровным счётом ничего? Единственной зацепкой для Евы, была его электронная почта, с которой он однажды прислал ей сказку. На неё она и написала письмо, в надежде, что ей ответят.

Я же на самом деле начал паниковать только тогда, когда ко мне в личку пришла его редактор, которую он так хвалил.

– Мартис, привет! Я бета и редактор Лукаса. Скажи, пожалуйста, ты когда с ним последний раз общался? Какого числа? Его ищет десяток людей, и никто не знает что случилось, даже я, хотя общение было ежедневным почти.

– Второго марта я скинул ему историю. Он прочитал и не ответил. Потом удалил страницу. А вы с ним по интернету общались или вживую?

– Только по сети, мы в разных городах, адрес свой он не давал, ни в Казани, ни в НН. Он параноик был почему-то насчет этого. Пиздец. Это какой-то трэш просто. НИКТО не знает, что произошло. Я до сих пор в ступоре.

– Согласен, – я пытался сохранять хладнокровие. – С другими сказочниками общались?

– Только с теми, до кого могла достучаться, они тоже ничего не знают.

– Ясно.

***

Атмосфера в чате после пропажи Лукаса была более чем напряженная. Все пытались докопаться до истины, но никто не знал, что делать. Ева даже хотела ехать в Нижний Новгород, потому что он как-то сказал, что оттуда. Переломным моментом стал день, когда Еве на почту пришёл ответ. Она показала его нам, и под её маской можно было увидеть слёзы.

«Здравствуйте. Я увидела ваше письмо в почте брата. Лукаса больше нет. Вдаваться в подробности не хочу, извините. Все аккаунты и страницы были удалены по его просьбе в завещании».

Ева покинула беседу.

– Что за пиздец? – послышался чей-то голос.

Ева вернулась в беседу.

Сложно объяснить, что я чувствовал в тот момент. Не тот я, который был среди них в маске волка, а настоящий я. Тот, который находился по ту сторону экрана своего смартфона. Это было до боли неприятное чувство. Словно внутрь меня посадили какого-то паука, который начал ползать по моему телу изнутри и не давать покоя. Я не хотел ничего писать им, не хотел спорить или доказывать что-то. Я просто откинулся в кресле и заблокировал смартфон.

В тот же момент в чате появился местный бог – админ крупного сообщества, в котором все мы публиковались. В честь бога грома его звали Тор. Волосы его были заплетены в длинный хвост, а на голове болтался шлем марвеловского персонажа.

– Так, получается, что все, что у нас есть – это единственное письмо. Адрес, с которого оно пришло, точно его? – спросил он.

– Его, – ответила Ева, – хотя я уже ни в чем не уверен. Он мне озвучку скидывал с этой почты.

– Понятно. Значит, похоже на правду. Я, конечно, его почти не знал, но почему-то уверен, что он не стал бы так жестоко поступать просто для того, чтобы исчезнуть.

– Да, но я не собираюсь признать это, – не унималась Ева, – мне нравился Лукас. И он всё ещё должен мне сказку.

– Предлагаю подождать неделю, и если не будет новостей, сделать ему день в нашем сообществе. И надо будет включить его сказку в третий сборник. Помню, он спрашивал, как туда попасть, – сказал Тор.

– Это все слишком странно, – вступила в разговор Птиц, – человек не может просто исчезнуть. Он обещал написать людям сказки, он собирался путешествовать, хотел отправлять людям свою книгу. Люди, у которых есть планы, просто так не пропадают.

– На мой взгляд, выглядит так, как оно представлено, и мне хотелось бы ошибиться. Люди в таких случаях нередко на публику строят планы и ведут себя жизнерадостно, а потом неожиданно уходят.

Через некоторое время у Тора появились новые версии.

– А если реально его никто не видел, есть вероятность, что он – персонаж, и автор по ряду причин решил его убить. Кстати, кто что вообще про него знает? Хоть что-нибудь он о себе рассказывал?

Никто про него ничего не знал. И искать анонимов – такая себе идея. А строить ублюдские теории про персонажей, марая его имя – это ещё хуже. Ева накинулась на Тора с обвинениями и выкриками, прося, чтобы он заткнулся и не писал больше подобной дичи. Чат разделился на три лагеря – одни до последнего отказывались верить в смерть Лукаса, вторые встали на сторону Тора, считая Лукаса просто интернет троллем, третьи смирились с его смертью.

Я был в числе последних.

– Так что, ребята, – сказал кто-то из толпы, – на вас написали сказочку. А вы рыдаете по тому, кого никогда и не было.

Как тогда сказал мне Лукас, творчество всех нас сделает сумасшедшими. Что если он в своём творчестве действительно зашёл так далеко, что создал персонажа и игрался с ним, словно с пластмассовой куклой? И где отличие живого человека от персонажа? Ведь если осмотреть всех присутствующих здесь – кто они на самом деле? Живые люди или просто-напросто герои собственных историй? Создавая историю, все писатели хотят, чтобы их персонажи были живыми. Вдруг Лукас воплотил эту идею в жизнь?

Но Птиц со своим контраргументом была права:

– Знаешь что, я месяц общалась с живым человеком, и не просто с человеком, а с талантищем, каких еще поискать, – вскрикнула Птиц со своего места. – Мне плевать, кто это был – реальный ли человек с паспортом или всего лишь аноним из интернета. Но это создание было мне близко и любимо. И сейчас его нет рядом, я, в принципе, не знаю, что с ним, но склоняюсь к тому, что он уж ко мне не вернется точно. Так что свою логику можешь засунуть себе в свое ментальное гузло.

***

Прошло около недели, прежде чем ко мне в личку пришла Ева, что было странно. Мы с ней никогда не общались лично. Мы были совершенно из разных миров. Она написала всего пару предложений, которые в очередной раз перевернули мой взгляд на вещи.

– Короче, с Лукасом всё в порядке, – сказала она, – он долбоёб, но с ним всё в порядке.

– С чего ты это взяла? – спросил я.

– Он мне сам сказал, – усмехнулась она. – Я сейчас создам чат с ним, и он сам всё объяснит.

И вот так из одной группы неадекватных людей, я прыгнул в другую, в надежде узнать ответы на многие вопросы. В новом чате было всего несколько человек, тех, кто были близки Лукасу.

– Господа, сейчас будет мясо, – сказал Лукас, уже будучи в обычной, белой, обезличенной маске и с другим ником, – в том плане, что вы, возможно, на меня сейчас поднимите виллы и бросите в костёр.

Все послушно молчали.

– Во-первых, хочу попросить у всех прощения. Во-вторых, почему так получилось. Лукас действительно мёртв. Но он никогда и не существовал, как личность… Вы вроде хотели видеть меня настоящего. Так вот, приятно познакомиться заново…

С этими словами человек, сидящий рядом с нами, снял маску, обнажив женское лицо с собранными в хвост светлыми волосами.

– Меня зовут Кристина. Очень приятно.

В этот момент все сидящие здесь, точнее, их настоящие прототипы, что находились по ту сторону интернета, увидели на своих экранах фотографию счастливой девушки, стоящей где-то на набережной.

Все испуганно переглядывались друг с другом, не находя себе места.

– Началось это всё три года назад, когда я, человек с убитой самооценкой, начала постить истории на Пикабу, прячась за образом. А потом что-то не туда всё понеслось и приходилось поддерживать этот образ. Поэтому я просто взяла всё и выпилила. Потому что я заебалась. Меня